Форум » Кардинал ел бульон » "Любовь Ришелье". Дубынина Инга Владимировна. » Ответить

"Любовь Ришелье". Дубынина Инга Владимировна.

Prince Noir: Любовь Ришелье Аннотация: Литературный жанр альтернативной истории придумал отнюдь не Бушков. Первым так писал А. Дюма. А если бы он следовал действительной исторической канве? Тогда бы мы, наверное, сейчас зачитывались "Тремя гвардейцами кардинала" и переживали совсем за других героев. Попробуем это не только представить, но и сделать - итак, Дюма "отдыхает" ;) Инга СУХОВА ЛЮБОВЬ РИШЕЛЬЕ В будуаре королевы Франции Анны Австрийской царил полумрак. Этот вечер она проводила в одиночестве, и на прекрасном лице, воспетом придворными поэтами, лежала задумчивая нега. Королева держала в руках цепочку, обвивавшую тонкие пальцы, на ней покачивался медальон с портретом, но то был не портрет короля. Откинувшись на спинку козетки, женщина с легкой улыбкой на губах следовала течению своих прихотливых грез. Внезапный шум вывел Анну из забытья - в будуар вбежала камеристка дю Верне: - Ах, госпожа моя, сюда идет его Высокопреосвященство, - и наперсница королевы поспешила навстречу гостю. Анна неуловимым движением спрятала медальон за корсаж платья и, оправив кружевной воротник, изобразила любезность - всесильный первый министр Франции входил в покои, резким жестом отбросив портьеру, под шорох алого шелка своей сутаны. Арман Жан дю Плесси, кардинал де Ришелье, глава королевского совета и подлинный правитель государства, оттеснивший безвольного Людовика XIII, приветствовал её почтительным поклоном. Худощавая фигура и резкие черты лица придавали ему сходство с хищной птицей. С легким румянцем замешательства молодая женщина отвечала кардиналу, склонив голову. Ришелье непринужденно уселся в кресло: - Дитя моё, государственные дела не давали мне встретиться с вами вот уже неделю. Долг пастыря призывал меня не откладывать наше свидание, поэтому простите мне мой столь поздний визит. Учтивость речи не вязалась с горящим взором, которого он не отводил от лица королевы. Его длинные пальцы впились в ручки кресла, губы искривила мучительная усмешка. Не в силах выдержать обжигающего взгляда, Анна опустила глаза и тихо ответила: - Ваше Высокопреосвященство как всегда думает и помнит обо всем. Кардинал вздрогнул, глубоко вздохнул, будто на что-то решившись, и, встав с кресла, приблизился к ней. - О да, Анна, я помню обо всем - о том, как я впервые увидел вас, юную невесту. Помню платье из небесно-голубого бархата, так чудесно оттенявшее ваши глаза и волосы. Помню светлый взор, который вы мне тогда подарили - чего бы я ни отдал ныне за подобный взгляд. Помню долгие годы, когда, вынужденный скрывать своё чувство, я видел вас ежедневно, стоял рядом, вдыхал аромат ваших волос; скрипя зубами, наблюдал за жалким мужем, пренебрегавшим вами - той, чьи следы я готов был целовать, чье прикосновение было бы для меня величайшей наградой! Но я помню и другое. О да, я помню! Английский хлыщ Бэкингем, молодой и беззаботный красавец, ворвался во Францию, как метеор - такой же яркий и недолговечный. Увы, он успел заронить в ваше сердце чувство, которого я за долгие годы так и не увидел в этих глазах. Но он далеко, а я всегда буду рядом. Анна, молю, не отвергайте мою любовь, подарите мне взаимность, - и гордый кардинал упал перед дамой на колени. В продолжение его пылкой речи лицо королевы попеременно то заливалось краской, то смертельно бледнело, глаза наполнились слезами, и она с ужасом взирала на могущественного человека, склонившегося к её ногам. Ришелье схватил руки молодой женщины и сжал с такой силой, что Анна слабо вскрикнула. - Любовь моя, подумай и о том, что ты - королева. Десять лет, как ты замужем, а Бог не благословил ваш брак детьми. Твой долг дать Франции наследника, Людовик же хил и долго не протянет. Но если наш с тобою сын взойдет на трон - о, чего я тогда не сделаю ради него! Я заставлю весь мир склониться перед его престолом! Анна, Анна, скажи же мне, есть ли у меня надежда?! И обезумевший от любви мужчина стал осыпать её руки поцелуями. Королева пыталась отстраниться, но министр, потеряв голову, привлек женщину к себе - и горячие губы обожгли её шею. Анна вскочила, с силой оттолкнув Ришелье, и на ковер упал её медальон, словно в насмешку, распахнувшийся. На кардинала с вызовом взирал надменный лик проклятого лорда. Кровь бросилась в лицо министра, черты его исказила злоба - и первым порывом было растоптать каблуком ненавистный образ соперника, однако коварство взяло верх над ревностью. Королева хотела поднять медальон, но Ришелье бросился к нему быстрее коршуна и, схватив улику, немедленно спрятал её в широком поясе, стягивавшем сутану. Анна поднесла к лицу руки, чтобы сдержать крик ужаса, когда в комнату, отдёрнув портьеру, вновь впорхнула дю Верне: - Его Величество следует сюда по коридору, спустя минуту король будет здесь. Кардинал немедленно принял свой обычный холодно-отстраненный вид и уселся в кресло. Королева, не в силах справиться с потрясением, с пылающими щеками, опустилась на кушетку, спрятав дрожащие руки в кружевных манжетах. Портьера колыхнулась, и в будуаре появился Людовик XIII. Тёмно-зелёный шлафрок по-домашнему облекал его рыхлое тело. В детстве, будучи хилым ребенком, маленький Луи доставлял много хлопот матери Марии Медичи и придворным лейб-медикам. Его родитель Генрих IV, прославленный удалец, рубака и любимец женщин, недоумевал: в кого уродился дофин? Не иначе, как порода флорентийских менял Медичи одолела в нем горячую гасконскую кровь отца. К тому же мальчик с детства проявлял жестокость и злое упрямство. Однажды Генрих застал сына за "невинной" забавой - тот отрывал голову пойманному воробью. Недолго думая, добрый отец и христианин стал охаживать наследника тростью. Мать бросилась на защиту дитяти, но король пророчески сказал: "Сударыня, молите Бога, чтобы я еще пожил; если меня не станет, он будет дурно обращаться с вами". (Став королем, "благодарный" сын заспорил с матерью из-за власти, и Марии пришлось бежать из страны. Умерла она за границей, в бедности.) В другой раз, защищая чадо от порки, королева крикнула суровому отцу, намекая на его бесчисленные любовные связи: "С вашими ублюдками вы бы так не поступили!". На что Генрих справедливо отвечал: ""Что до моих ублюдков, мой сын всегда сможет их высечь, ежели они станут валять дурака; а вот его-то уж никто не выпорет". Ко всем прочим бедам Людовик сильно заикался, и это развило в нем робость, коварство и скрытность. Оказавшись в помещении, где, казалось, ещё сверкали молнии и сам воздух был наэлектризован, король недоверчиво вгляделся в рдеющее лицо жены и перевел взгляд на своего министра. Ришелье, вполне овладевший собой, вскочил и отвесил церемонный поклон. Вяло махнув рукой, Людовик расположился в мягком кресле у горящего камина, подальше от королевы, и безразлично спросил: - Мадам, как ваше здоровье? Мне кажется, вас снедает лихорадка. Смущенная и растерянная, Анна молчала, и тогда на помощь пришел министр: - Мы рассказывали друг другу забавные истории и хохотали до слез, сир. - Вот так всегда, - уныло пожаловался король. - Без меня все веселятся, а стоит мне появиться - зевают от скуки, - и он капризно выпятил губы. - Прошу вашего разрешения откланяться, сир, меня ждут неотложные государственные дела. - Ришелье, поклонившись супругам, бросил быстрый взгляд на королеву и стремительно вышел. Анна закрыла лицо руками. Этот взгляд сказал ей всё - отныне она приобретала в отвергнутом кардинале могущественного врага... *** ДОСЬЕ: ЕГО ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕНСТВО Кардинал Арман Жан дю Плесси, герцог де Ришелье (1585 - 1642) происходил из почтенной дворянской семьи. Его отец был главным прево (судьей) Королевского дома, но, сильно запутавшись в долгах, едва не разорил семью. У него было трое сыновей и две дочери. Старшему пророчили военную карьеру. Двум другим предстояло стать служителями Божьими, дабы не дробить наследственный удел. Средний сын стал впоследствии кардиналом Лионским, а младший - кардиналом Ришелье. С ранних лет Ришелье был одержим честолюбием и жаждой власти. В Риме, где его посвящали в сан епископа, он дерзнул ввести в заблуждение самого Папу, солгав, что уже достиг положенного для принятия сана возраста - 27 лет, и признался в обмане лишь после церемонии. Юного пастыря отличали ум, красноречие и обаяние - вскоре он стал государственным секретарем в правительстве королевы-регентши Марии Медичи. После ссоры короля с матерью, Ришелье некоторое время оставался с нею, а затем его способности привлекли внимание Людовика XIII, и кардинал надолго стал опорой престола и главным советником этого слабого монарха. Умнейший политик, ловкий интриган и отважный воин - разнообразию талантов кардинала можно только подивиться. Он возглавил осаду мятежников в Ла-Рошели и лично водил войска в атаки, сменив сутану на кирасу. Благодаря настойчивости и дальновидности Ришелье, без малого 20 лет направлявшего политику королевства, абсолютизм в стране окреп, мятежи были усмирены, казна наполнялась, престиж Франции необычайно возрос. Блестящее царствование сына Людовика XIII - знаменитого "короля-солнце" Людовика XIV было во многом подготовлено кардиналом. В личной жизни этот человек был глубоко несчастен. Единственной его любовью была королева Анна Австрийская, не ответившая ему взаимностью. И вот что странно - отвергнув яркую, сильную личность, какой являлся Ришелье, впоследствии королева отдала руку и сердце в морганатическом браке кардиналу Мазарини - человеку во всем уступавшему своему предшественнику. А.И. Куприн в рассказе "Суламифь" вложил в уста Соломона Премудрого поэтические слова: "Есть три вещи на свете, непонятные для меня, и четвёртую я не постигаю: путь орла в небе, змеи на скале, корабля среди моря и путь мужчины к сердцу женщины". Впрочем, быть может, Ришелье выбрал Мазарини себе в преемники не случайно - помимо государственных талантов он разглядел в нем и другое достоинство. Представляя итальянца Анне, тогдашней регентше, он сказал ей: "Вы его полюбите, сударыня, он похож на Бэкингема..." ДОСЬЕ: АННА АВСТРИЙСКАЯ Анна, заставившая страдать всесильного кардинала, была дочерью испанского короля Филиппа Ш и Маргариты Австрийской. По обычаям тогдашнего времени её рано выдали замуж: юной невесте было всего 14 лет, когда Людовик ХШ нарек её своей королевой. Дети не успели полюбить друг друга - вокруг них сразу же начала плестись паутина дворцовых интриг. Молодой государь всецело находился под влиянием матери Марии Медичи, властолюбивой и коварной. Она невзлюбила невестку, опасаясь, что юная жена возьмет руководство слабовольным мужем в свои руки. Чтобы помешать этому, в ход шли наговор и клевета. Ловким интриганам удалось добиться своего: супруги все более отдалялись друг от друга. Время шло. Девочка превратилась в женщину. Анна стала замечательной красавицей, дивные черты которой поэты прославили при владетельных дворах всей Европы. Портреты молодой королевы заверяют нас, что стихотворцы не грешили против истины: "прекрасная испанка" могла вскружить голову кому угодно. Но сердце её было свободно. По свидетельству современников, Ришелье был "сильно влюблен в королеву и в бешенстве хотел заставить короля развестись с нею". Но не Людовик и не герцог Бэкингем были главными соперниками кардинала в сердце неприступной красавицы. Преданная любви к своему отечеству, Анна была "слишком испанкой, чтобы стать хорошей королевой Франции". На родине правил её брат Филипп IV, и Анна всемерно поддерживала его, отчаянно интригуя в пользу Испании и против первого министра. Он любил женщину, с которой его сталкивали противоположные политические интересы: ведь Испания была в то время одним из главных противников Французского государства. Ришелье же, ничуть не кривя душой, говорил о себе: "Моей первой целью было величие короля, второй - могущество королевства". Абсолютно не поддерживая действий кардинала, направленных на возвышение страны, Анна была готова свергнуть ненавистного министра даже ценой поражения Франции! Галантные чувства английского герцога Бэкингема льстили королеве и заставляли безмерно страдать Ришелье. Однако любовь британца осталась скорее платонической страстью: обмен письмами заменял нежной паре часы редких свиданий. Переписка велась до самой смерти герцога. Поначалу королева не желала верить трагическому известию и растерянно повторяла: "Ведь я еще вчера получила от него письмо..." Но, увы, гибель соперника не помогла кардиналу завоевать любовь Анны: до самой смерти Ришелье она оставалась его врагом, невзирая на все труды, которые министр совершил для блага отечества, короля и не оценившей его королевы...

Ответов - 43, стр: 1 2 3 All

Prince Noir: Я про гитару и говорю :) Людовик не доверял кардиналу вначале именно из-за того, что Ришелье представлял партию королевы-матери. Поэтому и не вводил его столько времени в Королевский Совет. Кардинал подставить короля в пользу Гастона никак не мог, потому что очень скоро после вхождения в Совет стал связывать все свои надежды именно с королем. Чем преданнее он служил ему, тем больше король ему доверял. И доверие это он заработал далеко не сразу. На Гастона же Ришелье ставку никогда не делал.

Леди Лора: Я в курсе :) Но изначально, он правильно, входил в партию королевы-матери. Потому и не верил ему Людовик. А Мария планировала заменить на троне одного сына на другого)))

Prince Noir: Вы имеете в виду осень 1616 года, когда король сильно заболел и Мария Медичи послала в Парламент прошение о продлении регенства с учетом смерти короля и восшествия на престол несовершеннолетнего Гастона?)))

Леди Лора: Совершенно верно. Ведь позднее, когда кардинал пытался примиритьь их величества (все еще принадлежа к опальной партии) Людовик ему это припомнил. Если хотите, я сверюсь сегодня с его мемуарами и подкреплю завтра свои слова)))

Prince Noir: Спасибо, у меня есть "Мемуары" Ришелье :))) Только я имела в виду немного другое: войдя в Королевский Совет, Ришелье довольно быстро понял, что сможет удержаться на месте и сделать карьеру в будущем только благодаря королю, хотя вначале и пользовался еще поддержкой Марии Медичи. Но на Гастона он никогда не рассчитывал.

Леди Лора: Я не говорю, что он расчитывал на Гастона! Неужели под конец дня я настолько невнятно изъясняюсь??? Я говорю о том, что Людовик боялся, что Риш поддержит Марию в ее планах относительно смены короля. Это не значит, что кардинал собирался это делать)))

Prince Noir: Я и не говорю, что вы это говорите. Я просто рассуждаю. Согласна. Имел все основания бояться. Но Ришелье очень постарался убедить его в своей преданности. Впрочем, заподозри Людовик что неладное, Ришелье бы мигом разделил участь Силлери и Ла Вьевиля.

Леди Лора: Точно. Но возвращаясь к нашим баранам, а при чем здесь любовь кардинала?

Prince Noir: Если кардинал вообще был влюблен в королеву... :) Об этой любви начали говорить в окружении королевы- и такие ее преданные поклонники, как, например, Франсуа де Ларошфуко. В том, что она отвергла его любовнь, усматривали причину его ненависти к ней. Возможно, эта точка зрения очень льстила самой Анне как женщине :) Но был ли Ришелье на самом деле в нее влюблен?..

Леди Лора: А был ли он вообще в кого-нибуть влюблен? Сам кардинал тщательно уничтожил любые упоминания о своей личной жизни. В Мемуарах об этом ни слова. Нам остаются только сплетни, да и те противоречивые... Кстати, а ваше издание кардинальских мемуаров тоже коварно заканчивается 1617 годом?

Джулия: Леди Лора пишет: Оффтоп: Кстати, а ваше издание кардинальских мемуаров тоже коварно заканчивается 1617 годом? Оно у всех коварно заканчивается там же, где и у вас. :( Издатели клятвенно обещали второй том... Ждем-с!

Prince Noir: Боюсь, о том, был ли в кого влюблен Ришелье, мы уже никогда не узнаем Можем только строить предположения. Да, коварные издатели коварно не хотят выпускать продолжение :((( Эх, хороши Мемуары, да, жаль, больно субъективны...

Джулия: Prince Noir пишет: Да, коварные издатели коварно не хотят выпускать продолжение :((( А не достать ли оригинал и не сделать ли свой перевод? :))) Быстрее получится.

Леди Лора: Prince Noir пишет: Да, коварные издатели коварно не хотят выпускать продолжение :((( Эх, хороши Мемуары, да, жаль, больно субъективны... Дааа... Вы просто не представляете той охоты на волков которую я за ними устраивала... В Харьков их приехало всего пять экземпляров, которые размели в течение недели. И все. А глазки светятся и ручки, как вы понимаете, тянутся... В общем, продавцы книжных магазинов до сих пор меня узнают. Знакомые, которые живут в Москве долго кардинала ненавидели только за то, что он эти самые мемуары сваял... Наконец, я получаю вожделенную книгу, алчно раскрываю содержание мечтая прочитат о дне одураченных в интерпритации Ришелье и... за пять лет совместной учебы никто не подозревал о таком богатстве моего словарного запаса)))

Леди Лора: Джулия пишет: Да, коварные издатели коварно не хотят выпускать продолжение :((( А не достать ли оригинал и не сделать ли свой перевод? :))) Быстрее получится. Знаете леди, я уже думала над этим, как и над докапыванием до Мирама... Одна проблема - надо срочно учить французский.

Джулия: Леди Лора пишет: за пять лет совместной учебы никто не подозревал о таком богатстве моего словарного запаса))) Фи, леди! :) Лично я, обнаружив грандиозный облом, сказала только "УУУУУУ!".

Леди Лора: Джулия пишет: Фи, леди! :) Лично я, обнаружив грандиозный облом, сказала только "УУУУУУ!" Ну, мне было безумно жаль потраченного времени, построенных и замордованных мной людей, ибо если в мою светлую голову приходит мысль достать книжку - плачут все) Причем стоя на ушах)))

Prince Noir: Меня терзают нехорошие предчувствия, что продолжение "Мемуаров" так и не появится :( Джулия пишет: А не достать ли оригинал и не сделать ли свой перевод? :))) Быстрее получится. Что-то я на Амазоне не нашла даже оригинала И в пределах досягаемости его тоже нет и не предвидится :(

Леди Лора: Было издание Мемуаров еще при совке, он нем пишут во введении к мемуарам, но и этого издания я не нашла...

Катерина: Леди Лора, тоже искала это издание, и нигде его не нашла - ни в букинистических магазинах, ни в интернете. Знакомых тоже подключала - все бесполезно. (( У меня с этими мемуарами тоже все добрые слова закончились, когда я увидела, на каком моменте они обрываются.



полная версия страницы