Форум » Покатуха » " Гримо" » Ответить

" Гримо"

stella: Печальная сказка. Жанр - фантастика. Примечание. Кому-то же надо нарушить молчание на форуме. Я, наверное, самая болтливая.

Ответов - 41, стр: 1 2 3 All

stella: - Эт-то еще что такое?- Атос брезгливо тронул носком модного ботинка жужжащий цилиндр с треть фута высотой. - Это? Гримо! Мушкетер юмора не оценил. Смерил меня с ног до головы таким взглядом, что захотелось сразу уменьшиться в росте и спрятаться за роботом-пылесосом. Это было опрометчиво: назвать механического уборщика именем слуги Атоса. А мне так хотелось, чтобы эта незаметная и исполнительная машинка напоминала ему о верном и исполнительном Гримо. Атос, обладавший завидным чувством юмора, свое пребывание в новом мире переносил с трудом. Мне даже кажется, что его вера в Б-га изрядно поколебалась от знакомства с чудесами техники. А еще больше она поколебалась от созерцания нового для него человечества. О времена, о нравы! Достаточно было одного похода в супермаркет и господин граф вернулся в полной прострации. Его потрясло не изобилие товаров, не огромные масштабы магазина, не то, что в одном месте можно купить все: начиная от спичек ( которые ему уже не были в диковинку) и заканчивая мебелью. Нет, его потрясли дети! Дети, восседающие на сиденьях решетчатых колясок, доверху заполненных всякой снедью и хватающие с полок кульки с конфетами и прочими сладостями. И никто при этом не отнимал у них лакомство, не ругал и не призывал вести себя достойно. То тут, то там раздавался детский вопль: «Хочу это!» и никто из взрослых не отпускал ни шлепка, ни оплеухи юному скандалисту. - Вы можете мне объяснить, что происходит?- вопрошал Атос, сидя на диване и переводя взгляд с меня на мою подругу.- Это же дикость несусветная: ваши дети ведут себя как обезьяны в зверинце и никто не объясняет им, что это недостойное поведение в обществе. - У нас свобода волеизъявления!- давясь от сдерживаемого смеха заявила Лара. -Желание дитяти — закон для родителей. Наши дети уверены, что им можно все! - Это вы называете воспитанием? - А попробуйте им объяснить что они не правы, посмотрите, что они вам ответят, господин граф. - Что? - Что они — свободные люди и их тело — это их собственность и никто не имеет права им диктовать условия, не говоря о том, чтобы пороть за непослушание. - Вот вас пороли? - Знаете, как-то не пришлось!- поджал губы Атос.- Я свое место в семье знал и не выдвигал условий. - А когда выдвинули, было уже поздно,- назидательно заявила Лара.- И тогда ваш отец подумал, что что-то упустили в вашем воспитании. - Сударыня, с вашей стороны бестактно проводить параллели между моим и вашим воспитанием. - Почему же? - Да потому, что задачи и у вас и у нас — разные. - Объяснитесь, господин граф. - У вас, дамы — равноправие. У нас задачи были другие: дворянин должен отличаться не только своей внешностью. Прежде всего — это поведение. И оно должно быть примером для всех дворян. - Вот, вся загвоздка в этом « дворян»,- съязвила Лара. - Остальные для вас — мусор, не люди. А у нас не так. - Не так? Что-то я не заметил, дамы, чтобы у вас все были равны. Черт возьми, а наш граф что-то слишком быстро разобрался в тонкостях нашей демократии! Как это мы не подумали, что чтение газет на разных языках ( а ведь он владеет основными европейскими языками в совершенстве и разность времени и орфографии надолго его не задержали), открыло Атосу много чего в современной политике. Хорошее образование и острый ум : вот вам и готовые выводы. Интересно, а какие еще мысли у него по поводу мира, куда его откомандировали на год в порядке эксперимента? Хорошо, что он знает, что это не навсегда, иначе мы бы имели настоящую головную боль. А начиналось все очень прозаически.

stella: Мушкетера, можно сказать, выкрали из погреба в Амьене, где он беседовал с бутылками уже вторую неделю. Зрелище он из себя представлял удручающее: заросший, как арестант в обезьяннике, нечесаный и немытый, без камзола, с пятнами вина и масла на тончайшего батиста рубашке, он болезненно щурился на дневной свет и, кажется, пытался свести воедино два не стыкуемых события: свое пиршество в погребе придорожного трактира и сверкающий стеклом и сталью зал, в котором сновали десятки мужчин и женщин одетых в голубые и белые комбинезоны. Контраст между винными бочками, обществом Гримо и крыс и наполненным светом и жужжанием приборов залом был для него ошеломляющим. Граф, пошатываясь не то от количества выпитого в Амьене вина, то ли от потрясения, вызванного сменой обстановки, оторвался от стенки камеры транспортировки, на которую опирался спиной и сделал шаг вперед. И едва удержался на ногах. Подскочивший лаборант поддержал его под локоть и услышал короткое и выразительное ругательство: " mortbleu " ! Ошеломленный, он отпустил мушкетера и тот сделал несколько быстрых шагов вперед. Потом он оглянулся и, не веря тому, что предстало его взору, провел рукой по глазам и по щеке, тряхнул головой, прогоняя последние следы наваждения и только тут до него дошло, в каком он виде предстал перед этим царством чистоты. - Гримо!- позвал он севшим голосом. Никто не отозвался на его призыв. Атос, закипая гневом от непонимания случившегося, сделал еще несколько шагов вперед и тут он увидел дверь. Вращающуюся дверь, какие ставят перед входом в общественные здания, огромную стеклянную дверь, которая непрерывно крутилась, затягивая в свою воронку входящих и выпуская сотрудников в бесконечный коридор, сверкавший бело-голубыми панелями и неоновыми светильниками. Тело мушкетера напряглась, словно он готов был рвануться через эту дверь в попытке бегства, правая рука потянулась привычным жестом к бедру, где полагалось быть шпаге и Атос, наконец, осознал перемену обстановки. Никогда не видела, чтобы человек так стремительно трезвел и бледнел. - Где я и что происходит?- голос звучал властно и на французском. Надежда, что он заговорит на языке, понятном всем присутствующим, растворилась, как дым. Не дождавшись ответа на свой вопрос граф де Ла Фер повторил его по-английски, по-немецки, по-испански. Ошеломленные сотрудники института ждали, какими еще языками владеет простой мушкетер Его величества короля Франции. Но Атос замолчал, зато стал разглядывать место, куда он попал, самым внимательным образом. Его пронизывающий взгляд, пробирающий до костей, не упустил, наверное, ни одной мелочи окружающей обстановки, ни одной детали одежды окруживших его людей. - Итак, господа, повторил он по-английски,( видимо, услышав , как переговариваются между собой присутствующие), где я нахожусь? На Рай это не похоже!- он саркастически ухмыльнулся, не без основания подозревая, что его туда бы не пустили.- Ад, скорее всего, тоже не подходит. Так куда же я попал? - В будущее,- вперед выступил наш руководитель проекта. - В будущее, господин мушкетер. - И зачем я вам здесь понадобился, господа?- Атос продолжал улыбаться, изо всех сил не показывая своего потрясения и все еще не веря в случившееся.- С какой целью? - У нас к вам накопилось немало вопросов, господин граф. И, кроме того, нам бы очень было интересно ваше мнение о нашем мире. - Откуда у вас могут быть вопросы ко мне?- поразился Атос. Я вас первый раз вижу!И надолго вы намерены меня здесь задержать? Черт, какой же он деловой! Сразу взялся все выяснять. - Не спешите, господин граф! Не все сразу! - Прежде всего, я точен, господа. Если это не Рай и не Ад, то как долго вы меня намерены удерживать в этом мире? У меня, знаете ли, тоже дела имеются и я на службе. - Ага, на службе!- негромко съехидничала Лара, стоявшая рядом со мной. - Пьянствовать в погребе — это теперь называется службой!? Я изо всех сил наступила ей на ногу, но было уже поздно: Атос услышал. Краска залила его бледное лицо, он хотел что-то сказать, но сдержался. Вместо этого сделал глубокий вдох и, наконец-то, вспомнил, как он выглядит. - Господа, где бы я мог себя привести в приличный вид?- вопрос был для дам долгожданный, но все равно прозвучал он неожиданно. - Пройдемте со мной, я все устрою.- для гостя были готовы апартаменты не хуже, чем на улице Феру и его проводили туда торжественно, как американского президента.

stella:

Камила де Буа-Тресси: Обозначенная в заголовке печальность сказки меня насторожила. Но все равно жду продолжения.

Диана: Стелла, выкладывайте дальше! Это чудесно!

Камила де Буа-Тресси: Сказка же, хоть и не новогодняя...

stella: Через два часа гость, подтянутый, выбритый и вычищенный, в новом, заранее заготовленном к его появлению камзоле синего бархата и с неизменной для него шпагой на боку, устроился с бокалом вина в кресле своего нового обиталища, слегка ошарашенный всем увиденным по дороге и впечатленый чудесами современной техники. Щадя нервную систему гостя, к нему допустили только нашего Босса, господина Головански, автора идеи и теории перемещения во времени и, как представительницу женской половины человечества, меня. Подозреваю, что просто чтобы скрасить гостю пребывание в новой мире.( в отношении Атоса — так лучше бы это были полсотни бутылок хереса, право слово) - Итак, с чего начнем?- Головански, не скрывая своего нетерпения, потер руки. - С моего последнего вопроса и начнем,- не растерялся наш гость. - Позвольте переспросить, а какой был вопрос? - Босс лукавил: вопрос он помнил, только не хотел, отвечая на него, брать на себя определенные обязательства. Но Атоса сбить с позиций не удалось. - Меня, прежде всего заботит, как долго вы намерены держать меня в этом месте. - Ну, год-другой, я думаю, и вас и нас удовлетворит, - попытался выкрутиться Головански. - Что-о?- Атос со стуком поставил бокал на столик и вскочил с кресла. - И речи не может быть. Меня действительно ждут. Более того, меня будут разыскивать друзья и господин де Тревиль. Я не желаю прослыть дезертиром! - Тихо, тихо, Ваше сиятельство,- успокаивающе замахал руками профессор.- Для вас в вашем мире пройдет всего несколько дней. За то время, что вы у нас пробудете, вы сможете рассказать нам массу интересных вещей о вашем времени и ознакомиться с нашими достижениями. А вам это тоже будет чрезвычайно интересно: вы человек образованный. Умный и наблюдательный. Вам у нас понравится, я уверен. Тут Атос, видимо впервые, заметил, что к нему обращаются как к графу. Он нахмурился. - А позвольте у вас узнать, откуда у вас, вообще, сведения обо мне? И такие, которые вас вообще не касаются?- мушкетер теперь разозлился не на шутку и последствия его гнева могли быть весьма предсказуемы: господин Атос не отличался благодушием, когда речь шла о его личной жизни. Пришлось вкратце изложить ему историю с романом Дюма и пообещать дать ему его прочитать. Разумеется, не дальше « Трех мушкетеров». В списке пожеланий Атоса, которые он скорее выдвинул, чем попросил, одним из первых было : вернуть ему Гримо! Я ощутила что-то, похожее на злорадство: нянька вам нужна, господин мушкетер? А вот попробуйте пожить без слуги! Может, тогда начнете его ценить по-настоящему. Ответ, что у нас нет ресурсов на еще одно перемещение во времени, его озадачил. - А как же вы намерены меня вернуть?- растерялся на мгновение Атос. - За год мы сумеем накопить недостающую энергию и деньги,- спокойно ответил Головански.- Уж не обессудьте, но слуг у нас нет. Ну, скажем так: они есть не у всех. Так что придется вам, господин Атос, этот год обойтись без вашего лакея. Но мы вам поможем, чем и как сможем. Мы предоставим вам механического слугу. Тогда-то и появилась у меня идея назвать робота-уборщика — Гримо. Знала бы, во что вляпалась - сто раз бы подумала.

Камила де Буа-Тресси: stella, кстати, обнаружила немного странное упущение или допущение: перемещение во времени, а значит из сказки следует, что действия романа "Три мушкетера" происходили в реальности... ну хотя бы прошлом той реальности, которую вы описываете. Мы же пока до путешествий во времени не дошли еще.

stella: Камила де Буа-Тресси , погодите! Хотя, то, что я пишу, в чем -то похоже и на " Последствия" Калантэ и что-то есть от других фанфиков про " попаданцев" Новое придумать не смогла, да и не в этом соль. Дальше узнаете.

Камила де Буа-Тресси: Буду с удовольствием ждать!

stella: Прежде всего Атос затребовал современную одежду. Он явно не хотел выделяться в толпе. И, очень подозреваю, что не из скромности. Граф всерьез озаботился изучением современной цивилизации. Причем, вопросы сыпались такого плана, что для ответа на них приходилось связывать его со специалистами. Мое присутствие в роли секретарши и гида его раздражало, я это хорошо видела. На просьбу меня заменить( представляете, каково мне приходилось, если, имея возможность общаться с Атосом по 8-10 часов в сутки я готова была уступить это счастье кому угодно), мне заявили, что никаких перемен не будет, а в помощь мне дадут Лару. Бедный Атос! Это было слишком для него! Мы работали посменно и наше присутствие довело бедного графа до нервного срыва: он ушел в запой и не открывал двери никому. Может, он в душе надеялся, что его вернут домой до срока? Надежды его не оправдались: вино закончилось раньше, чем его желание пить. В конце-концов, закончилась и еда в холодильнике и мрачному и трезвому мушкетеру пришлось явиться на свет божий. Тогда-то мы и отправились закупать продукты в супер, а в наше отсутствие робот -уборщик навел в квартире порядок. Мы думали, что шок от перемещения из одного века в другой у Атоса уже прошел, но оказалось, что француз просто держит себя в руках. Его раздражало, кажется, все: толпы народа на улицах, одежда молодежи, непосредственность общения, которую он, однозначно, воспринимал как хамство и вседозволенность. У меня сложилось впечатление, что чувствовал он себя нормально только дома, с книгой на коленях и бокалом хереса в руке. Запоев он больше не устраивал: на них не оставалось времени. О книге Дюма ( к нашей всеобщей радости) не вспоминал. Как оказалось, радовались мы преждевременно. Если он не общался с теми, кто мог четко отвечать на поставленные вопросы, он читал. Казалось, он спешит наверстать все, что накопило человечество за эти 400 лет: философские трактаты, исторические исследования по 17 веку, научные достижения в сфере наук. Если он выходил на свет божий, то в основном это были верховые прогулки или занятия в спортзале: форму граф не терял. На мой вопросительный взгляд он ответил просто: « Мне не век сидеть у вас, а по возвращении никто не станет у меня интересоваться, почему я не способен управиться в бою с противником. Мое время требует от меня быть постоянно готовым к бою.» После этого мне стало неловко: Атос не дал мне сомневаться, что задерживаться у нас не намерен. Прошло несколько месяцев. Граф освоился настолько, что часто мы просто не знали, где он проводит время. От сопровождения он отказывался категорически и мы все были как-то немало поражены, когда он появился в сопровождении молодого человека лет 15-16 с забавным гребнем волос на обритой голове. - Знакомьтесь, господа! Этого молодого человека зовут Рауль,- представил его Атос. Описать выражение наших лиц не смог бы, наверное, и сам Дюма. - Где вы его нашли, господин Атос?- еле выдавила я из себя. - Этот молодой человек кажется мне достойным представителем молодого поколения. Вот я и осмелился пригласить его в гости. Он может вам рассказать много интересного о своих сверстниках, не так ли, Рауль? А нашел я его на одной вечеринке, в баре. - Вы посещаете такие места, граф? - оторопели мы. - А почему нет?- удивился нашему вопросу Атос.- Я не гнушался этим и в юности, почему мне не посмотреть, как проводит время ваша молодежь. - Но это может быть опасно!- воскликнула Лара. - Не опаснее, чем в мое время,- отпарировал Атос. Пока мы с ним препирались, паренек, не скрывая своего любопытства, разглядывал комнату, краем уха прислушиваясь к разговору. Об Атосе он явно ничего не знал, поэтому, заслышав, что тот человек бывалый, бесцеремонно влез в разговор. - Ну, пить вино ты, Оливье, мастер! И подраться — не дурак, это я сам видел. Но вот если тебя подрежут в подворотне, тут я за тебя не в ответе. - Это надо понимать, что вы не скучаете в обществе молодежи?- Головански, стоя в дверях, складывал огромный зонт. - На улице проливной дождь. Я промок и продрог. Найдется у вас что выпить, граф? - Так у тебя две клички?- обрадовался паренек.- Атос и граф? Сила! Атос только улыбнулся в ответ и сделал мне знак глазами не вмешиваться. Он явно забавлялся ситуацией. - Бренди со льдом?- непринужденно опросил он Босса. - Брр! Бог с вами, Атос! Чистого! Я едва не околел. - Вы не с машиной?- спросила Лара. - Нет, я гулял. - И посетили тот же бар, что и мы?- усмехнулся граф. - Да, я за вами следил, Атос. А что поделать: вы слишком дорого нам обходитесь, чтобы я мог позволить вам бездумно рисковать собой. - Вот что, Оливье,- вмешался Рауль,- тебя попросту пасут, дружище. Я тебе говорил, что сматываться надо было раньше, а ты все откладывал. Я, пожалуй, пойду! И прежде, чем кто-то из нас успел среагировать, парнишка исчез из дому. Атосу не удалось скрыть свою досаду. - Головански, вы напугали юношу!- сухо сказал он. - Зато я понял, что вы задумали. - Ничего вы не поняли, сударь! Вы хотите бежать ! - Не говорите глупости! Куда я могу бежать от вас, если я мечтаю о том дне, когда вы вернете меня, -закончил Атос совсем тихо. И такая тоска прозвучала в его словах, что нам троим стало не по себе. - А этот мальчик вам для чего? - А это мой Вергилий по путешествиям в вашем городе. Заодно, он знакомит меня с миром, который вы бы не стали мне показывать. - С миром бандитов, наркодиллеров, проституток и прочим сбродом, - наш босс пылал негодованием. - У любого общества есть изнанка,- заметил ему Атос. - Графу де Ла Фер там не место! - Мне самому решать, где мое место! Запомните это, господин Головански.- Атос недобро сузил глаза. - Я хочу понять, откуда в вашем, с виду благополучном и сытом обществе берутся такие потерянные дети, как этот Рауль. Вы мне это не объясните. - А откуда они берутся в вашей Франции?- вскипела Лара. - Их порождают нищета и войны. - И социальное неравенство. У них нет идеалов,- не унималась Лара. -А какие идеалы у вашего дворянства? У вас самого, господин мушкетер? Вопрос был лишний. Мы сразу это поняли: Атос как-то сник. Мы поняли, что нам лучше уйти и засобирались домой. Атос проводил нас до порога и у самой двери неожиданно остановил меня. - Не уходите! Я кое-что хочу спросить у вас. - У меня?- Я поразилась: мне всегда казалось, что француз старается держаться от меня подальше.- Хорошо, я только скажу, чтобы меня не ждали. Когда я вернулась в комнату, граф сидел с бокалом виски в руках, но не пил. - Атос, вы что, пьете ЭТО?- Я была поражена.- И наркотики тоже пробуете? - Нет, мне моих жизненных впечатлений вполне хватает, чтобы не трогать эти ваши « колеса»- он как-то вяло улыбнулся.- Скажите, Марго, а где я могу прочитать книгу, о которой вы говорили? - Какую?- спросила я, чтобы выиграть время.- Мы говорили о многих книгах. - Нет, я имел в виду только одну и вы отлично знаете- какую!- он был пугающе серьезен. - А если я вас попрошу ее не читать, граф? - Почему? - Вы хотите знать свое будущее? Атос задумался на минутку. - Видите ли, я не слишком стремлюсь к этому: свое будущее я вижу не в самом лучшем свете. Но у меня появилась одна мысль; впрочем, узнать, верная она или нет я все равно смогу не раньше, чем пройдет какое-то время. Так вы говорите, что меня ждет бесславный конец? - Я не говорила такого!- воскликнула я, попадаясь на хитрость.- Вы еще будете счастливы. Вы и ваши друзья. - В отношении своих друзей я не сомневаюсь, а вот , что до меня...- он махнул рукой. - Глупости,- меня уже понесло.- Вы еще будете любить, граф! - Я!!- его всего передернуло от отвращения. - Я не говорю о женщине! Знаете, мне на минутку сделалось жутко: у Атоса стало такое лицо, что мне показалось, что он меня сейчас прихлопнет, как муху. Но он справился с собой. - Никогда не питал склонности к мужчинам. - Я не это имела в виду! Я говорила о любви к детям!- я сказала лишнее, но назад пути уже не было : Атос схватил меня за руку. - Вы сейчас же дадите мне эту книгу или я сам не знаю, что ...- он замолчал, увидев, как я напугана. -Хорошо, я дам вам время ее принести. Сейчас не та погода, чтобы выгонять даму под дождь, но завтра вы положите ее мне на стол.- он ткнул пальцем в столешницу. - Вы пожалеете о своем решении, Атос.- проблеяла я. - Возможно. Но еще больше я пожалею, если не попытаюсь понять, что же все-таки здесь соответствует реальности. - Атос, друг мой, вы все равно не поймете, что к чему.- Я не знала, можно ли его еще остановить. - Вы читали эту книгу, Марго? - И не один раз. - Так вот: если я буду знать, что со мной произойдет и это потом действительно произойдет, а с реальной жизнью моего времени это мало будет соотноситься, то это будет означать...- он замер, не решаясь высказать вслух свою мысль. - Говорите же! - Это будет означать, что в реальности нас не существовало.- Он замолчал. - Как это, « не существовало»?- опешила я. - Ваш эксперимент мог быть не путешествием из прошлого в будущее, а... овеществлением книжной реальности. Мне стало нехорошо. - Скажите, это вы сами придумали, или... или где-то прочитали? - А не все ли вам равно, Марго? Но если последнее правда!.. Скажите,- перебил он сам себя, - а этот Дюма... он же уже умер, не так ли? - И давно! - Значит, он ничего изменить в книге уже не сможет. Тем лучше. - Атос, что вы задумали?- ахнула я. - Ничего опасного, уверяю вас. Гримо!- позвал он домашнего робота и на порог выкатился плоский цилиндр.

Диана: Шикарный Рауль и все прочее

Ленчик: Погреб! Иллюстрация!! Аааааа, какой шикарный погреб!!! В остальном... Вот ведь блин... Написала много. Стерла. Написала опять, по-другому. Плюнула и опять стерла. То ли я шутки разучилась понимать, то ли настроение у меня такое...)))

Диана: Ленчик, потому что тут не шутка, а совсем другое.

stella: Вот никогда бы не подумала, что Атос найдет, чем занять механическую игрушку. Потому что мы раньше на все эти приспособления для домашнего быта смотрели как на забаву, которая помогая нам в доме одновременно развлекает нас. И не только нас. Первыми это поняли домашние животные. Собаки и особенно кошки обожают кататься на роботах. Кухонные комбайны приводят их в восторг: сквозь прозрачный стакан они наблюдают за процессом превращения набора продуктов в лакомство. Процесс стирки и мойки посуды звучит для них музыкой. У Атоса зверья дома не водилось: он предпочел не связывать себя лишними хлопотами и привязанностями. Но к домашнему роботу испытывал странное чувство признательности. Он сам не ожидал, что отсутствие Гримо окажется для него таким болезненным. Мысли о том, что слуга остался в погребе в одиночестве беспокоила его не меньше, чем мысли о дАртаньяне. Книга нужна была ему позарез: только так он мог бы узнать, что стало с другом и какая судьба постигла Гримо. Если Марго не принесет книгу, он найдет ее : пусть для этого ему придется перерыть весь город. Но Марго книгу принесла. И — не одну. Несколько секунд Атос ошеломленно созерцал кучу увесистых томов, потом лихорадочное нетерпение заставило его протянуть руку: книга была старой и издана она была в конце 17 века. Автор — Куртиль де Сандр. - Что это? Это же не Дюма?- граф был в недоумении. - Нет, не Дюма. Но это книга, которая послужила основой для истории о мушкетерах. Прочтите сначала ее. Я подумала, что так вам будет проще сравнивать события. Марго оставила Атосу всю эту библиотеку, позабыв объяснить, что за чем следует читать. Она видела, что он сгорает от нетерпения. Последующие две недели мушкетер даже не выходил из дому: он читал запоем. Марго и Лара наведались к нему несколько раз и он их поразил своим видом. Мрачный и голодный, он походил сейчас на того Атоса из амьенского погреба, который предстал перед ними полгода назад. - Вы что, ничего не едите?- Лара с ужасом разглядывала француза.- Вы себя в зеркале видели? - Прошу прощения за свой вид, но я никого не ждал сегодня.- Граф был не рад гостям. - Вот что, я пойду организую обед или ужин, а ты, Марго, приведи эту берлогу в приличный вид, - скомандовала Лара, которая всегда и везде чувствовала себя как дома. Атос попытался возразить, но она скрылась за дверью кухни и оттуда вскоре стали доносится восхитительные ароматы приправ. - Что же вы творите, Атос?- я нерешительно коснулась его руки .-Вы же себя уморите, чего доброго. - Я не голоден. Гримо обо мне позаботился. - Гримо? - Да, он в состоянии сварить отличный кофе и сготовить нехитрый завтрак. - Но Гримо- это робот- уборщик. Это все его функции. Он не умеет больше ничего делать. Его насадки и манипуляторы не приспособлены для готовки пищи. - Как видите, приспособлены. Иначе, я вообще бы и вправду умер с голоду,- улыбнулся Атос.- Он меня и кормил, пока я читал. И еду нам доставили по его заказу. - Вы его перепрограммировали? - Понятия не имею, как это делать, но Рауль знает. - Ах, вот оно что, - протянула я,- так Рауль этот ваш здесь бывает. - Он мне очень помог. Сообразительный паренек и очень добрый. - Вы знаете о нем что-то? - Почти ничего. Знаю, что он рос в чужой семье. О своих настоящих родителях не знает ничего. Живет самостоятельно с четырнадцати лет. - Работает? - Не знаю,- пожал плечами граф.- Наверное. Голодным и раздетым он не выглядит. Он мне чем-то напомнил моего друга-гасконца... - ДАртаньяна? - Да. Но потом, когда я прочитал... - Вы вспомнили о нем, увидев в нем своего Рауля. - Если моя жизнь и вправду не будет отличаться от книги...- он сжал виски ладонями.- Скажите честно, Марго: почему вы именно меня вытащили в свой мир? Чем я вам так насолил? - Атос, друг мой, это не мое решение! Вернее, не только мое. Так захотели наши женщины. Они и сейчас мечтают об одном: устроить вам пресс- конференцию и задать вам свои вопросы. - Зачем? Зачем им это все? - Чтобы решить, кто прав в истории с Миледи: вы или она? - Кто прав?- Атос растерялся. - Но разве я нарушил закон, повесив ее? - Вот в этом и загвоздка, господин граф. Если у вас будут силы и желание, вы можете встретиться с нашими феминистками. Они вам зададут кучу вопросов, пригвоздят вас к позорному столбу и вменят просить прощение у Анны де Бюэй в вашей реальности. Им всем хочется, чтобы вы чувствовали себя на эшафоте или, в лучшем случае, простили ее и вновь зажили с этой дамой. - Они сумасшедшие?- грустно и как-то беспомощно спросил Атос. - О нет, просто у них обостренное чувство справедливости в их, женском, понимании этой самой справедливости. - А вы, вы Марго, тоже считаете, что я был неправ, совершив эту казнь? - Вам действительно хочется это знать, Атос? Вам так важно мое мнение? - Если вы могли заметить, я не слишком интересуюсь мнением людей после того, как совершил что-то. У меня очень ограниченный круг друзей и вот их оценка моих поступков для меня важна. Вы, наверное, единственный человек в этом мире, чье мнение для меня не просто интересно: мне бы не хотелось выглядеть в ваших глазах слишком глупым или безответственным. - Атос, вы это серьезно? - Абсолютно!- он с улыбкой склонился над моей рукой и поцеловал мои пальцы осторожно и ласково. - А я думала, вы меня терпеть не можете, - я еще пыталась улыбаться. - Это в прошлом. - А в настоящем? - Я считаю вас очень тактичным и выдержанным человеком. - Спасибо! ( дура, ты что, думала что он тебе будет в любви признаваться?) - Так что вы мне скажете? - Что я вас оправдываю. Считаю, что вы были в своем праве судьи и мужа. Ваш поступок был немного поспешен, но, в конечном итоге, все было бы сделано так же. Только казнь совершил бы палач. И о вашем позоре знали бы все. - Именно поэтому я все сделал сам. - Но вы теперь знаете, что это не конец. - Знаю.- Атос закрыл глаза и сидел так несколько минут.- Если я вернусь,- продолжил он, - если я вернусь, я бы хотел все забыть. Не знать ничего и продолжить свое неведение будущего так, словно я заснул в этом чертовом погребе, а проснувшись, ничего не помнил из того, что со мной здесь происходило. - Так и должно быть. Вы ничего не будете помнить, Оливье.- Имя у меня сорвалось случайно, но он вздрогнул, как от ожога.- Если бы я не была в этом уверена, я бы никогда не принесла вам эту книгу. Все, что вас мучает здесь, все, что причиняет вам боль или радость: все это исчезнет из вашей памяти. И нас вы тоже не будете помнить. - Кажется, об этом я буду жалеть, - он сказал это очень серьезно, не спуская с меня глаз и я почувствовала, что краснею. - А вот и Лара, - как ни в чем не бывало воскликнул граф, отпуская меня взглядом.- Лара, вы не дадите нам умереть с голоду? - Атос, у вас есть совесть? Полчаса назад вы уверяли, что чашки кофе вам хватит, чтобы прожить неделю, а теперь вы заявляете, что голодны. Марго, что ты с ним сотворила за эти полчаса?- в голосе Ларочки явственно прозвучали ревнивые нотки. - Мы беседовали о жизни. - И к какому выводу вы пришли? - Что меньше знаешь- лучше спишь. - Гениальный вывод!- настроение у Лары поднялось до наивысшей отметки. Время летело для нас и ползло для Атоса. Кончался год его пребывания и приближалась возможность возвращения. Граф согласился встретиться с прессой. До этого его щадили и всячески оберегали от досужих журналистов до такой степени, что пошли разговоры, что никакого эксперимента не было и, соответственно, деньги потрачены на военные цели или, хуже того, на личные запросы руководства. Атос очень неохотно пошел на встречу с прессой: он уже достаточно знал, что из себя представляет журналистская братия и понимал, что ему, по сути, предстоит допрос. Бесцеремонность и бестактность — вот что его ожидало. Это могло стать пыткой и все же он согласился. Мы так и не узнали, что заставило его пойти на этот шаг. После всего, что произошло, никто не решился расспрашивать графа, а у него и не было желания добавлять еще что-то к ранее сказанному. На пресс-конференции, кроме официального представителя от нашего ведомства, профессора Головански и меня, пресс-секретаря, больше никого не было. Зато зал был полон представителей прессы от ведущих агенств всего мира. Конференция шла на английском и французском, а если вопрос задавался на испанском, итальянском или немецком гость непринужденно переходил на этот язык. Огромное количество приглашенных Атоса не смутило: он был с детских лет привычен держаться непринужденно перед большим скоплением людей. Его уверенности и спокойствию я позавидовала: вот оно, одно из проявлений воспитания вельможи: достоинство и уверенность в себе. Когда все расселись на своих местах, официальный представитель сделал пространное заявление от имени правительства и передал слово Головански. Профессор вкратце описал суть эксперимента, его задачи и ожидания от них. Как видите, господа, результат превзошел все, что мы только могли себе вообразить. Результат этот вы видите перед собой и я счастлив передать слово господину графу де Ла Фер, который любезно согласился ответить на ваши вопросы. После этого слово было передано Атосу. Он знал, как себя вести и я успела перехватить его улыбку, когда он обратился к собравшимся в зале журналистам. - Господа, я к вашим услугам. Прошу, задавайте ваши вопросы. Увы, он не стал предупреждать всю эту братию, чтобы ему не задавали личных вопросов. Он, бедный, все же не предполагал, до чего могут дойти в погоне за сенсацией эти люди. - ВВС.- Господин граф, вы действительно пришелец из прошлого? В Вашем лице мы действительно видим человека из 17 века? - Атос.- Вам бы хотелось, чтобы я предстал перед вами в камзоле, при шпаге и в ботфортах? ( Смех в зале). Так я выглядел бы убедительно? - Франс-пресс.- Скажите, господин граф, а в чем вы видите основные отличия вашего времени от нашего? - Атос.- В воспитании. - Ф.П.- Вам не нравится наше воспитание? - А. - Я не вижу положительных сдвигов в человеке за прошедшие 400 лет. - Ф.П. - Вы ожидали увидеть идеальных людей? - А.- Меня выхватили из моего времени не спросив моего согласия. Я увидел то, что увидел. У меня не было каких-то предварительных мыслей и ожиданий на этот счет. - Аль- Джезира.- Скажите, как в ваше время относились к представителям других религий? - Атос. - Это зависит от того, кто где находился. Я думаю, есть достаточно письменных свидетельств по этому вопросу. Журналистка от одного из российских каналов.- Господин де Ла Фер, правда ли то, что написано о вас в романе Дюма? - Атос.- Думаю, что правда. Во всяком случае, пока все, что происходило, совпадало с романом до мелочей. Журналистка.( с детским восторгом). - Все-все? И с миледи — тоже правда? - Атос.- Вот этот аспект я не стану уточнять . ( Шум в зале.) - Атос. - Господа, на вопросы, касающиеся личной жизни моих друзей и моей я отвечать не стану. Соблюдайте приличия. ( Шум в зале.) Кто-то из зала.- Господин, вас представили нам как графа де Ла Фер. Вы носите так же и имя Атос? - Атос( совершенно спокойно).- Да, Атос — это мое боевое прозвище. Предвосхищая дальнейшие вопросы, могу сказать, что я действительно являюсь мушкетером и служу в полку де Тревиля. Вместе со своими друзьями: Портосом, Арамисом и дАртаньяном. - ВВС.- в какой момент из вашей жизни вас выхватили? - А. -Это важно? - ВВС.- Это нужно, чтобы мы поняли, насколько книга соответствует жизни. - А. - Скажем, это произошло не в лучший момент моей жизни. ВВС. - Когда? - А.- Когда я ожидал своего друга. - ВВС. - В погребе? - А.- Это относится к делу? - ВВС.- Самым непосредственным образом. Это один из самых прекрасных эпизодов в книге. - А.- В жизни я так не считаю. Журналистка, позабывшая представиться.- Но потом следует ваше признание дАртаньяну. Рассказ об охоте. Этот эпизод до сих пор повод для обсуждений и ссор между читателями. - А.( едва сдерживаясь). - В той жизни ( моей жизни) я никому ничего не рассказывал и не собираюсь этого делать в будущем. Тем более мы не будем это обсуждать здесь и сейчас. - Франс -пресс.- Господин граф, как вы относитесь к эмансипации женщин? - А.- В мое время это не актуально. - Ф.П.- И тем не менее, вы предпочли женщину, обладающую умом и независимостью, очередной светской красотке. Вам нравятся раскованные женщины? - А.- Каково мое отношение к дамам ? Мне нравятся женщины, которые умеют сохранять свое достоинство и честь. К сожалению, таких меньшенство. - Франс-2.- Ваше время породило первых феминисток. Сталкивались ли вы с женщинами, которых не устраивало их существование как мужниной жены? - А. - Сталкивался. Ничем хорошим это не заканчивалось. - Ф.2- Для женщин? - А.- Для обеих сторон. - CNN - Скажите, господин граф, а как вы представляете себе права женщин теперь? Чем современная женщина отличается от той, что была во времена Фронды? - А.- Ну, до Фронды мне еще дожить надо. ( Смех в зале). Если же говорить о правах женщин теперь, то моих наблюдений и моих знаний ваших законов явно не достаточно. Хотя, должен признаться, поведение ваших дам меня часто шокировало. (Голос из зала).- Чем? Вы считаете, что они ведут себя неприлично? - А.- С точки зрения мужчины 17 века - да. ( Голос)- В чем? В одежде? - А. - Одежда- это признак времени и показатель определенных границ дозволенного. Я понимаю, что ваше время — это техника, нам не знакомая, это скорости, нам не ведомые и жизнь по другим правилам. Но есть принципы и они должны оставаться незыблемыми, как бы не менялся мир. Мне кажется, что понятие истинной дружбы, преданности и верности у вас стали лишними. Все продается и все покупается. Муж и жена... Атос внезапно замолчал и опустил голову. Но было уже поздно: слова вылетели и стали сигналом для тех, кто хотел истины. Казалось, все женщины, бывшие в зале, сорвались с цепи. Говорили все разом, не слушая себя и друг друга. Атос встал и это подействовало на зал. - Я пришел сюда, чтобы ответить на ваши вопросы. Вы же, как я заметил, любое собрание, на котором присутствуют больше трех человек, готовы превратить в базар, на котором торговцы перекрикивают друг друга, рассчитывая так привлечь побольше покупателей. В таком балагане я участвовать не готов. Стало тихо. Атос говорил негромко, но властный, сильный голос подействовал на зал. - У вас еще остались вопросы ко мне? Если это все, то я благодарю вас за внимание, господа и должен буду распрощаться с вами. ( Голос из зала. Женский.) - Последний вопрос! Пожалуйста! Почему вы убили свою жену на охоте? Стало так тихо, что люди боялись даже выдохнуть. Вопрос, бестактный и жестокий, заставил графа побледнеть, как смерть. Он замер, откинув голову и выпрямившись, словно перед дуэлью. Брошенный ему в лицо вопрос был именно тем, которого он ждал, боялся его и знал, что такой вопрос заставит его сказать все, что он не хотел бы говорить. А.- Я был судьей и я был ее мужем и ее властелином. Она предала меня и мою честь. Предатель заслуживает смерти. Я сказал все, что мог и хотел. Прощайте, господа! Что до меня, то я убедился в одном: наши взгляды на мир не совместимы. Оставляю вам ваше понимание, а за собой оставляю право быть самим собой. Он чуть поклонился и пошел к выходу ни на кого не глядя.

stella: Атос был дома. Я очень боялась, что он куда-нибудь исчезнет после пресс-конференции, но граф, проблуждав где-то полдня, вернулся к себе. Гримо тихонько жужжал, занимаясь домашними делами и Атос изредка поглядывал на него поверх книги, которую не читал, а просто держал в руках, не замечая, что держит ее верх тормашками. - А, Марго, вы!- вяло приветствовал он меня.- Ну, что? Буря улеглась? - Только началась. Атос, вы себе не представляете, что поднялось после вашего ухода. Они все как с ума посходили. - В особенности — женщины? - Мужчины от них не отставали. Все это уже превратили в сенсацию, в скандал для желтой прессы. - Марго, вы не представляете, как я мечтаю отсюда убраться. Но после всего случившегося я не считаю это правильным. Я должен восстановить доброе имя моего рода. - Здесь? Оливье, не делайте глупости. Здесь это никого не интересует и никому не важно, что чести графов де Ла Фер нанесен урон. Главное: есть тема для прессы. О вас поговорят и забудут, как только появится что-то более актуальное. Наша пресса похожа на золотоискателя на выработанном прииске: она ищет забытые крупинки золота, когда самих самородков уже давно и след простыл. И — находит. - И все же я должен объяснить, должен доказать, что был в своем праве, когда … повесил свою жену. В противном случае меня сочтут просто трусом. - Если вы что-то станете объяснять или доказывать, Атос, это будет большой ошибкой. Каждый из этих людей имеет свое мнение на вашу историю и в своей оценке исходит из своего опыта. Так что заставить всех этих людей задуматься вам не удастся. Даже если они и признают в душе, что вы были правы, они этого никогда не скажут: им важен сам скандал, сенсация, шум и оценку всему они дают с позиции тех, кому хочется услышать не истину, а волнующую нервы историю о несчастной красавице. Ведь проще всего пожалеть. Не стоит вам тратить нервы и силы на все это! Будьте философом. - И все же я должен найти способ донести до них истину. - Вы упрямы, Атос. - Это не упрямство, Марго. Это необходимость. Ведь это пятно останется на нас: пятно на чести и вы сами видите: оно живет уже 400 лет. -Атос,- мне очень не хотелось ему говорить это, но иначе его не остановить,- Атос, друг мой, а что если ваше предположение о книге — правда? - Вы считаете это реальным? - Ноосфера- реальность. Все может быть. Ведь род Ла Феров по мужской линии прервался на Ангерране 7. А вы, вы существуете и сидите напротив меня. Атос молчал, сидел, покусывая ус. - Вы сами понимаете: в таком случае нет смысла что-либо доказывать, настаивала я. - Есть смысл: это принцип. - Какой? - Честь. - Мало кто захочет понять вас. - Если хоть один из них сумеет понять — это будет победа. - Граф, с вами нет смысла спорить,- рассмеялась я.- Вы просто невыносимы. - Вот и не спорьте!- ласковая улыбка словно осветила мрачное лицо.- Хотите кофе с пирожными и коньяк с шоколадными конфетами? - Я не знала, что вы лакомка, Атос. - Просто я заметил, что вы любите это,- просто ответил граф. Потом мы долго сидели молча, поглядывая друг на друга, пока не раздался звонок в дверь. Робот рванул в прихожую открывать и на пороге появился Рауль. - Ну, Оливье, ты даешь, мужик! Ты ж теперь и шагу не сможешь ступить без этих папарацци! Я еле от них ушел: они тут за каждым деревом, в каждой подворотне сидят. Засада по всем правилам. А вы, дама, так и вовсе отсюда не уйдете теперь, - хихикнул мальчишка.- Эти придурки видели, как вы вошли в дверь. Только покажите нос наружу и вас тут же атакуют журналюги. А фанатки и вовсе на кусочки порвут из зависти. - Так вы — моя пленница?- растеряно уточнил Атос. - Выходит, что так, граф. Вот вам еще один повод, чтобы вам поскорее вернуться. Вы здесь стали таким же пленником, как и я. Причем, вы в опасности даже больше, чем я. - О какой опасности вы говорите, Марго?- пожал плечами Атос.- Я еще в состоянии в одиночку разогнать всю эту толпу. - Дорогой друг, это вам не гвардейцы кардинала и не дай вам бог пролить здесь чью-то кровь. Тогда вам никогда не вырваться из нашего времени: они найдут способ упечь вас в тюрьму. - Подумаешь,- улыбнулся Атос.- Вы вытащите меня из любой тюрьмы. - Нет, это нам будет не по силам. Тут власть короля не поможет: тут действуют международные суды и государства выдают друг другу преступников. А вас им сделают, не сомневайтесь. - Если будет суд, у меня будет что сказать в свою защиту! - Оливье, ты ненормальный!- влез Рауль.- Я теперь тоже не выйду отсюда. Мобильники они наверняка держат на прослушке, переписку на компе хакеры вычислят. Ну, и что будем делать: надо же дать знать твоим, чтоб тебя отсюда вытащили. - У нас есть Гримо,- вспомнил Атос. - Правда!- оживился Рауль.- Я тут кое-что в нем перепрограммирую, он нам поможет. - Паренек полез по карманам.- Оливье, ты ничего не выбрасывал из того, что я у тебя оставил в прошлый раз? - Все на месте. - Отлично, я пошел. Гримо, идем со мной. Я из тебя человека буду делать,- поманил за собой робота Рауль. Поздно вечером незаметная дверь со стороны черного хода чуть приотворилась, выпустив наружу странный предмет. Это был диск сантиметров 10 в высоту, диаметром в полметра. В центре его был небольшой стеклянный выступ, под который упрятана была крохотная телекамера. Диск скользнул по ступенькам крыльца вниз и бодро покатился по тротуару, держась поближе к домам. Улицы были пустынны в этот час, а если и появлялись редкие прохожие, робот мгновенно застывал в тени мусорного бака или какой-нибудь тумбы, оставшейся от прежних времен. Путь робота по кличке Гримо лежал в Институт времени. К утру он был на месте: никем не замеченный и не раздавленный ни одним автомобилем. Головански увидел его, как только приложил ладонь к кодовому замку на стене. Знакомый диск с едва слышным жужжанием возник у его ног. Профессор едва не завопил от неожиданности, приняв его за мину, но почти тут же вспомнил, что не раз видел его у Атоса в доме. Головански нагнулся, подхватил робота на руки и шагнул в кабинет. Он рад был бы отключить в помещении видеокамеру, но система безопасности не дала бы ему это сделать. Диск лег на стол заседаний и профессор приготовился выслушать, зачем тот явился. Из недр робота выдвинулся манипулятор для уборки пыли и выплюнул на стол лист из блокнота. Текст был написан рукой, без всяких шифров. « Шеф, мы в осаде на квартире графа. Вокруг нас — папарацци. Придумайте, как поскорее отправить графа домой: он лелеет ответ всем, кто был на конференции. Его пребывание здесь становится для него смертельно опасным.» Профессор задумался. Новый Год не за горами, начало декабря. В конце-концов, месяцем можно и пренебречь, жизнь человеческая стоит дороже каких-то денег, а энергию они накопили. Головански мечтал год назад, что он и сам сумеет попасть в Париж Людовика 13. Но, скорее всего, это так и останется мечтой. Очень похоже, что они просто-напросто оживили книгу. Сделали реальностью то, что описал талантливый романист. И никто не знает, как может повлиять на книгу присутствие в ней постороннего человека. Профессор даже не смог бы сказать, рад ли он такому повороту событий: он мечтал о реальном прошлом и отдавал себе отчет в том, как могут не совпадать мир книги и мир старой Франции. Но то, что сказка сбылась таким чудесным образом , заставило его искать настоящий путь в прошлое. Не сможет или не успеет он сделать это сам — у него остались ученики. А пока их долг — помочь вернуться французу. Пусть у него останется не самое приятное воспоминание о мире, куда его перенесли, но не все же люди одинаковы! Очень бы хотелось еще долго наслаждаться беседами с ним: он чертовски умен и прекрасно образован, но его и вправду ждут. Он нужен друзьям, нужен будет и сыну, который у него родится через несколько лет. Он пройдет свой земной книжный путь до конца, познав и горе и счастье. Они, люди своего времени, не вправе ему мешать. Головански вздохнул и повернулся к Гримо. - Что будем делать, дружище? Робот тихо зажужжал в ответ и привстал на манипуляторах. Профессор опустил его на пол и робот покатился к дверям. - Понятно. - Головански открыл дверь. -Попробуем его вытащить из квартиры незамеченным. Машина профессора без труда добралась бы до дома графа, но Головански оставил ее в соседнем переулке. Дальше робот привел его к той двери, через которую ушел сам. Появление Босса « арестованные» встретили с одинаковым энтузиазмом: раз Головански здесь, он что-нибудь придумает. - Был бы здесь дАртаньян, мы уже давно сумели бы удрать!- вздохнул граф. - А вы что, не можете придумать ничего?- поддела его Марго. - Я не изобретателен,- признался Атос с улыбкой. - Зато исполнителен. - Вот и пришло время исполнить то, чего вы так ждали весь год, Атос.- профессор грустно покачал головой.- А я так надеялся, что вы еще побудете у нас. Но насильно мил не будешь. - Не держите на меня зла,- серьезно ответил граф. - Это будущее не для меня. Я думаю, вы и сами поняли, что я здесь лишний. - Атос, вы бы переоделись,- вдруг сказала Марго. - Если вам придется возвращаться, лучше, чтоб вы были в своей старой одежде. А то ваш слуга, пожалуй, с ума сойдет, увидев вас в таком виде. - Поспешим, времени не так много до рассвета, - согласился Головански. Атос вышел переодеться и минут через пятнадцать появился в той одежде, в которой прибыл. Правда, все было, как новое: выстирано, выглажено, на рубашке - ни пятнышка. - На отсидевшего в погребе две недели вы не похожи!- критически осмотрела его Марго. - Ничего, сейчас будет похож!- Рауль, о котором все позабыли, был здесь. Прежде чем кто-то успел отреагировать, он брызнул на Атоса кетчупом, имитируя кровь, и старательно полил его рубашку оливковым маслом. - Откуда ты это знаешь?- оторопел Атос, растеряно оглядывая себя. - Я книгу прочитал,- довольно ухмыльнулся парень.- Не являться же тебе в погреб, как из прачечной. Вот теперь ты похож на самого себя, только бороды не хватает. - Гримо, давай вперед, на разведку!- скомандовал Атос и робот шустро покатился вперед. Короткими перебежками, от дома к дому, все последовали за ним. Снег еще не выпал и следов на тротуаре не осталось. Когда все загрузились в машину, Головански, тихо радуясь и все еще не до конца веря, что они проскочили мимо журналистов, осторожно выехал переулками на центральную трассу и погнал к институту. Все шло гладко до самого входа, пока дежурные на пропускной не увидели робота. - Мина!!!- сигнал тревоги разогнал предутреннюю тишину. Вой сирен, бегущая охрана, прожекторы, полицейские и скорые, сполохи мигалок — все слилось в одну картину боевой тревоги. В этой суматохе Гримо принял удар на себя. Засветившись странным, неоновым светом, робот начал метаться по площади перед входом в здание. Он то бросался под ноги полицейским, то, погасив свечение, оказывался у крыльца. Стрелять в него никто не решался: боялись взрыва. Прошло несколько минут, прежде чем в нем признали робота-уборщика, вышедшего из-под контроля. Страсти улеглись и внимание переключилось на паренька и молодую женщину, стоявших на крыльце. Тем временем профессор и Атос уже были в зале. Голованский запустил систему и колонна в центре постепенно наливалась голубоватым светом. - Не получилось у нас торжественных проводов!- сказал Босс. - И слава богу!- ответил ему Атос.- Я сыт вниманием ваших современников. Жаль только, что не получилось нормального прощания с Марго и Раулем. Но вы им обязательно передадите мое последнее « Прости!». - Я передам. Не забывайте нас, граф, а мы вас никогда не забудем. - Если мне суждено сохранить эту память, я всегда буду вас всех помнить,- Атос протянул Головански руку и они обменялись крепким рукопожатием. - Спасибо за опыт, профессор.- И, поклонившись так, как кланяются равным, Атос спокойно поднялся к колонне. Дверь скользнула по пазам, открыв вход, мушкетер зашел в нее и исчез. Головански опустил рубильник и вся накопленная за год энергия заставила кабину засиять цветами радуги. Через мгновение свечение исчезло. Кабина снова открылась, но она была пуста. Гримо сонно потянулся. Все время, что они сидели в своем добровольном заключении, он либо спал, либо пил. Раны его почти зажили: хозяин оказался грамотным лекарем и лечил Гримо по античным рецептам. Хозяин вообще не переставал удивлять Гримо: он не ругался, не награждал его тумаками ( хотя все время был не в духе), а все больше пил и размышлял. Сквозь пьяный туман в голове Гримо еще удивлялся, как это хозяин умудрился так хорошо выбриться в полумраке, который царил в погребе, но удивление было каким-то вялым, точно, как сквозь сон. Еще Гримо казалось, что Атос какое-то время вообще не был с ним. Сколько это отсутствие продолжалось и было ли оно вообще он точно сказать не мог. Пьяный туман застилал обычно четкое мышление слуги. За бочкой, уже совсем пустой( Гримо забыл вставить пробку, когда набирал из нее вино в кувшин), запищала крыса. Крысам вообще было вольготно с тех пор, как они делили обиталище с людьми. Не надо было измышлять, как добраться до вожделенных колбас: недоеденный круг колбасы всегда доставался хвостатым разбойницам. Атос все время молчал: он никак не мог отделаться от ощущения, что забыл что-то, очень важное. Потому и не хотел нарушать не только тишину в погребе, но и тишину, царившую в его душе. И пил. Пил не столько от скуки, сколько чтобы мозг его продолжал спать. Ему было о чем подумать, но в последние дни он избегал любых мыслей. Где-то на дне сознания копошился червячок сомнений: а нужен ли он хоть кому-то, если его по сей день никто не нашел? И мушкетер заглушал этот проблеск сомнений очередной бутылкой вина. На четвертый день после своего возвращения он достиг той стадии опьянения, когда ноги уже не держат как следует. В голове царил туман, а в душе поднималось что-то, слишком похожее на отчаяние. И тут со двора донесся шум, крики, кто-то ударил в дверь погреба ногой так сильно, что она треснула по всей длине и звонкий голос дАртаньяна прозвучал победным горном. Еще ничего не потеряно! Жизнь продолжается!

stella: Ленчик , вот теперь - все.

Ленчик: stella пишет: Очень похоже, что они просто-напросто оживили книгу. Сделали реальностью то, что описал талантливый романист. Спасибо за обоснование :) На них (обоснования) меня никогда не хватало. Диана, я в курсе Сатира никогда не была мне близка. Я вижу мир... слишком не таким, как его представили графу в этом фике. Вот неприятно, знаете, осознавать себя частью "серой массы". Этакой теткой в супермаркете с дитем в тележке. Задело. Даже больно задело. Опорочить и высмеять наш мир и наше время легко. А как насчет понять и принять?

stella: А понять можно,Ленчик . Вот принять - это сложнее. Может, у вас вопрос хамского поведения не стоит так остро, но у нас походы в магазин и поведение детей в обществе просто шокируют. В СССР слово " нельзя" что-то значило, в " свободном мире" оно толкуется, как кому удобно. И я это принять не могу и, уже, не хочу. Вседозволенность формируется с детства.

Диана: Ленчик, а если рассматривать фик как часть диалога здесь, на форуме? Ведь часто тут и на Дюмании параллельно осуждают Атоса с позиций современной морали и норм. А здесь - взгляд с той стороны. Мб, я из-за этого диалога не воспринимаю фик как попытку опорочить, а мб еще и потому, что лучшего о себе мнения, чем о тех, кто там показан, и показана там не Россия. МБ, потому, что меня тоже корежит от хамства, бесцеремонности... Сатиру тоже никогда не любила. Но за этот фик - от меня огромное спасибо автору. И за ответы Атоса на конференции, и за его предположения, что личные вопросы задаваться не будут, и за напоминание, что его больше бы порадовал херес, чем очаровательная секретарь, за способность Атоса сойтись с таким, как данный здесь Рауль (я в это верю), за недоуменное "Разве я нарушил закон, когда вешал"- этот ответ миледиманками и феминисткам. За весь это фанфик!



полная версия страницы