Форум » Крупная форма » Тайный дневник Планше » Ответить

Тайный дневник Планше

Коза Маня: Часть текста уже выставлялась на другом форуме, здесь будет полный вариант. :))) Произведение: "Три мушкетера" Жанр: общий, юмор Тип: джен Рейтинг: G Все права - Мэтру, себе - ничего!

Ответов - 43, стр: 1 2 3 All

Коза Маня: 9 мая 162.. года Сегодня я начинаю вести свой дневник. Сейчас все ведут дневники, чем я хуже других? Тетрадку мне подарил господин Атос, а перо и чернила – господин Арамис. Правда, они об этом не знают. Просто Гримо решил, что тетрадка его господину незачем, а Базен сказал, что у господина Арамиса такого добра навалом. Мушкетон узнал, что я буду вести дневник и пришел в дикий восторг. Он сказал, что мне нужно попрактиковаться, и я, чего доброго, стану известным. От Мушкетона мне тоже есть подарок, но он тетрадке только повредит. Мушкетон принес мне кусок грудинки. Это мой первый гонорар. Полезно вести дневник. Я не хочу быть писакой вроде господина Малерба, о котором намеднись говорил господин Арамис. Я хоть и простого происхождения, но слишком умный для этаких страстей. Добавка: Гримо прочитал, что я тут написал, и сказал, что я дурак. Сам он дурак. Двух слов связать не может. Приписка рукой Гримо: а смысл? 13 мая 162.. Сегодня барин и господин Портос дрались на дуэли против двух кардиналистов. Мы с Мушкетоном тоже дрались. С их слугами. Вроде как были тоже секундантами, как господа Атос и Арамис. У нас получилось лучше: мы не только оттузили кардиналистских слуг, но и быстрее господ смылись от патруля. Им пришлось бегать по улицам и отрываться от погони. А мы спокойно пошли в кабачок и отметили это дело бутылкой вина. Вечером господин д`Артаньян выдал мне половину месячного жалованья. Это с ним редко бывает. И всегда не к добру. 14 мая 162.. Говорил же, что не к добру. Мы с Мушкетоном ходили на Сен-Жерменскую ярмарку смотреть на бородатую женщину. Посмотрели. Теперь на мои деньги кто-то славно проживет половину месяца, если не просадит все за пару часов в кабачке. 28 мая 162... Хочется жрать. Денег нет. Можно занять у Базена, но он норовит всякий раз прочитать мне проповедь. Впрочем, проповедь Базена стоит тех пяти пистолей, которые я хочу у него занять. На голодный желудок почему-то в голову не приходит ни одной умной мысли. Думаешь только о еде. Вечер. Я сегодня сочинил философское стихотворение. И набрался наглости показать его господину Атосу. Это мое первое стихотворение на такую тему. До этого я сочинял только про женщин. Цыпленок на птичьем дворе В душе считает себя лебедем. Творческая натура. Господин Атос прочитал. Потом прочитал еще раз. И дал мне пять пистолей. Это мой второй гонорар. Я могу зарабатывать творчеством! 30 мая 162.. года Пошел в церковь на мессу. Обычно я не беспокою Господа по пустякам, но тут пришлось. На мессе был господин Портос с какой-то дамой. Я подумал, что это та герцогиня, о которой господин Портос рассказывает моему господину всякий раз, как приходит к нам выпить бутылочку вина. Как же. Дама была отдельно от господина Портоса. Он просто уселся рядом с ней и делал важный вид. Жаль. Дама была такая красавица. Не так хотел сказать. Дама, конечно, была красавица, но ее субретка - просто ангел, и этот ангел мне улыбнулся. Положительно, я недурен собой и очень обаятелен. 3 июня 162.. Хожу на мессу каждый день. Честно молюсь. Базен сказал, что это верный путь обрести благодать божию. Благодать мне ни к чему, а есть хочется страшно. Никогда еще не любил с такой силой Святое Причастие. Все же хлеб и ложка доброго вина. Только они, канальи, вино разбавляют. Хуже чем канальи. Ничего святого для них нет. Посягать на кровь Господа нашего! Надо будет спросить у Базена, аукнется это им на небесах или нет. Вечер. Базен дрых. Я подошел к господину Арамису - тот как раз сидел со всеми в трактире. Такой грустный и молчаливый. Спросил про вино. Базену повезло с хозяином. Мне протянули пять пистолей и сказали, чтобы я купил себе хорошего вина и выпил за страждущую душу. Представляю, сколько перепадает Базену. 4 июня 162.. Зачем я такой послушный? Зачем я вчера столько пил? Зато теперь страждущая душа, за которую мне велели пить, точно будет спасена. Меня может спасти еще бутылка вина. Но господин явился чернее тучи и велел чистить ему лошадь. Потом чистить ему ботфорты. Потом он валялся на кровати и пытался сочинять стихи. Дело плохо. Это еще хуже, чем проповеди Базена. Хорошо то, что пять пистолей у меня все же осталось. 6 июня 162.. Ходили к командиру барина. Поговорили по душам с его камердинером, г-ном Фоше. Вечером гвардейцам выплатили жалование. Господина провожал от самых казарм. Уследил. Получил свою долю. Не пей, Планше. Прошел мимо церкви и не испытал ни малейшего желания туда зайти. Но по привычке молюсь. Как хорошо, что мы католики. Господин Атос вот рассказывал про дальние края, где живут нечистивые поклонники Аллаха. Было интересно. Как бы еще его расспросить про все? Он говорил, что там мужчинам разрешается иметь четырех жен. Вот дураки, мне и одной не надо! К тому же они молятся по пять раз на дню. В обязательном порядке. Вот скука! Не хочу быть мусульманином. А Мушкетон сказал, что хочет. По мне, так лучше бы господина Атоса туда отправить. Мусульманам не разрешается много пить. Приписка: Само собой, отправить вместе с Гримо. Еще приписка: А если бы я не сходил к г-ну Фоше - жалование бы выплатили?

Коза Маня: 10 июня 162.. года Я снова видел ту хорошенькую девушку! Наконец, понял, для чего многие мужчины так часто ходят в церковь на утренние службы. Они там знакомятся с девушками! Нужно подать моему господину эту идею. Это непорядок. У него все еще нет любовницы. Благородному молодому человеку в Париже без женской или родительской помощи не продержаться. Пропадет. Ничего. Я не дам ему пропасть. Я вполне приспособился к Парижу, и знаю что почем. Вечер. Планше, ты гений! Браво, Планше! Я подал ей святую воду! Она смутилась и погрозила мне пальцем! Планше, ты имеешь успех! Ты чертовски славный малый! 12 июня 16.. Базен сказал, что надо думать о вечности и не размениваться на пустяки. Интересно, что такое пустяки в его понимании? Мушкетон без спросу брал эту тетрадку и сказал, что у меня получаются настоящие МЕМУАРЫ. Этим словечком обозначают всякие воспоминания, которые пишут разные воспитанные и образованные люди. Господин Портос счел, что я воспитанней и умнее Мушкетона. Когда у него соберутся гости, он пригласит меня к себе вторым слугой. Я буду прислуживать за столом благородным дамам и господам. Мушкетон обиделся. Что поделать! Пусть работает над собой, как выражается господин Атос. А уж умнее его я никого в целом свете не знаю. Даже наш деревенский кюре, уж на что был умен, а перед Атосом он - сущий младенец. 24 июня 16.. Вести дневник очень трудно. Господа могут каждый день что-нибудь записывать, а я целых десять дней не мог найти свободной минуты. Господин был на учениях гвардейской роты. То есть мы с господином были на учениях гвардейской роты. Я гений. Я стреляю не хуже господ. А рыжий Филипп, лакей г-на де Лавиньи, промазал девять раз из десяти, что ему позволили сделать. И один раз попал в бутылку с вином, которую держал еще один парень. Вот неумеха! Еще я чистил и заряжал мушкет, чистил коня и водил его к полковому кузнецу, следил за шпагой и пистолетами барина, приносил еду. Мне сказали, что я самый расторопный слуга! 5 июля 162.. Ходили на вечеринку вместе с Мушкетоном и Гримо. Гримо сказал, что не будет танцевать. Мы с Мушкетоном танцевали и срывали с девушек венки. Было очень весело. Откуда у Мушкетона такой шикарный фингал под глазом? Он молчит. А Гримо, когда выпьет слишком много, начинает петь. У его пения есть одна хорошая особенность - от звуков, которые издает его глотка, мигом трезвеешь. Он сам это отрицает. Говорит, что был трезв и даже рта не раскрывал. Странно. 8 июля 162.. К нам приходил хозяин дома, господин Бонасье. К счастью, господина не было. А с меня взятки гладки. Пожалуй, пойду и поищу нам новую квартиру. Оставаться на этой опасно. Мушкетон разделяет мое мнение. Денег у нас снова нет. Снова посещаю церковь и обедаю причастиями. 14 июля 16.. г Все говорят, что герцог Бэкингем в Париже. Я не понимаю господских фантазий, но это, видимо, лучший способ спрятаться: как можно более подробно рассказать всем, что ты куда-то едешь или идешь. Помню, у нас в деревне толстый мельник Жером по прозвищу "Бочка" всегда так от жены прятался. Говорил, что пошел в трактир. И шел в трактир. И все ей говорили, что он в трактире. Понятное дело, она его искала где угодно, кроме трактира! Я добрый француз и уважаю короля. Но король, сохрани его Господь для блага Франции, не слишком уважает королеву. Потому, по моему глубокому убеждению, заслужил рога. Но заслуживает ли Франция дофина, который, может быть, будет наполовину англичанин? Был бы милорд Бэкингем королевского рода - я бы даже волноваться не стал. Короли ведь все друг другу родственники. Европа - та же деревня. Вон и старый каретник Мишо, который живет в Орлеане, говорят, мой родственник. Какой же родственник, если я про него только слышал, но не видел ни разу? К тому же где Орлеан, а где моя деревня! Хотя я теперь не деревенский парень, а служу в Париже. Кто его знает, может быть, я со временем стану слугой мушкетера! Неплохая карьера! Тьфу, пропасть! Карьера еще когда, а жрать хочется уже сейчас. Почему я все время думаю про еду? Это во мне говорят низменные инстинкты, как любит заявить Базен. Он вообще знает так много непонятных слов и обожает говорить не по-людски. Другой бы так и сказал: "Постоянно думать о еде вредно, Планше! От мыслей сытым не станешь!". Он же: "Низменные инстинкты!". Будто смысл от этого меняется!

Коза Маня: 15 июля 16.. Завтракали шоколадом у милейшего старичка - кюре. Он гасконец, как и мой господин. Все больше люблю гасконцев. Бедные, но щедрые! 16 июля 16.. В церковь не хочется. Облатки видеть не могу. Господин сказал, что кто спит, тот обедает. Пойду спать! Вечер. Я влип в политическую интригу. Ой-ей-ей, Планше, это плохо! Только так и не понял, кто здесь против кардинала: не то мой господин, не то господин Бонасье. Господину д`Артаньяну позволительно. Он дворянин, к тому же гасконец. С него один спрос. Но господин Бонасье... Почтенный человек, со средствами. Что он забыл в политике? Почему его арестовали? Неужели он похож на герцога Бекингема?! Ничего. Места в Бастилии на всех хватит. Не говоря о Гревской площади, на которой можно казнить хоть весь Париж! Я так молод! Я слишком молод, чтобы умереть! 17 июля 162.. г Жара дурно на меня действует. Сегодня я видел на улице пять Бекингемов! Они меня преследуют! Конечно, все пятеро оказались добрыми французами. Даже немного жаль. Если я встречу настоящего милорда Бекингема, то попрошусь к нему на службу. Ему не помешает верный, расторопный, ловкий слуга. Но это в случае, если от моих услуг откажется господин д`Артаньян. Он сидит у окна вторые сутки и внимательно смотрит на улицу. Мой бедный господин свихнулся! Когда я подошел к нему с вопросом, не видел ли и он милорда герцога, барин послал меня к родным гасконским горам. Так и есть. Его тоже преследуют Бекингемы. Вечер. Задал тот же вопрос Гримо, Мушкетону и Базену. Гримо не знает, кто такой Бекингем. Мушкетон знает, но не помнит, как англичанин выглядит. Он помнит только его золотой камзол, с которого сыпались жемчуга. Базен посмотрел на меня с отчаянием. Он мне ничего не сказал, но я подозреваю, что у него те же проблемы, что и у меня. Вина или на природу! Париж, хоть и столица, вонючий и противный. 18 июля 162.. г Опять видел Бекингема. Убегая от него, врезался в торговку фруктами. Та рассыпала содержимое своего лотка. Очень кстати мимо шел Мушкетон. Он задержал торговку, пока я воровал абрикосы. Было вкусно. Базен замолит наш грех. Мы ему оставили штук десять. Остальное съели. Господин продолжает сидеть у окна. Мне это все больше не нравится. Вечер. Если господину д`Артаньяну всего восемнадцать лет, и у него полно прыти, то я уже взрослый человек. Мне уже больше двадцати лет! Нужно же иметь почтение к чужому возрасту? Не будь он дворянином, я бы на него прикрикнул. Зачем посылать бедного пожилого слугу сначала за господином Портосом, а затем за господином Арамисом? Нормальные люди моего возраста в это время сидят дома. Закрыв двери и ставни. Я же бегаю по улицам. Господин Портос попался мне сам. Не пришлось подниматься на четвертый этаж. Господина Арамиса пришлось ждать. Вот уж не думал, что кто-то из мушкетеров способен лечь спать до полуночи! Он был страшно недоволен тем, что я поднял его с постели. Он, конечно, вежливо обошелся со мной, но какое выражение было у него на лице, когда он обещал немедленно появиться в "Сосновой шишке"! И еще новость: кажется, господин в довершение всех бед втюрился по уши в нашу хозяйку! Правда, она премиленькая, молода (не то, что эта развалина Бонасье) и служит у самой королевы! Нет, Планше. Даже если герцог Бекингем позовет тебя к себе на службу, ты к нему не пойдешь. Во-первых, ты не будешь понимать, о чем он говорит. Во-вторых, у господина д`Артаньяна тоже намечаются перспективы сделать неплохую карьеру. И дурак ты будешь, если покинешь его раньше времени. Ложусь спать. Усталый, сытый и довольный. 19 июля 162.. г Бежать! Срочно куда-то скрываться! Сначала арестовали толстого хозяина. Это хорошо. Из Бастилии быстро не выходят. Стало быть, мы можем зажать лишнее су. Но вчера у нас в квартире арестовали господина Атоса - это плохо. Нет, это совсем плохо, если подумать о том, что на самом деле приходили арестовывать не господина Атоса, а моего барина! Неужели и он похож на Бэкингема? По-моему, так англичане и гасконцы вовсе друг на друга не похожи! Нет. Планше, дружище, не горячись. Это, скорее всего, вышло потому, что барин перестарался, когда отбивал у людей кардинала хорошенькую галантерейщицу. Прав все же Базен. Все беды в нашей жизни - от них, от женщин. Проклятое отродье в юбках! Господина Атоса арестовали. Зато мой барин явился домой в таком настроении, словно убил кардинала или нашел на мостовой бриллиантовый булыжник. Буду проситься вторым слугой к господину Портосу. Насовсем. Я не люблю кардинала - это правда. Но сидеть до конца дней своих в тюрьме - это слишком! Господин Атос - настоящий дворянин. С каким презрением он относился к этим безмозглым идиотам в черном! И как ловко шепнул мне, что дает себя арестовать только потому, что желает оказать добрую услугу моему барину! Господин д`Артаньян будет последним бараном, если не вызволит бедного господина Атоса из тюрьмы. Выспаться мне так и не удалось. Буду спать сейчас. Если мне дадут это сделать. Барин снова сидит у окна, нашивает новый галун на камзол и орет песни. Это еще хуже, чем пьяный Гримо.

Коза Маня: 22 июля 16.. г Пришел Гримо. Господина Атоса освободили! Первым делом господин Атос побрился, затем потребовал бутылку вина. Потом имел разговор с Гримо. Удивительно: Гримо заслужил похвалу! Теперь за бутылкой вина пойдем мы! Денег по-прежнему нет, но Мушкетон наловчился таскать бутылки из погреба господина Бонасье! Господина Бонасье еще не выпустили. Видимо, он и есть настоящий шпион англичан. Или испанцев. Кто бы мог подумать?! Господин д`Артаньян рассеян и часто улыбается. Вид у него самый глупый. Так и есть: влюбился. А я, дурень, лелеял мечту, что у него будет роман по меньшей мере с графиней. Впрочем, богатая галантерейщица иногда ничуть не хуже! Мушкетон вполне разделяет мое мнение. 24 июля 162... Вот незадача! На лестнице столкнулся с господином Бонасье. Хозяин выглядит неважно. В нижних комнатах полный беспорядок. Малышка Барбара, с которой мы только-только начали находить общий язык, сбежала. Я оскорблен. Она прихватила с собой и косынку, которую я ей подарил. Базен сто раз прав: я доверчив и расточителен. На эти деньги можно было пообедать. Больше не буду увлекаться женщинами! 28 июля 16... г Мушкетон принес рыбу. Сделали заливное. Ну и мерзость! Господа раньше каждый день проводили вместе. То у них дуэль, то они на обед вместе идут, то еще что. Сейчас все по одиночке. К нам заходит только господин Портос. Господин Атос заперся у себя и пьет. Господина Арамиса вовсе не вижу - говорят, он уехал куда-то. Ходил вместе с Базеном на воскресную проповедь в церковь Сен-Ле. Думал, что моя субреточка будет там. Ни госпожи, ни субреточки. По-прежнему жара. Я хочу уехать из Парижа хотя бы на неделю. Но как оставить хозяина? Он очень плох. Пытается завивать волосы щипцами, которые одолжил у господина Арамиса. Бормочет про себя стихи. Бреется по два раза на дню. Чистит зубы. Купил на последние деньги новые манжеты и воротник. Покупка совершенно бесполезная. Если он понравился мадам Бонасье, то она завалит его воротничками и манжетами. 30 июля... 162 Зачем я говорил, что хочу уехать из Парижа?! Зачем я это говорил? Через два часа мне велено привести коня к дому господина Атоса. Мы куда-то едем. 28 сентября 16.. г Катастрофа. Эта тетрадь попала на глаза господину Арамису. Я осмеян и унижен! Не буду приводить здесь те слова, которыми он меня назвал. Нет, все было вполне вежливо. Но смысл, смысл! Единственная полезная информация, которую я вынес из насмешек, которыми осыпал меня этот франт: я путаю названия месяцев и делаю много грамматических ошибок. У меня в голове каша. Мне достаточно знать, какой сегодня день недели и какое время года на дворе. Какая, в сущности, разница - июнь, август? Это для судейских важно. И для военных. Я же обычный лакей. Подумаешь, нескладно написано! Я же не для господина Арамиса пишу, а для себя. Я ему свой дневник не собирался показывать! Он, кстати, сам хорош: намедни снова болтал на латыни, а господин Атос его дважды останавливал и поправлял с временами глаголов. Про "времена глаголов" сам господин Атос сказал, когда делал господину Арамису замечание. Небось, тогда господин Арамис молчал и краснел до самых ушей! Стыдно было! Ладно. Не о том речь. Я спас королеву. То есть мы ее спасли, но куда бы делся мой господин, если бы не я? Планше, ты спас ее величество. Помни об этом всегда! Сейчас господин приказал принести ему обед прямо в комнату, так что я до трактира мигом, а потом буду описывать нашу поездку. Мушкетон велел про себя не писать, но я напишу, а ему эту страницу, где про него, не покажу! И нужно переправить даты. Сейчас сентябрь. До этого был август. А еще до этого июль. Сейчас опять запутаюсь! Сентябрь. Август. Июль. Вечер. Про поездку. Про начало вспоминать нечего: сначала господа долго совещались, потом мы бегали туда-сюда и собирались. Я всех организовывал. Это очень приятное, но хлопотное занятие: организовывать. То есть быть главным. Господин отдал мне один из своих пистолетов, и сказал, чтобы я берег заряды и применял пистолет только в случае крайней опасности. Если честно, с пистолетом за поясом ходить и ездить неудобно. Зато меня все сразу зауважали. Даром, что Мушкетон был тоже с пистолетом. Он им и пользоваться как следует не умеет: говорит, что больше надеется на свои кулаки. Кулаки у него в самом деле будь здоров - почти как у господина Портоса. В уличной драке он хорош. Но там, куда мы ездили, кулаки Мушкетону мало пользы принесли. Можно сказать, вовсе никакой. Короче, я всех организовал и пришел сказать господам, что все готово и можно выезжать. Первым вышел господин д`Артаньян. Он был так хорош, словно отправлялся в настоящий военный поход! И господин Атос не хуже! Господин Портос был, как мне показалось, обеспокоен. А господин Арамис постоянно смотрел на моего барина так, словно впервые его видел! Интересно, чем его господин д`Артаньян так удивил? Ну, ехали всю ночь. Потом рассвело. На первой же остановке господин Портос нарвался на неприятности. Мне стало ясно, что неприятности будут и у нас: недаром мне пистолет дали и велели его беречь. Гримо сказал, что мы вроде как едем в Форж на воды. Я еще подумал, что это ерунда! Не ездят на воды вооруженными до зубов! Потом нас обстреляли с двух сторон. Из-за господина Арамиса, кстати. Неужели непонятно, что если ехать по грязи, то грязь обязательно будет на всех? Эка невидаль: грязь! Не он же сам будет потом мыть свои ботфорты! Чего было ругать людей, которые нас не трогали! Правда, люди сами оказались не промах: вооружены не хуже нас. Господин Атос сказал, что это засада, и нужно прорываться. Так страшно мне еще не было! Пальба началась! Я уже подумал, что нужно доставать пистолет. Но мне ничего не сделалось. Зато Мушкетону, который рвался вперед, пуля попала в такое место, что показывают только лекарям, да и то не всем. Ну... в такое... пониже спины. На чем сидишь. Короче, Мушкетон больше сидеть на этом месте не мог. Он еще немного продержался в седле, и едва мы влетели в соседний лесок, сразу рухнул. Позади еще стреляли, и мы не смогли его подобрать. Ну, ничего с ним страшного не случилось. Господина Арамиса тоже ранили. В плечо. Вот тут мне его жалко даже было. Ехали быстро, потому что думали, что будет погоня. Я уже понял к тому времени, что дело опасное, и про купания только для отвода глаз говорили. Не хотели нас пугать. Так вот, господин Арамис еще пытался насмешничать и вести себя как обычно, но я-то видел, как его в седле шатать начинает, и господин Атос его поддерживает. Потом он вовсе стал белым. Я думал, что он грохнется прямо в лесу, но он каким-то чудом продержался два часа. В Кревкере он все же сдался и сказал, что дальше не поедет. К счастью, вместе с ним остался и Базен. Представляю, что этот рохля делал бы с нами в Амьене! В Амьене было весело! Ой! Меня зовут! Продолжу потом!

Коза Маня: Продолжаю. Мы еще к ночи добрались до Амьена. Я все думал, как там бедный Мушкетон. Он же оставался в лесу, и его могли убить те окаянные землекопы, которые так ловко стреляли. Когда я посмотрел на рожу трактирщика, про Мушкетона думать расхотелось. Зачем я сразу не сказал господину Атосу и своему барину, что из этого трактира нужно немедленно бежать? Бежать нам пришлось на следующее утро. Трактирщик оказался настоящим канальей и обвинил наших господ в том, что они фальшивомонетчики! Это господина Атоса, который выглядит как вельможа! Это господина д`Артаньяна, который хоть и не вельможа, но благородный дворянин! Какая началась заварушка! Господин Атос кричал, что он убьет трактирщика! В этот момент из дверей на него набросились сразу несколько человек в черном! Господин Атос выстрелил из пистолета! Я ему перекинул свой, и он разрядил его в еще одного из нападавших! Мы с господином ждать не стали. Было ясно, что это засада. К счастью, удалось дать деру сразу, на чужих лошадях. Ничего, господин Арамис, когда станет аббатом, отпустит нам этот грех. Мы же не хотели воровать, мы только для пользы дела! До Кале доехали без приключений. Барин объяснил мне по пути, что мы едем в Англию. Конечно, в Англию! К настоящему Бекингему! Получается, что он в самом деле побывал в Париже и виделся с нашей королевой. Кому ж не известно, что он в нее влюблен? А мой господин д`Артаньян влюблен в хорошенькую Констанцию, которая служит у королевы! Королева подарила милорду герцогу какое-то украшение. Кардинал узнал про это. Вот ужас! Он ведь тоже влюблен в королеву Анну и страшно ревнует! Сплошная любовь! Только про нашего короля почему-то никто не думал. Нет. Про короля думал я. И решил, что даже если бы ко мне подошли и сказали: «Планше, мы дадим тебе много денег. Ты будешь спать на мягкой кровати в своей спальне, у тебя будет большой красивый дворец, ты будешь есть из серебряной посуды золотой ложкой! Ты будешь франтом еще круче, чем господин Портос! Ты будешь сам себе господин! Только стань нашим королем!», я бы им отказал! Нет уж! Да посмей моя жена крутить романы со всякими там англичанами, будь они трижды герцоги! Я бы ее побил хворостиной как следует! Но ведь король хворостину не возьмет. Благородным господам в некоторых вопросах труднее, чем нам. О чем я? Да, про Кале. У самого города мы остались без лошадей. В порту мы выяснили, что мы остались без судна. Потому что бумажки с указанием от кардинала у нас нет. Это было плохо. Впрочем, мы даже не успели огорчиться по этому поводу! Лошадям по морю все равно не проскакать, да еще через Ла-Манш! А бумагу мы добыли тут же. Посланец от кардинала продемонстрировал ее капитану. Нашим делом было устроить засаду в лесочке и обработать тех двоих: кардиналиста и его слугу. Я настолько привык к военным подвигам, что справился быстро. Куда нормандцу против пикардийца! Кардиналист успел слегка пырнуть своей шпагой господина д`Артаньяна, но это его не спасло. Господин славно разделался с ним! Остальное было совсем просто. Пока господин заверял пропуск у начальника порта, я сторожил дверь. Потом мы бегом припустили к городу. Море вспоминать не хочу. Это оказалось довольно противно. Если у меня появится такая возможность, я больше никогда не поеду в Англию по морю! Ветер, брызги, качка… чуть было не остался без уже съеденного обеда. Снова прерываюсь. Пришел Гримо, Ему что-то велено передать господину д`Артаньяну от господина Атоса.

Коза Маня: 29 сентября 16.. г Англию не помню. Не видел я Англии. Когда ехали в Лондон за почтальоном, меня мутило после корабля и страшно хотелось спать. Дорога была ровная – вот все, что могу сказать. Затем я только отдыхал. Господина почти не видел: он жил в комнатах рядом с милордом герцогом. Из Англии мы привезли алмазные подвески для ее величества. Настоящего живого Бекингема я не видел. Только его секретаря, Патрика. Но господин Патрик из благородных, так что я к нему тоже не подходил. Зато теперь я могу немного понимать англичан! Ох, Планше. Говори правду. Не только англичан, но и англичанок. Господин увез подвески для королевы, а я – вышитый платочек. Для себя. Подвески вернулись к королеве ровно за сутки до бала. Очень хотелось посмотреть, какое лицо будет у кардинала. Я просился вместе с господином д`Артаньяном пойти на бал, но он мне отказал. Сказал потом, что лицо было очень кислое. Ему не до того. Я его не трогаю и не тревожу. После бала пропала мадам Бонасье. Ее явно похитили люди кардинала. Тоже была не самая веселая ночка и для меня, и для господина. Он искал маленькую Констанцию, а я пил дрянное вино в каком-то кабачке. До шести утра. Про королеву больше говорить нечего. Пусть теперь думает, прежде чем кому-то давать свои драгоценности! Сейчас мы ее спасли. Потом поехали спасать господ мушкетеров. Господину д`Артаньяну требовалось развеяться и найти друзей: в конце-то концов, они рисковали своей шкурой ради него! А я, честно говоря, соскучился по Мушкетону. Да и по Гримо тоже. Он один терпит нашу с Мушкетоном болтовню безропотно. Проехали той же дорогой. Я ее теперь без содрогания видеть не могу! Господина Портоса ранили. Мушкетон его нашел сам. У Мушкетона теперь шов на том самом месте... он мне его показал, и сказал, чтобы я никогда не позволил сделать с собой такого же. Говорит, что пулю извлекать было не очень больно, но зато потом надоело стоять навытяжку целыми сутками. Я пообещал. Пострадавшее место у Мушкетона выглядит не лучшим образом. Базен со мной даже не поздоровался! Хотя что он него ждать? В ту минуту он думал, что его господин вот-вот перестанет быть мушкетером! Базен даже не предложил мне пропустить по стаканчику вина за встречу! А господин Арамис взял да и не стал аббатом! Господин д`Артаньян привез ему письмецо, которое живо вылечило господина Арамиса. Уж надо полагать, не родители ему написали! Судя по тому, как это письмо пахло... Если точнее, так не пахло, а благоухало! Когда мы оттуда утром уезжали, Базен был совсем кислый. Сразу вспомнил, кто я такой, и даже угостил бисквитами и мускатом! Опять прерываюсь. Никакого покоя. Явился господин Портос. Звать моего барина секундантом на дуэль. Пойду и я посмотреть, как они драться будут. Люблю смотреть на господские драки! 30 сентября 162.. Хорошо господам. У них много свободного времени. Я обычный слуга (не люблю слово лакей!) и потому занят с утра до ночи. То одно, то другое. Мне еще повезло, что у меня не самый требовательный хозяин. Думаю, что с других моих собратьев требуют гораздо больше. За две недели со мной и моим господином произошло столько, что в один прием и не опишешь! Мушкетон сказал, что раз у меня язык чешется рассказывать о наших приключениях, то нужно их описать. Рассказывать никому нельзя - я могу сильно навредить всем, включая самого себя. Я второй раз в жизни был в Амьене. Про первый я уже написал. Теперь буду рассказывать, как мы там были во второй, когда приехали за господином Атосом. Честно сказать, мы за него сильно опасались. Его могли убить или арестовать как заговорщика. Господин д`Артаньян сыпал проклятьями в адрес тех, кто мог бы причинить господину Атосу вред. Я же думал о том, что мне жаль этого дурака Гримо. Он и слова в свою защиту не скажет. Про него могут подумать, что он вовсе немой! Потому когда мы доехали до Амьена, нам хотелось разнести в клочья весь город. Или хотя бы трактир, где мы оставили господина Атоса и Гримо. Но оба были там, в трактире. То есть не в самом трактире, а в погребе. Они туда сами себя заключили. Господин д`Артаньян учинил хозяину настоящий допрос. Я стоял за его спиной и все прекрасно слышал. Хозяин плакал и валялся в ногах у моего барина. Потом явились знатные англичане. Все разодетые в шелка и бархат. Они ничем не отличались от наших дворян, разве что по-нашему говорили с акцентом. Я их с трудом понимал. Английский акцент это еще хуже чем гасконский. Мы все вместе пошли к погребу. Один англичанин был уже там, и колотил по двери погреба. Ему хотелось еды и вина. Я еще тогда подумал, что вина в погребе осталось немного. Если вообще осталось. Потому что не первый день знаю господина Атоса. Ну, и Гримо тоже. Англичанин стучал сначала рукой, а потом как даст ногой по двери! Я запомнил этот приемчик. При случае сделаю так же. Дверь треснет сверху донизу - красиво получится. Но дверь вышибать не пришлось. С одной стороны стояли мы со своими пистолетами, с другой - господин Атос и Гримо. Англичане сразу успокоились и ушли. Тем более, что господин Атос пообещал, что сейчас выйдет. Сам. Больше ему в погребе делать нечего. Затем мы встретили господина Атоса и Гримо. Господин Атос обычно такой аккуратный. Тут он выглядел как перебравший сидра виллан с нечесанными волосами. Барин решил, что господин Атос ранен. Я-то сразу смекнул, что он целехонек, только больно пьян. Просто мертвецки! Удивительно, как он еще на ногах стоял! Гримо выглядел ничуть не лучше. Даже хуже. У него и голова тряслась. Несло от него не хуже, чем от вонючего козла. Он увидел меня и расплакался. Я насилу его успокоил. Господа ушли в комнаты, а я повел Гримо отмываться и переодеваться. С этим мы провозились два часа. Я жутко устал, весь мне все пришлось делать самому. После я уложил Гримо спать, а сам пошел прогуляться. Все равно за господами ухаживал сам трактирщик. Вино и грудинка у них были. Они только ели и пили. Трактирщик удивлялся и говорил, что господин Атос - настоящая бочка. Меня он накормил бесплатно. Я еще доедал цыпленка, когда явился мой барин. Пьяный - ужас! Пришлось снимать с него сапоги и укладывать на кровать. Чуть не надорвался! Барин тощий, но такой тяжелый! Я про английских лошадей забыл сказать. Их милорд герцог моему барину и господам мушкетерам подарил. Мы их от самого Парижа в поводу вели. Одну оставили у господина Портоса (он, правда, с постели встать не мог. Говорил, что вывихнул ногу) , другую у господина Арамиса. Еще две были с нами. Господа англичане все засматривались на наших лошадок. Красивые - что правда, то правда. А быстрые уж! Как ветер! Отродясь такого дива не видывал. И вот с утра господин Атос от нечего делать наших лошадок проиграл. Это еще что! Он чуть было Гримо не проиграл! Слыханное ли дело - людей в карты проигрывать! Он еще играл на алмаз моего барина. Я шибко уважаю господина Атоса, но тут бы на месте моего барина прибил его. Закончилось все тем, что господа оставили себе седла, а лошадей отдали англичанам. Мою лошадь и лошадь Гримо пришлось отдать господину д`Артаньяну и господину Атосу. Мы тоже пешком не шли: в этом же трактире нашелся помощник винодела из Мелюна. Он должен был доехать до Парижа, и фургон у него был совсем пустой. Мы договорились, что будем возчика кормить и поить, а он с нас за это не возьмет ни су за проезд. Парень он оказался честный. Даже потерпел, когда мы господина Арамиса забирали (он лошадь продал), и потом господина Портоса (он лошадь тоже продал). Оба уже были здоровехоньки. Вот. Больше про поездку рассказывать нечего. Теперь мы снова сидим без денег. Настроение у нас хуже некуда. Король сказал, что предстоит военный поход. А у господ нет средств, чтобы обновить экипировку. Гримо мне сказал, что его господин дал слово никуда с места не тронуться, чтобы купить себе снаряжение. Вот я и думаю: на что он надеется? Что это снаряжение на него с неба упадет? Пришел Базен. Даже странно. Мы с ним не больно-то ладим. Но сейчас он позвал меня на ужин. Думаю, что пойду. 1 октября 16.. г. Стало холодно. Почему в холодное время года хочется есть в два раза чаще? Погода мерзкая. Дождь поливает с ночи. Париж похож на большую помойку. Сейчас я сижу у окна и жду, когда придут мой барин и господа Портос и Арамис. В окно видно, что по улице можно ходить только на деревянных палках. Вроде тех, что используют бродячие артисты. У них больно ловко получается. Но я однажды попробовал так же ходить, и с тех пор больше не желаю. Хочу сидеть дома и смотреть в окно на дождь. Но господин наверняка пошлет меня в казармы чистить лошадь. Он сегодня с утра сам не свой. Уже куда-то ездил. Кажется, галантерейщица понравилась ему больше, чем я думал. Зато господин Бонасье про жену даже не вспоминает. Подозрительный он тип, этот господин Бонасье. Раньше я считал его испанским шпионом, а теперь знаю, что он шпион кардинала. Нужно его остерегаться. 3 октября 162.. г Кажется, господин Арамис будет экипирован раньше всех. Сейчас бегал на улицу Вожирар в кондитерскую лавку. Это теперь мое любимое место во всем Париже. Там такие сладости выставлены в окнах! Я уже несколько раз переносил служанок знатных дам на руках через грязь. Помимо удовольствия держать на руках хорошенькую девушку, получаешь мелкую монетку. Это мне нравится очень. К тому же для здоровья полезно. И для желудка тоже. Так вот, такая хорошенькая девушка сначала приобрела у мэтра Рошена сдобы на десять пистолей. Полная корзинка, и тяжелая! Тут подскочил я и предложил свои услуги. Перенести, значит, через улицу, и донести корзинку куда ей нужно. Она засмеялась. Я на нее сам как дурак засмотрелся. Такая беленькая, пухленькая. Лет двадцати пяти, не больше. Я таких красивых уже давно не видел. И вот эта красавица со сладостями дошла до дверей господина Арамиса, сунула мне в ладонь монетку и сказала, что я ей здорово помог! Я, значит, стою и смотрю, как она берется за молоток и в дверь начинает стучать! Да не простым стуком, а как-то мудрено! Тут я сообразил отойти в сторону, чтобы Базен меня не увидел! Но так, чтобы все слышать и видеть самому. Дверь отворил сам господин Арамис. Эта красавица ему корзинку подает и говорит со смехом: "Ваша кузина посылает вам утешение. И утешительницу!". Я все ждал, что сейчас господин Арамис корзинку возьмет, и дверь закроет. А я с девушкой знакомство продолжу. Но господин Арамис весь в лице изменился, и говорит: "Графиня, как вы неосторожны...". Дальше он еще что-то говорил, только я не разобрал. Дама в дом вошла, дверь они закрыли. Я как раскрыл ладонь - а там монетка! Золотая! Пресвятая Дева, столько денег! Значит, точно графиня. Даром, что одета как субретка. Вот я и думаю: если она мне столько денег ни за что отвалила, сколько же она господину Арамису может дать?

Коза Маня: 4 октября 162.. г Дождь продолжается. Переношу субреток через лужи. Господин пропадает неизвестно где. Даже ни разу не спросил меня, где пропадаю я, и чем я питаюсь. Мушкетон сушит сухари и говорит, что наше дело плохо. Базен зол как цепная собака. Уверяет, что у него зубы болят. Не иначе - от графиньиных сладостей. Поделом. Делиться надо с ближними своими. 6 октября 162.. г Дождь закончился. Делать нечего. Смотрю в окно. Пытаюсь сочинять стихи. Не получается. Мушкетон бы посоветовал мне пожрать что-нибудь. Я пробовал уже - сегодня у меня есть кусок сыра, хлеб и вино. Графиньины деньги трачу понемногу. Господину ничего не сказал. Как бы еще подработать? Уходить со службы не хочу. Привязался я к этому чертову гасконцу. К тому же скоро война. Там человек со смекалкой (вроде меня или Мушкетона) голодным не останется никогда! 7 октября 162.. г Сегодня опять было приключение! Да какое! Я разговаривал с этим болваном Любеном! Тем слугой-нормандцем, которого я поколотил во время английского путешествия! Он служит у графа де Варда. Граф остался жив после тех четырех ударов шпагой, которыми его угостил господин д`Артаньян. Его неделю назад перевезли в Париж. Граф очень слаб. Еще бы! Крови он потерял порядочно. Любен рассказал мне всю историю. Разумеется, у него получилось не шибко правдиво. Выходило, что они с графом отчаянно защищались от десятка грабителей. Это получается, что господин д`Артаньян стоит пятерых, и я - стольких же! Ну, пусть господин д`Артаньян - шестерых. Он все же был со шпагой, как и полагается дворянину. Я на четверых согласен! Еще я видел ту хорошенькую субреточку из церкви! Она стала еще краше, чем была! А уж госпожа у нее - красавица из красавиц! Мне всегда нравились блондинки! Похоже, господину тоже нравятся блондинки. Это нехорошо. Вдруг нам понравится одна и та же? На красотку из кареты я не претендую. Пусть забирает. Он ей, похоже, тоже нравится. Меня разбирает любопытство: где мой господин д`Артаньян познакомился с такой важной дамой? Теперь и он будет экипирован к сроку! 8 октября 162.. г Я хотел написать что-то умное. Я целый день думал про это. Вчера вечером мы были у господина Атоса. Он так и не выходит из дома. Вот достойный человек: сказал, что шагу за порог не ступит, и держит слово! Мой бы давно куда-нибудь убежал. Он страшный непоседа. Да и что делать у нас дома? У нас тихо как на кладбище. Еды нет. Бонасье не дал дров - топить нечем. Мушкетон, конечно, дал мне вязанку хвороста. Но это я экономлю на черный день. Базен говорит, что у него болит левая нога. Это к перемене погоды - тут и к гадалке ходить не надо. Бонасье вредный. Кардинальский прихвостень. Нужно пожаловаться господину Дэзессару. Он замолвит за нас словечко. Господин Дэзессар - настоящий командир. Вчера он выдал жалование господина д`Артаньяна мне. И сказал, чтобы я разумно тратил эти деньги на благо своего господина. Теперь я буду выдавать господину д`Артаньяну по двадцать су в день. И семь су брать себе. Господин д`Артаньян должен понять, что я действую в его интересах! Да, вот про это я и хотел написать! Про то, что у слуги очень часто более практический склад ума, чем у господина! Особенно если господин молод и еще не успел освободиться от провинциальной наивности! Слугам нужно доверять! Вечер. Мое уважение к господину Атосу пошатнулось. Господин Атос совершил нехороший поступок. Сегодня господа все вместе ходили драться с англичанами. Драка была красивая! Господин Атос уложил своего противника за пять минут. Господин Портос дрался как лев и проколол своему противнику не то руку, не то бедро. Господин Арамис доставил нам огромное удовольствие! Его противник испугался и убежал! Это так редко бывает! Конечно, мы свистели ему вслед! Это такое удовольствие - свистеть в спину убегающему англичанину! Господин д`Артаньян своего противника не тронул. Я так понял, что лорд Винтер - родственник белокурой красавицы из кареты. Выходит, господин д`Артаньян не прочь с ней познакомиться поближе. Я-то думал, что они давно знакомы! Ну, теперь лорд Винтер называет господина д`Артаньяна своим лучшим другом и даст моему барину самую хорошую рекомендацию! У того англичанина, которого убил господин Атос, в кармане был кошелек. Тяжелый. Я это точно знаю, потому что сам его держал в руке некоторое время. Мы с Мушкетоном уже прикинули, сколько там денег. Думаю, и господин Портос прикинул тоже. Англичане брать кошелек назад отказались. Тогда господин Атос сказал, что отдаст его слугам. Мы обрадовались. Но господин Атос сказал, что кошелек - для слуг господ англичан. Кто после этого господин Атос? Вредитель! Сидит дома и не понимает, как выросли цены на рынке! А есть, небось, хочет, как и все остальные! 9 октября 162.. г Я с ней познакомился! Она такая милая! Еще лучше, чем когда была в церкви! Там она была серьезная, а теперь улыбается! Да так нежно! Глаза у нее цвета спелых орешков каштана. Я никогда не думал, что могу так влюбиться. Кэтти! На остатки графиньиных денег куплю ей подарок. Она не знает, что отдала записку не тому лакею. Я ни за что на свете ей в этом не признаюсь. Впрочем, мне позволительно обманывать - я же не дворянин. 10 октября 162.. г Чуть не помер со смеху. Базен и господин Арамис готовили моего барина к походу в гости к белокурой леди Винтер. Сначала я таскал воду. Это в деревне воды сколько хочешь. В Париже все иначе. Вода - дефицит. Пришось три раза стоять в очередь у Самаритянки и носить по два ведра. Конечно, облился. Пришлось по дому ходить босиком. Потом барин вымылся в душистой воде. Это сколько же денег он на благовония извел! И откуда у него эти деньги появились? Потом барин одевался. Своя одежка у него не слишком-то парадная. Красивый, по правде говоря, только мундир гвардейский, потому что он новый. Его только по праздникам и в парадные караулы носят. Поэтому барин камзол и рубашку одолжил у господина Арамиса. Они почти одного роста и сложения. Барину казалось, что он стал важным и представительным. Я так не думаю. По мне так лучше бы шел в том, в чем всегда ходит. Все эти ленты и шитье делают его похожим на разряженного павлина. Это господину Портосу кстати. Ну, и господину Арамису тоже. На господине Атосе я лент не припомню. Потом барину плечи прикрыли простыней, и Базен начал его завивать. Ну и процедура! Это все равно что добровольно к палачу сходить! Барин только вздыхал. Господин Арамис смеялся и говорил, что это не страшно. А я за Базеном следил. Чтобы он моему барину волосы не сжег. И уши тоже. Да мало ли что. Я решил, что если Базен барину какое огорчение причинит, я господину Арамису все лицо этими щипцами для завивки пережгу! Всю жизнь будет помнить про Планше! После завивки барин стал совсем уродом. Баран бараном. Но Базен ему волосы уложил, и стали локоны. Побрился господин д`Артаньян еще до этого. Потом Базен достал разные духи. Барин с господином Арамисом долго выбирали, что лучше подойдет. У меня до сих пор в носу щиплет! Я вот думаю: женщины - это одно. Им положено душиться, особенно кто знатные или богатые. А мужчинам зачем? Вот. Барин ушел в гости. Сначала к господину Атосу. Потом за ним туда заедет лорд Винтер, и они поедут к белокурой англичанке. Меня не взяли. Ну и ладно. Пойду спать. Барин считает себя щеголем и франтом. А на мой вкус - так дурак дураком. Влюбился он, что ли, в эту англичанку? Вдвойне дурак! Только дурак не поймет, что она на кардинала шпионит.

Коза Маня: 11 октября 162.. г Что за жизнь у нас теперь пойдет? Каждый день щипцы для завивки? Каждый день новый камзол занимать? Вчера барин был в фиолетовом. Сегодня заявил, что это уныло и взял камзол цвета "неба над морем Бретани". Это не я придумал, это господин Портос сказал. А я был уверен, что такие поэтические слова только господин Арамис знает! Ну, еще господин Атос знает тоже, только он предпочитает говорить прозой. Или молчать, что бывает чаще. Мушкетон смеется, обзывает меня деревенщиной. Говорит, что я отстал от моды. Сейчас каждый цвет как-то называется. Чего бы не сказать как все люди: голубой. С серым. Они толкуют про небо над морем Бретани. Ну, пусть будет небо над морем. Небо - оно везде небо. Я на небо не смотрю, мне некогда. Это пусть поэты и влюбленные дураки небом любуются. Все равно им делать нечего. От господина сегодня пахнет апельсиновой водой. Это любимые духи нашего короля. Он вылил на себя почти весь флакон, который ему дал господин Арамис. Небо над морем Бретани. Ленты по всему рукаву. И апельсиновая вонь. Я бы на месте той англичанки его даже на порог не пустил. Рукава ему коротковаты. Это даже кружевные манжеты не скроют. Как я сегодня эти манжеты гладил! Чуть себе пальцы не опалил! На прачку у барина денег нет (на это есть я), а на цирюльника - есть. Он спятил. Еще что-нибудь вытворит - уйду. К господину Портосу. Старшим слугой. Буду Мушкетоном командовать. 12 октября 162.. г Все ищут деньги на экипировку. Барин спит без задних ног. Вчера явился только в полночь. Сегодня Базен принесет еще один камзол. С шитьем и лентами. Я уже видел, когда господин его примерял. Опять грею утюг и щипцы для завивки. Да что за напасть такая! Вечер. Приходил Мушкетон. Принес окорок и вино. Славно посидели. Господин Портос тоже где-то пропадает. И тоже весь расфуфыренный. Это, видно, погода на господ так влияет. Вот только господин Атос так и сидит дома. Но господин Атос расфуфыриваться не умеет. Да и ни к чему ему это. Он и так выглядит как король. Даже лучше. Еще бы пил меньше. Судя по тому, как Гримо выглядит, у них там еще не закончилось испанское вино. Хотя вряд ли Гримо пьет херес. Он все больше монтрейльскую дрянь хлещет. Она кислая и дешевая. 14 октября 162...г Господин пришел в три часа ночи. Я начинаю ненавидеть англичан так же сильно, как и господин Атос. Апельсиновая вода барину не сильно помогла. Надушился фиалковой. Той, которой сам господин Арамис благоухает. Видимо, это самая соблазнительная для дам вода. Базен забрал от нас камзол с цветом моря на берегу Бретани. А на камзоле - большое пятно от шоколада. Вот за это я барина и люблю! Когда еще на вопящего Базена можно будет посмотреть? Сегодня с Мушкетоном идем в церковь. Хоть бы опять дождь пошел. А то неинтересно. Может, у барина эта блажь английская пройдет. По парижской грязи не больно-то пофрантишь. Барин - не господин Арамис, который и по этой грязи исхитряется ходить так, словно ее нет вовсе. Так оно немудрено: господин Арамис или ходит, или ездит. А мой барин носится сломя голову. Как он ее до сих пор не сломал - не представляю! 15 октября 162..г Мы с барином сегодня ночевали в одном и том же месте, но в разных комнатах. Барин ничего не знает, потому что пришел домой на четверть часа позже меня. Не иначе заходил в кабачок пропустить стакан вина. На меня даже не обратил внимания: сразу в кровать. Едва сапоги скинул. Интересно, это его миледи до себя допустила, или кем из служанок занялся попутно? Я начинаю ворчать как Базен. Я становлюсь пуританином. Если уж я кого люблю, то мне хватает одной. Если мне сказали "нет", я тотчас выбрасываю эту вертихвостку из головы. Я не святой. Но кое-что понимаю. Если хорошенькая Кэтти положила глаз не на меня (дура), а на моего барина - это ее право. Мое право не печалиться по этому поводу и найти замену. Замену я нахожу не раньше, чем забуду предыдущую красотку. Два романа одновременно- это не для меня. С двумя я запутаюсь. И денег на ухаживания у меня не водится. На Кэтти я уже не смотрю. Она надышаться не может на барина. Барин ее в упор не видит, хотя тут не разглядел бы только слепой. А фиалковая вода и небо над морем Бретани окончательно свели ее с ума. Теперь она сама первая на барина вешаться вздумала. Пусть барин сам теперь разбирается, в кого он влюблен: в галантерейщицу Констанцию, в миледи или в Кэтти. Не моего это ума дело. Мое дело - не разочаровать малютку Жаклин, вторую камеристку леди Кларик. Сегодня я ее не разочаровал. Господин, судя по всему, тоже был на высоте. Сейчас храпит и что-то бормочет во сне. Даже не вертится, как обычно. Лежит как бревно. Пойду и я спать! День будет не самый легкий. 16 октября 162.. г Кэтти приходила к нам. На меня она по-прежнему не смотрит. Влюблена как кошка. Господин д`Артаньян поступает крайне нехорошо, обманывая эту девушку. Он ее не любит. Ясно как день. Я больше к миледи не пойду. Сегодня я попался. Нас с Жаклин застукал дворецкий. Какой был шум! Встала сама миледи. Ну она и фурия! Про фурий мне господин Портос рассказывал. Это такие злобные греческие бабы. Они гонялись за мужчинами, которые им не угодили. И загоняли до смерти. Может, это и не совсем так, но я повторяю то, что господин Портос рассказывал. Нужно будет у господина Арамиса уточнить. Или у господина Атоса, когда тот будет в разговорчивом настроении. Страсть как люблю их слушать, когда они друг с другом беседуют. Господина их ученые разговоры в тоску вгоняют, а я сижу и запоминаю. Так вот. Правду Базен говорит, что не надо осуждать ближнего своего. Я осуждал господина д`Артаньяна, и теперь сам влип. Жаклин миледи дала от ворот поворот. Теперь бедняжка будет искать другое место. Мне тоже досталось: поколотили палками и вышвырнули на улицу. Больше всех старался один... рыжий. Конюх. Значит, я правильно догадался, что он к Жаклин клеился. То-то она на него смотрит волком! Спина болит жутко. Колотили на славу. Однако, у меня чувство, что я дешево отделался! Вечер. Жаклин пристроили к мадам Лелуар. Это квартирная хозяйка Атоса. Я сказал ей, что Жаклин - моя невеста. Сказал и подумал, что вправду на ней женюсь. Если вернусь с войны живым. Она милая. И девушка честная. Я тоже честный. Раз уж начал с ней что до свадьбы - так надо отвечать за свои поступки. У нас в деревне так принято. 17 октября 162.. г Плачущая женщина - страшная сила. Сегодня я битый час успокаивал бедняжку Кэтти. Подумаешь - девушку утешить. Я всего лишь держал ее за руку и немного гладил по волосам. Но ощущения у меня сейчас один в один к тем, что были, когда мы с Марселем и Жилем помогали мельнику погрузить две сотни мешков с мукой. Пусть господин теперь сам с ней разбирается. Кажется, он знает более действенное средство привести ее в чувства. Через перегородку я слышу, как она смеется. Ну, хоть не плачет. Вечер. Господин сегодня собирается на Королевскую площадь. Опять помадится и завивается. Нынче что-то особенно тщательно. Камзол ему господин Арамис выделил - хоть на прием к королю отправляйся. И чулки. Шелковые. С вышивкой по краю. Раз барин идет к миледи Винтер - я могу до утра сидеть у Жаклин. 18 октября 162.. г Ну вот. Я ж говорил ему, что не к добру все это! И господин Атос говорил то же самое! Явился барин сегодня только на рассвете. Даже уже рассвело. Глаза шальные. Сам еле на ногах стоит. "На тебе, Планше, - говорит, - десять пистолей, и чтобы пропил за мое здоровье!". Мне что? Покорно благодарю. Камзол на нем застегнут кое-как. Перевязь хлябает. Отродясь еще барина в таком виде не видывал. Счастливый. Но трезвый. Кажись, фиалковая вода и вправду действует. Лопни мои глаза, если он не с самой миледи ночь провел. Ни минутки не полежал. Сразу переоделся - и к господину Атосу. На камзоле заплата, что я ему намедни поставил, а на пальце - перстень. Богатый. Не хуже, чем у господина Портоса. Даже лучше. Почти как алмаз, который ему ее величество подарила. Алмаз он дома оставил. Я не удержался, примерил на палец. Порезался. И чего люди по алмазам с ума сходят? Один вред от них!

Коза Маня: 20 октября 162...г Барин сидит дома. И я тоже сижу. Кэтти к нам ходит каждый день. На улице такая стынь, что впору камин топить по два раза на дню. Даже снег выпал. Что-то нынче рано. Отродясь такого не припоминаю. Господин Арамис говорит - природный катаклизм. Надо у Базена спросить, что такое этот самый катаклизм. Но я и так понимаю, что непорядок. Надо барину про экипировку напомнить. Он про это дело совсем забыл. Все по своей англичанке сохнет. Сохнет по англичанке, а целуется с Кэтти. Не моего это ума дело. Не моего. 23 октября 162.. г У меня раздуло всю щеку. Полощу рот соленой водой. Неужели придется идти к лекарю и выдирать зуб? Не знаю даже, который болит. Все сразу. Так что теперь - все и выдирать? Еда есть. Сейчас придет Мушкетон и принесет еще. Я думаю, что он промышляет браконьерством, и господин Портос про это знает. В последнее время Мушкетон постоянно при деньгах. Думаю, что он даже дает господину Портосу в долг. Возможно, что даже под проценты. Есть не могу. Отдам господину свою долю. Не пропадать же добру! 24 октября 162.. г Мадам Борже дала мне чудодейственную мазь от зубной боли. Помазал щеку. Теперь у меня не только зубная боль, но и два здоровых прыща. Пойду к лекарю. Не ем третьи сутки. Вечер. Приходила Кэтти. Принесла господину д`Артаньяну приглашение к миледи. Смотреть на бедную девочку было жалко. Барин неприлично обрадовался и побежал к господину Арамису. Все еще жду его. Щеку дерет невыносимо. Совсем вечер. Пришла Жаклин. Принесла еще одну чудодейственную мазь. Прыщи никуда не делись, а зуб прошел. Вот ведь какая история! Жаклин сказала, что она меня и с прыщами любит. Ложусь спать и запираю дверь на все замки. Барин забегал домой, надушился и сказал, чтобы я его не ждал. Конечно. Пошел второй перстень зарабатывать. Этак и мы будем с экипировкой. 25 октября 162.. г Неприятности сыплются как из рога изобилия. Всю ночь под окном выла собака. Я сам дважды вставал и выливал на нее помои! Не помогло! Выла и выла, окаянная. Уснул только в пять утра. В семь за мной пришел Гримо. Мрачнее некуда. Сказал, чтобы я сразу отправлялся к господину Атосу и принес барину одежду. Мне что? Приказано - исполняй. Барин был у господина Атоса. Отродясь не видел, чтобы господин Атос волновался. Я думал, что у него вовсе нервов нет. Есть! Я бы сказал, что господин Атос даже не взволнован был, а испуган! Хуже некуда! Барин, как халат скинул, остался в одной рубашке. Я помог ему одеться как положено. Мне показалось, или на рубашке даже кровь была? При мне особенно не говорили, но я сам смекнул, что барин влип. Влип хуже некуда. Если все в порядке, то от любовницы в чем мать родила по улицам не бегают. Гримо, правда, сказал, что барин к ним прибежал не в исподнем, а в женском платье. С цветочками. И в капоре набекрень. И лица на нем не было. Вот. Барин теперь ушел куда-то с господином Атосом. Мне велено явиться на улицу Железного Лома через час. Господин Атос свое затворничество бросил. Сколько времени дома сидел, а тут сам вышел на улицу! Мне теперь еще одна головная боль: ведь уходил-то барин в гости в наряде, что дал ему господин Арамис. Все до последней ленточки чужое было! Как теперь перед Базеном оправдываться буду? Господа сами разберутся, но мне все равно один стыд... Все плохо. Все очень плохо. И зуб, зараза, снова ноет. 26 октября 162.. г Я великолепен! Я выгляжу как слуга из приличного дома! Помимо одежды, мне купили: два пистолета и кожаную пороховницу к ним. хороший нож вроде охотничьего. Пригодится в любом деле. кожаный камзол с металлическим нагрудником. Очень добротный. Из плотной кожи. лошадь. На этом деньги у барина закончились. Если честно, я так и не понял, откуда они появились. Гримо тоже экипирован. Не так добротно, как я. Но зато у него настоящая кираса. Господин Атос не поскупился. Гримо даже поцеловал его руку в знак признательности. И сказал "Спасибо". Господин Атос не заругал его за такое поведение. Мы с барином весь вечер примеряли нашу экипировку и мечтали о том, как будем воевать. Все же у меня хороший барин. Хоть и ведет себя иногда как дурак. Молод он еще. Почти мальчишка. Вечером идем в "Жареного гуся" отмечать успешное приобретение. Это почти последний мирный вечер в моей жизни. Послезавтра мы отправляемся на войну. Мне хочется драться. Но я не понимаю, зачем драться с гугенотами. Ну, с нашими гугенотами. Мне кажется, что такие вопросы нужно решать в церкви, а не на поле боя. Кому хуже, что они поют по-французски те же псалмы, которые мы поем по-латыни? Что у них священника называют "пастор", а не "святой отец"? Они такие же, как мы. У нас в деревне жили, помню, три семейства гугенотов. Одевались скромно. Работали с утра до ночи. Приветливые были. Никто их не трогал. А кюре так вовсе у них молоко брал. Господин Арамис мне пытался объяснить, что все не так просто. Но я ничего из его объяснений не понял. Он слишком умный. Или я его не слушал, а думал о куске окорока, который лежит дома и ждет, когда я его съем. 27 октября 162.. г Славно погуляли! Послезавтра с утра выступаем в поход. Мушкетон радуется, Базен ходит кислый. Оба тоже при экипировке. Не понимаю, чего Базен такой кислый. Ведь мы идем воевать с гугенотами, врагами истинной веры. Или ему его кираса жмет? Базен сказал, что я дурак. И что я не знаю, что такое подагра. Когда я ему ответил, что со временем узнаю, Базен сказал, что я дурак вдвойне. Нельзя себе желать зла. Какое же зло! Всем известно, что подагра - болезнь богачей! Вечер. Господин был у господина кардинала. И вернулся оттуда целехонек! Мой барин - лучший! Я им горжусь. Видел, как экипировались господа Портос и Арамис. Хорошо. Но мы - лучше! 28 октября 162.. г Король заболел. Мушкетеры остаются в Париже. Мы выступаем вместе со всеми остальными частями. Я уже упаковал вещи. Тетрадку беру с собой. Гримо снабдил меня чернилами. Мушкетон притащил флягу доброго вина - чтобы я не тосковал так сильно. Базен принес марципаны. Он, оказывается, знает, что я лакомка. Все. Господин говорит, что нам пора. Продолжу при случае. 15 ноября 162..г Первый раз за эти дни у меня есть свободная минутка. Я очень устал. Я так устал. А ведь война еще и не началась. Мы все еще не осадили Ла-Рошель. Мы так медленно тащимся. Будь я на месте гугенотов - давным-давно готовился бы к осаде. Если они подготовятся, да еще пригласят к себе на помощь англичан, то мы их никогда не возьмем. Лично мне гугеноты не нужны. Пускай бы себе жили. Я уже рассуждал об этом. Подобные мысли все чаще лезут в голову. Верно, это от недоедания. И от усталости. Моя задница не приспособлена к тому, чтобы по пол-дня сидеть в седле. Седло новое и неудобное. Боюсь, что через неделю я не смогу сидеть нигде. Мне не с кем общаться. Когда не с кем общаться - это ужасно. Господин тоже скучает. А еще говорят, что на войне бывает весело. Если бы я не так устал и если бы не боялся подцепить дурную болезнь - пошел бы в обоз к девкам. Там есть миленькие. Но я боюсь. Потому иду чистить сапоги себе, хозяину и его приятелю. 18 ноября 162.. г Скоро я стану заправским выпивохой. Мне снятся кошмарные сны про дохлых кошек и отрезанные головы. Про кошек мне Фурро объяснил. Это к неприятностям. Про отрезанные головы он не знает. Мы смотрели в толкователе снов, и ничего не нашли. Фурро сказал, что видел, как воюют почитатели Аллаха. Они отрезают головы неверным христианам. То есть нам. Неужели мы последуем их примеру? Мне страшно. Мне позволительно в этом признаться - я же не дворянин. Поэтому я пью. Вчера болела голова. Вот, подумал первый раз в жизни, что господин Атос пьет не просто так. Ему тоже страшно. Никогда бы не догадался, кабы не вино! Господина Атоса все считают таким храбрым! И правильно считают! А он чего-то боится... Я еще подумаю об этом. И о том, почему пьет Гримо. Ему некого бояться. Разве что своего барина. А он все равно пьет. Я не хочу быть как Гримо. У Гримо, когда он переберет лишнего, голова начинает трястись и глаза становятся стеклянными. Не буду больше пить! Иначе что мне будет делать на поле боя? Я же должен буду помогать своему барину! не помню какое ноября Мы пришли. Ла-Рошель совсем не похожа на "гугенотское гнездо". Очень красивая, могучая крепость. Гнездо - это когда палки во все стороны и никакого порядка. У гугенотов с этим строго. Гугеноты свое дело знают. Утром они молятся. Очень громко. Прямо на стенах. Мы тоже молимся. Стараемся погромче, чтобы гугеноты слышали. Потом и они, и мы начинаем стрелять до обеда. Обедаем. Потом снова стреляем до наступления темноты. Лазутчики говорят, что у гугенотов в войске строгая дисциплина. У них даже женщина на стену поднималась. Герцогиня де Роган. Она никуда не уехала из города. Ею все восхищаются, и наши тоже. Лагерь давно разбит. Некоторые части намного обогнали нас. Потому уже есть проблемы с размещением. Мы-то устроились прекрасно. Базен бы пришел в восторг. Наша рота потеснила монахов в монастыре. Приятно знать, что каждый день двести глоток за тебя молятся. Что есть силы. Я не понимаю: не то они так нас любят. Не то наоборот. Ну, любят точно, поскольку мы пришли бить гугенотов. Но не прочь, кажется, чтобы мы их быстрее побили и ушли назад. Осаду я пока наблюдаю только издалека. Господа гвардейцы в траншеях еще не были. Фурро говорит, что скоро мы эти траншеи будем любить как каторжники свое судно. Почему я ему верю? Какой я непатриотичный. Фу. Пошел в буфет господ гвардейцев за обедом. Война - войной, а обед - по расписанию. какое-то ноября 16.. Барин спит. Господин д`Оне тоже. Оба вернулись с боевого дежурства. Мы с Фурро не спим с пяти утра. Мне страшно. Бьют пушки. Наши. Ла-Рошельские. В траншеях воды по колено. Идут дожди, замля раскисла. Нужно как-то приспосабливаться. Впереди зима. Похоже, осада будет долгой. Обнаружили с Фурро неплохой кабачок поблизости. Называется "Еретик". В случае чего будем ходить обедать туда. И вино там неплохое. какое-то ноября 16.. Сегодня я чуть не влип. До сих пор колотит. Дело в том, что я был на военном совете у кардинала. Меня туда, конечно, не приглашали. Я пошел чистить барину ботфорты. Не просто чистить. После вчерашней вылазки у него оторвался каблук. Зато барина похвалил за храбрость герцог Орлеанский. Вот. Но я сейчас не про барина, а про себя. Я отдал сапожнику баринов ботфорт, сижу на перевернутом котле и смотрю на небо. И тут ко мне подходит офицер. "На, - говорит, - пакет, срочно отнеси его вот туда-то". Мне что? Я свободен. Чего бы благородному господину не услужить? Он мне монетку в руку сунул. Пошел куда сказали. А там - офицеров! Много! Охраны еще нет. Я с пакетом - шмыг в палатку! Стою. Растерялся чуток. Хотел назад выйти, но никак. Уже охрана стоит. Заходит герцог Орлеанский, с ним еще пять офицеров. Я, значит, на него уставился. Совсем про пакет забыл. Потом вспомнил. Прочитал, кому он. Ну, кто ж господина Бассомпьера не знает! Подаю ему пакет. Он на меня даже не взглянул. "А, - говорит, - очень кстати". Меня никто из палатки не гонит. А мне любопытно. Я встал тихонечко к стенке. Когда еще просто так постоишь рядом с такими великолепными господами! Стою, оцениваю, сколько может стоить брошка на воротнике его высочества. Меньше пятисот пистолей никак не выходит. Я подумал: а что бы я сделал, попадись эта брошка мне в руки. Ферму бы купил. Коров. Лошадь. Земли немного в аренду взял. Женился бы. Стою, мечтаю. Никто меня не трогает. Я вроде того столика, на котором планы лежат. Правда, я никому не нужен, а у столика все столпились. Громче всех разговариват его высочество Гастон. Бассомпьер не отстает. Ну и голос у него! С таким только войсками командовать! Думаю: а где ж кардинал? Нашел и кардинала. Он совсем еще молодой, если вблизи посмотреть. И уставший очень. Глаза красные, воспаленные. Я его аж пожалел. Трудно быть кардиналом. Голос у него негромкий, но как скажет что, все его внимательно слушают. Я только про коров думал, когда они говорили про дамбу. А что говорили - не знаю, поздно спохватился. Выходит по всему, что мы здесь и впрямь надолго. Господа офицеры примерно с час совещались. Все вышли. Я посмотрел, как часовых сняли, и сам ушел. Теперь вот думаю: зря я про ферму мечтал. Мог бы что ценное узнать. Я и так узнал, но мало. И еще думаю: а что бы было, если бы я был не честный католик, а гугенотский шпион? Ведь мог бы все военные секреты узнать. Или убить кардинала. Еще мне с того совета прибыль вышла. У его высочества от сапога пряжка оторвалась. Валялась у палатки, никому не нужная. А на ней - три изумрудика. И сама серебряная. Вот ведь как! Я, конечно, подобрал, и в карман спрятал. Вряд ли его высочество будет искать эту пряжку. какое-то ноября 16.. Забыл вчера написать. От волнения. Барин притащил с собой оборванца. Зовут Бризмон. Вроде дезертир. В бедро ранен. Барин его спас от гугенотов. Теперь парень готов ему ноги целовать. Вот тоже напасть. Барин - герой, а я за этим доходягой ухаживать должен. Он слабый совсем, еле ноги передвигает. не знаю какое ноября (густо зачеркнуто, внизу проставлена дата) 18 ноября 162.. г Не знаю, как реагировать на то, что произошло сегодня. Руки до сих пор дрожат. И зубы стучат. Но утешаю себя тем, что не у одного меня. Намедни барин велел отнести в буфет господ гвардейцев полторы дюжины бутылок старого анжуйского вина. Мы его с оказией получили. Вино и записка от господ мушкетеров. Барин до этого ходил мрачный. Я думал, что придется идти к сапожнику разбираться - не иначе, барину починенный ботфорт не подошел. Не в сапожнике дело. После той записки барин решил званый обед устроить. Барин пригласил на обед господина д`Оне, хозяина Фурро, и еще гвардейца, гасконца, как и барин. У моего имя тоже не из легких, а у того я его вовсе выговорить не могу. Вот. Мы стали на стол накрывать. Я, значит, взял на себя обязанности старшего слуги. А что? Я старше Фурро, и барин у меня - герой. Я господам блюда подаю, Фурро бутылки открывает. Бризмона мы приспособили к делу тоже: он из бутылок вино в графины переливал и протирал столовые принадлежности. Вино вроде как растряслось по дороге. Но все равно - анжуйское. А у меня в глотке пересохло. Но пить при господах то же вино, что и они, я не могу. Другого нет. Водой я не напиваюсь никогда. Подали первое. В это время - грохот, барабаны, пушки молотят! Господа - из палатки. Я думаю: вот удобная минутка. И стакан к губам поднес. Но тут Фурро кричит, что меня зовут. Я тоже побежал из палатки. Думал, что это гугеноты на нас напали, и нужно спасаться. Нет, биться. Словом, делать что-то. А Бризмону барин сам разрешил вино выпить. Ну, то, что на донышке, осадок самый. Бризмон такой блаженный сидел, просто по роже ему засветить хотелось. Как майское дерево. Еще бы! Барин вином угостил! Но на улице были не гугеноты. Это король приехал. Мы кричали "УРА!" так, что у меня в горле до сих пор дерет. Раз король приехал, то и мушкетеры вместе с ним. Это было очень радостно. Только построение закончилось, и всех распустили, господа встретились. А я Мушкетона встретил. Мы даже поцеловались от радости. Гримо с Базеном вещи разбирали. Господин Атос был трезвый и очень представительный. Просто как король. Обнял барина и тоже поцеловал его. Этак нежно. Словно отец родной. Мы с Мушкетоном не самые чувствительные, но тут чуть не прослезились. Господин Портос на радостях барину чуть руку не оторвал - так тряс. Даже господин Арамис барина обнял. В палатку, где Бризмон наш обед сторожил, пошли вместе. Вот тут я и понял, кто сделал так, что у меня во рту пересохло. И кто - так, что я вино это проклятое не выпил. И Фурро, скотина, тоже не выпил. И господа ни глотка не сделали. Потому что вино было ОТРАВЛЕННОЕ! А Бризмон, которого мы завтра хоронить будем... ну, вот он выпил. Самую отраву. Господа были все белые. Господин Атос сразу к трактирщику пошел. Вместо обеда у них были куриные яица, немного хлеба, пара печеных луковиц и вода. Собственными глазами видел - все четверо ничего, кроме воды, в рот взять не могли! И я не могу. Мне снова страшно. Из господских разговоров я понял, что это месть. Эта та стерва, леди Винтер. Господин, видать, круто ей насолил. Базен сразу побежал в церковь. Сейчас Бризмон лежит в мертвецкой. Завтра его отпевать будут. Барин сказал, что он совершил преступление, но потом раскаялся, и Бризмона нужно похоронить в освященной земле. Мне сегодня не хочется смеяться над Базеном. Я тоже в церковь пойду. И господа, как устроятся, тоже. Вот такой день.

Коза Маня: 19 ноября 162.. г Вчера нам опять прибыль была. Вместе с Мушкетоном. После службы мы с Мушкетоном остались в соборе - статуи разглядывали. Собор старый. Потом пошли на кладбище смотреть, выбирать место для Бризмона. И увидели, как какой-то священник снова в собор заходит. Мы - за ним. Ну, не знаю, что на нас такое нашло. Священник подходит к нарядной урне. На урне надпись по-латыни. Я знаю, меня Базен немного научил. Так вот, на урне написано "Здесь покоится прах Господень". Священник эту урну открывает и кладет туда кошелек. Туго-туго набитый. Он его еще на руке подержал. Видно было, что монет там много, и кошелек тяжелый. Нас он не заметил. Мы с Мушкетоном выждали время, и этот кошелек... короче, кошельков там было несколько, а праха Господня - всего горстка. Тут мы оба вспомнили, что нам Базен говорил. Нельзя поклоняться Богу и Мамонне. А какой же это Бог, когда в урне полно денег? Вобщем, мы их взяли. И записку оставили. Написали: "Господь воскрес, Его здесь нет". Пусть впредь думают, как честных людей обманывать! 21 ноября 162.. г Ношусь как подраненный заяц. Планше - туда! Планше - сюда! Планше - принеси - еды! Планше - проверь - пороховницу! Планше - почисти - мой - плащ! Планше - выгуляй Булота - лошадь - застоялась! Булот - счастливчик. Ему ничего делать не надо. Сена и овса у него вдоволь. Никто на нем не ездит. Зато я не понимаю, кому служу. У меня четыре господина. Принести - вина - господину - Атосу - у - Гримо - болит - нога. Помочь - господину - Портосу - постирать - воротнички - и - манжеты - Мушкетон - это - делает - плохо! Начистить - ботфорты - господину - Арамису - у - Базена - нарыв - на - ноге! При первой же возможности потребую оплаты со всех. Надоело! 22 ноября 162.. г Что-то назревает. Господа поздно вернулись, сейчас сидят у господина Атоса и ждут моего барина. Я его ждать не буду. Лягу спать. Нужен буду - разбудит. Вечер. Ну вот. Был случай стать героем, но я его проспал. А господа отзавтракали на бастионе Сен-Жерве. Гримо им прислуживал. Теперь господа - герои, и Гримо - герой. Господа отмалчиваются, Гримо... Тьфу. Гримо всегда молчит. Я его спросил, было ли ему страшно. Он кивнул. Потом Мушкетон спросил, сколько было гугенотов. Гримо показал сначала восемь пальцев, потом два раза по десять. Я спросил, что он делал. Он показал, что нес караул. И что-то еще делал такое. Перетаскивал кого-то. Но мы с Мушкетоном так и не поняли - кого. Базен потом пояснил - мертвецов. Вроде на бастионе целый отряд засел. Если верить Гримо, остальное время они завтракали. Господа спорили о чем-то. Остальное я сам видел. Как гугеноты по ним палили. Как господин Атос салфетку снимал. Мы так и знали, что они ее как знамя подняли! Теперь из этой салфетки сделают штандарт! Мой барин - самый лучший. Никогда его не оставлю! Совсем вечер. Весь лагерь пьет за здоровье моего барина. И барин тоже пьет. Мы с Базеном трезвые. И господин Арамис трезвый. Он сбежал с гулянки, которую все остальные закатили в "Красной голубятне". Он сидит и пишет что-то. Мы с Базеном время от времени просим его встать и примеряем на него мушкетерскую форму. Не, с его собственной формой все в порядке, но он отдает один комплект моему барину. Мы на него примеряем только потому, что они более-менее ростом похожи с моим барином, а барин - занят. БАРИНА ПРИНЯЛИ В МУШКЕТЕРСКИЙ ПОЛК!!! Сейчас доделаем форму, и я тоже пойду пить. Я - слуга лучшего из мушкетеров! Господин Арамис сказал, что завтра они нам кое-что расскажут. Потому что на бастионе у них был военный совет. Нет, не буду пить. Я же клятву давал, что не буду. Ну, разве чуть-чуть. Как слуга героя. Все же Гримо - трус. Когда по господам стали палить ла-рошельцы, он убежал вперед. Я бы так рядом с ними пошел. Я от врагов не бегаю! 23 ноября 162...г Вот так и создаются сказки. Я всем рассказываю, что на бастионе засел отряд ла-рошельцев, человек двадцать. И что господа, прежде чем сесть завтракать, их всех переколотили. Иначе каких бы мертвецов таскал Гримо? Оказывается, мертвецы там были с третьего дня, когда господин ходил на вылазку. Он сам об этом упоминал. Как досадно. Получается, что я врун, и что господин - не такой герой. Но все почему-то верят. Барин бегает по лагерю и хвастается новой формой. Он теперь мушкетер. Думаю, это правильно. Все равно он постоянно был с господами Атосом, Портосом и Арамисом. В гвардейском полку у него, считай, всего два или три приятеля было. Зато как в мушкетеры перешел - так приятелей целый полк. Второй день лагерь веселится. Меня все узнают и кричат: "Планше, расскажи нам про бастион!". Кому еще рассказывать? Гримо вон попросили, так он битый час маялся, но все равно только плечами пожимал, или говорил "Да", "Нет". И еще одно слово: "Стреляли". Дурак. Что стреляли, так это и мы в лагере слышали. Не стреляли, а палили. Прямо что гром господень - вот как ла-рошельцы палили. Все четверо господ ходят довольные. Господин Портос сегодня даже усы завил. Сам. Мушкетон очень рад этому. Говорит, что когда господин Портос усы подкручивает, дела идут на лад. Я и так как сыр в масле катаюсь. У нас еще церковные деньги не закончились. Мы их с Мушкетоном напополам поделили. И Гримо немного отсыпали. А Базен обойдется. Вечер. У меня новости. Господа совещались, и теперь я еду в Англию. К милорду Винтеру по крайне важному делу. Я знаю, по какому, но не скажу. Это тайна, а я тайны хранить умею. Базен тоже поедет. Только ему задание куда проще, чем мне. Всего-навсего съездить в Тур. Это любой дурак сможет. А у меня задание опасное, меня могут принять за шпиона. И казнить. Базен почему-то ходит недовольный. Ему что - денег не пообещали? Мне вот пообещали. Я бы меньше попросил, но господа сразу сказали сумму. У меня аж дух захватило. Целая куча денжищ! Вот. Недаром господин Портос усы подкручивал. Опять мне прибыток вышел. Ты счастливчик, Планше. Все. Пошел учить текст записки, что господа составили. От переводчика: Далее в тетрадку вложены несколько листков, исписанных весьма неровным почерком, без указания дат. Второй перегон подряд еду на почтовых. Барин сказал, что нужно не скупиться и заказать подставы. Время дорого. Я страсть как не люблю ездить быстро. Но сейчас о себе думать не время. Господа оказали мне огромное доверие, отправив меня в Англию. Барин даже продал свой алмазный перстень, чтобы заплатить мне! Очень боюсь, что у меня украдут деньги, когда я буду спать. Если я хорошо выполню поручение – точно женюсь на Жаклин и куплю ферму. Нет. У меня появилась идея получше. Я куплю в Париже лавку. Буду торговать сладостями и пряностями. Дело верное. Лакомок в Париже предостаточно. Вспомнить хоть ту графиню, которая к господину Арамису приходила. Ну, я еще не решил. Либо ферма, либо лавка. Лавка – оно прибыльней. А на ферме воздух чище и нервы крепче. Еду самым коротким путем. На хороших лошадях. Подставы организовал. Останавливаюсь только на ночь. Внимательно наблюдаю за людьми. Кажется, кардинал за мной следит. Ну, не сам кардинал, конечно, а его шпионы. Сейчас глянул на лицо хозяина трактира, в котором завтракаю. Редкая каналья. Через четверть часа мне приведут лошадь. Скорее бы. Хозяин мне очень не нравится. Он похож на Бонасье, а Бонасье – шпион кардинала. Нужно всегда искать в людях что-то общее. Как правило, оно находится. Я еще ни разу не ошибался в людях, если не считать тот случай с господином Портосом. Он сразу произвел на меня хорошее впечатление, и я был уверен, что нанимаюсь к нему, а не к господину д`Артаньяну. Может быть, меня тогда подвел голодный желудок. Но сейчас я сыт и не могу ошибиться. Сегодня ночевал не в трактире, а в стогу сена. Очень холодно. Но делать было нечего: в местном трактире сидели семь шпионов, переодетых крестьянами, и ждали меня. Я чуть не попался. Но Богородица меня спасла. Я сразу отвязал лошадь и уехал. Не на того напали! Я ловок и осторожен! Нужно быть более осторожным. Меня могут схватить. И тогда все пропало. Теперь всем говорю, что путешествую по торговым делам. Что я лавочник из Парижа. Купил новое платье, в каких купцы ходят чаще всего. Оно мне очень идет. Видела бы Жаклин! Дважды делал крюк. Теперь шпионы должны потерять мой след. За эту неделю я спал от силы часов двадцать. Сегодня буду отдыхать хотя бы половину дня. Снял номер в гостинице, уже заказал себе ванну и хороший обед. Вчера зря заплатил за ванну и хороший обед. Трактирщица заигрывала со мной так, что я понял: это шпионка кардинала. Я не могу так сильно нравится симпатичной женщине. Я не дворянин и не красавец. Да, я хорош собой, но не красив. Для красоты мне не хватает фигуры как у Мушкетона. Я недостаточно высок и представителен. Это неприятно, но это нужно признать. Про Гримо с Базеном помолчу. Я явно представительней, чем они оба, вместе взятые. Гримо женщин терпеть не может. Я знаю, по какой причине. Его невеста ушла к другому за две недели до свадьбы. Гримо жил где-то в окрестностях Блуа и служил какому-то знатному господину. Он сказал, что жил «в хорошем доме», а это выдающаяся рекомендация в устах Гримо. Мало того, что девица ушла к другому. Она была беременна от третьего. Мы с Мушкетоном решили, что после такого никогда не женимся. Но теперь у меня есть Жаклин. Она честная девушка. Может быть, я и женюсь на ней. А на Базена даже никто не посмотрит. Он старый, толстый и сильно изображает из себя святого. Только я все равно уверен, что он подглядывал за своим барином и той графиней, когда они наедине оставались. И никакое «Отче наш!» его от искушения не спасло. Я от искушения сбежал, хотя трактирщица мне очень понравилась. Жалко денег. Зато сам цел. И на свободе. Нужно уметь жертвовать малым ради великой цели. Господин меня бы одобрил. Завтра днем, если все будет удачно, сяду на корабль. От одной мысли о море тошнит.

Коза Маня: Я в море. Сказал, что еду к сестре. Она француженка. Не забыть: зовут Жанной, младше меня, двое детей. Нужно помнить, о чем врешь. А то разоблачат. Я не могу допустить, чтобы меня разоблачили. Прячу листок, а то буду подозрительным для остальных. На судне могут быть шпионы. К тому же мы всего в лье от берега. Меня могут схватить и вернуть назад. Было бы глупостью попасться сейчас в руки кардиналистов. Задумался: а кто я такой, если точно не кардиналист? Нужно будет спросить по возвращении у барина или у господина Атоса, как называются те, кто против кардинала. Не помню точно, но кажется господин Арамис упоминал слово "патриоты Франции". Вечно он не по-человечески что-то говорит. Но слово мне нравится. Я в Англии. Кто сказал, что англичане любят порядок? Порядка у них здесь не больше, чем у нас. Разве что вокруг говорят по-английски, а девчонки в трактирах почти все рыжие и веснушчатые. Глаза у них зеленые или голубые. Отродясь столько голубоглазых не видел. Когда я говорю им "спасибо", они понимают и отвечают что-то. Приятно. Хотя я уже забыл ту малость английского, которую выучил от Дженни. Она, кстати, тоже была рыжая. Почта здесь работает исправно. Так что через полчаса я получу коня, и поеду к лорду Винтеру. Лорд Винтер - богатый вельможа. Его здесь все знают. Он католик, как и я. Это хорошо. Хотя бы с кем-то можно будет поговорить по-французски. Я почти приехал. В карете писать неудобно, но все равно я теперь знаю, что в Англии лучше, чем у нас. Дороги. Почти не трясет. Значительно хуже, чем у нас: девушки служки в трактирах (грубияны неотесанные) вино (гадость) По-французски почти никто не говорит. Я уже не могу слышать английский язык. Меня тошнит от английского языка и пива. Я НЕНАВИЖУ ПИВО!!! Лежу на мягкой постели. Чистый. В кувшине на столе есть хорошее вино. Сыт. Принимают как вельможу. За лордом Винтером уже послали. Он уехал по делам. Но только я сказал, что я приехал из Франции, и что мой барин - лорд д`Артаньян... КАК ТУТ ВСЕ ЗАБЕГАЛИ!!! Конечно, мой барин - благородный дворянин. С этим и спорить нечего. Но лорд из него - как из меня статс-дама королевы. Ничего. Мне позволительно врать. А слово "лорд" здесь крепко уважают. Я буду "мистер". Мистер Планше. Не спорю, что "сэр Планше" звучит лучше. Но на сэра я не гожусь, как и на лорда. Так здесь называют только дворян. Я не сказал, что я простолюдин. Они-то решили, что я - переодетый сэр, раз служу лорду. Не буду их разуверять. Ночь прошла прекрасно. Рыжеволосые англичанки ни в чем не уступают француженкам. И с языком как-то само собой все решается. Лорд Винтер распорядился, чтобы я остался у него в замке еще на ночь и как следует отдохнул. Завтра утром я отправлюсь в Портсмут. Во Франции лорд Винтер организует мне подставы. Он еще сказал, что позаботится о моей безопасности. Что я честный и верный слуга. Что таких людей, как я, редко встретишь. Объяснили мне про патриота. Это означает, что человек любит свою Родину. Слово Родина нужно писать с большой буквы. Я люблю свою Родину Францию. Я патриот. Рыженькие англичанки хороши, но француженки милее. Что уж говорить про пиво, которое я ненавижу, и про язык, который я никогда не выучу! Хочу домой. Во Францию. Пусть там и шпионы кардинала. Дома - лучше!

Коза Маня: Дома лучше, но холодно. Ветер. Мы еле причалили. Я уже последний час не знал, куда себя деть. Не то в каюту, не то на палубе остаться, не то самостоятельно за борт. Остановила мысль о том, что до берега я не доплыву. Глупо погибать из-за собственной нетерпеливости в одном лье от берега. Или как там моряки расстояние считают? Зато я пробовал то, чего не пробовали господа! Рыбу, морскую рыбу, которую прямо при мне выловили! Она всего минуту и полежала в корзине, ее сразу кок забрал. Мне всегда интересно, кто как готовит. Вот теперь я знаю, как на кораблях готовят. Как там кухня устроена – камбуз называется. Интересно и с умом. Специальная печь сложена, из которой ни искорки не вылетит! Моряки говорят, что они все языки понимают. На шхуне половина экипажа англичане, есть пара шотландцев (они себя отдельно числят), двое - гасконские гугеноты и еще один голландец. Я наловчился их понимать тоже. Поначалу не понимал, а часа через два понял. Если бы мы подольше вместе поплавали, то и заговорил бы не хуже, чем они. Но хорошо, что под ногами твердая земля Родины. Теперь меня подстерегает много опасностей. Назад поеду другой дорогой. Чтобы никто не догадался, что это я. И куда я направляюсь. Запас времени у меня имеется. Я не хочу нарушать слово, которое дал господам. Я честный француз! Я во Франции! Мне вот интересно: что предпримет лорд Винтер, чтобы задержать миледи? Мне это важно знать. Иначе получается, что я напрасно ездил. Нет. Не напрасно. Я предупредил его? Предупредил! Если я вернусь вовремя, то мне заплатят. Тогда можно будет не только жениться, но и свое дело завести. Правда, я еще не решил точно, что буду делать. Я лучше головой соображаю, чем руками. Руками тоже могу, но голова – главное. Время есть. Придумаю! Устроил себе отдых. Отдыхать буду до утра, взял комнату на постоялом дворе. Никакие деньги не будут в радость, если задница отбита. К тому же на дворе редкостная мерзость. Дождь, ветер свищет. В такую погоду ездят только дураки. Или герои вроде моих господ. Я же нормальный человек. Если бы нужно было, я бы тоже поехал, хоть и не дурак. Сейчас не нужно. Я всегда помню, что мне мой папаша говорил: «Кто слишком спешит, приезжает позже всех!». Вдруг я заплутаю в ночи? Подхвачу лихорадку? Нет, я должен беречь себя. Потому что я еще не выполнил задание. Нужно помолиться за господина д`Артаньяна. Говорят, что добрые ангелы сразу переносят молитвы туда, куда нужно. Так пусть они заодно скажут моему господину, что я жив, трезв и полон желания попасть в лагерь под Ла-Рошелью. Скучаю по шельме Мушкетону. Все-таки он мой лучший друг. Гримо тоже хорош, но слишком уж молчалив. А Базен – занудливая святоша, хотя от него часто тоже польза бывает. Третий час жду лошадей. Дорога раскисла. Это совсем ни к чему. Пока развлекаю себя: рассматриваю местный люд. Я вчера хорошо отдохнул, потому мне сейчас отдыхать не хочется. Я еще помню, что мне господа на прощание пообещали. Я знаю, что они это не всерьез, но все же опасаюсь: вдруг опоздаю? Тогда мне быть или с распоротым брюхом, или с содранной кожей, или изжаренным живьем. Зная характеры и дружбу господ, могу предположить, что они друг другу не уступят. Хоть бы тогда голову первой отрубили. Без головы мне будет уже все равно, что дальше. Но я лучше доеду вовремя и получу свои деньги. Придумал, куда их вложу. Специально записываю, чтобы не забыть. Больше всего на свете я люблю всякие сладости. Я в них знаю толк. Потому можно открыть кондитерскую лавку. Это занятие приятное и веселое. Это всегда будут в лавке хорошенькие служанки и состоятельные горожане, не всякая голытьба. Я всем буду улыбаться и предлагать товар. Это я умею. Жену в лавку не пущу. Только за товаром приглядывать. Нечего, чтобы на нее всякие там пялились. А то зайдет ко мне красавец вроде господина Портоса… Кажется, мне сейчас дадут лошадь. Хорошо бы. Вино здесь скверное. С кухни воняет кислятиной. Благодарю своих святых покровителей, что решил не перекусывать. Только хлеб и кувшин вина. Вино я не допил – противное. На меня поглядывают. Перо скверное, брызгает. Ну и ладно. Нечего к себе внимание привлекать. Все равно главное я уже написал, а больше бумагу переводить не буду.

Калантэ: А-аааа! Ура!!! Спасибо - это не то слово, это просто ура-ура-ура! Это изумительно! Планше, сочиняющий хокку - это волшебно... Развернутое спасибо отпишу из дома, когда сяду и со вкусом перечитаю, урча и хихикая. Но заряд бодрости на работе - это мерси...

Камила де Буа-Тресси: Вах, замечательно!

Коза Маня: Солнечное утро. Хорошо. Люблю солнце. Как-то при солнце веселей, хотя я и так редко бываю грустный. Господин Арамис бы сказал, что уныние – грех. Он прав. То есть Священное Писание правду говорит. Ежели с утра до вечера ныть о том, что болеешь, или не удаются дела, или денег нет – так оно все и пойдет. День, другой. Затем привычным станет. А привычка, как известно, самое плохое дело, ежели дурная. Ежели хорошая – так к пользе. Вот каждый день лицо умывать и зубы полоскать – хорошо. Привыкаешь и уже не можешь без этого. А ежели каждый день пить по десять бутылок – привыкаешь и становишься пьяницей. Я даже пою от радости, что солнце. Мне еще три перегона осталось. Думаю, что сегодня не одолеть. Лучше не спеша, сегодня два, выспаться, завтра один. После этого возьму коня господина д`Артаньяна. И – шагом, шагом. У лагеря меня с пяти вечера должен Мушкетон поджидать. Мы это сразу продумали. Я ведь пароль не знаю, кто меня в лагерь пустит? Возвращаться будем не там, где Мушкетон пройдет. Чтобы никто не знал, что он один был. Скажем, что ходили подковывать лошадь г-на д`Артаньяна. Коня правда подковать должны. Чтобы мы правду сказали. Своим врать в глаза не хочется. Последняя остановка. Сейчас перекушу и поеду к лагерю. Меня в лагере не было две недели. Буду сидеть и слушать новости. Чтобы меня за шпиона не приняли. Ведь те, кто в лагере, все новости давно знают. Господин Атос сказал бы, что у меня на лице написано: я – француз. Понятно, что не англичанин. Англичане тоже разные бывают, но таких, как я, нет. За английского шпиона не примут, а за ла-рошельского могут. В Ла-Рошели тоже французы. Нет, не примут. Посмотрел на свое отражение в бочке. Видно, что я усталый, но не голодный. Может, и голодный, но голодаю не больше одного дня. В Ла-Рошели таких нет. Вот Гримо бы могли принять за ла-рошельского шпиона. Гримо мы в обиду не дадим! Ух, они вчера и обрадовались! Господин д`Артаньян меня после обнял. Когда уже никого рядом не было. При друзьях он стесняется. Оно понятно: я же слуга. Господин Атос сказал, что немногим я рисковал с запиской лорда Винтера. Я записку честно довез, не распечатывал. Там было написано всего лишь «Не волнуйтесь, все в порядке». Я обиделся. Откуда мне было знать, что я везу? Я вел себя как солдат в разведке: был спокоен, но не самоуверен. И всякие хитрости изобретал, чтобы меня не обнаружили. Так господам и сказал. Понимаю: они волновались. Одного не могу понять: четыре храбрых дворянина. Вместе. Да и мы четверо не промах. Чего одной женщины бояться? Ну, вредная баба. Красивая. С причудами. Шуток не понимает. Может, если не шутить с ней, так и она успокоится? Я теперь понял, почему англичане такие вспыльчивые. Это у них раздражение. У них хорошей погоды не бывает. Жили бы они во Франции – были бы куда веселее. Я письмо от Жаклин получил. Она меня ждет. У нее все хорошо. Куда лучше, если она научилась теперь читать и писать! Письмо длинное, на двух страницах. Я ей на пяти напишу ответ! Какая она у меня умница! Совсем не злюка и не вредная! Пока есть листы бумаги, буду на бумаге писать. Оно удобно. В тетрадке исправлять неудобно. В тетрадку при случае все перепишу. Пока бумагу достать можно. Тетрадей мне сюда никто не привезет. Господин Портос вчера устрицами отравился. Мушкетон ему после этого давал воду. Господин Портос два ведра воды выпил. На третьем ведре побежал в нужник. У нас отдельно устроен, мы следим, чтобы не воняло. Долго там был. На вечернее построение опоздал. Ну, мы сами за него крикнули, что он здесь. Г-н де Тревиль не стал спрашивать, почему мы кричим. Лошадь г-на Портоса на месте, а мы спрятались. Господа мушкетеры долго смеялись. Чего смеяться? Со всяким бывает, кто ведро устриц зараз съест! Ничего смешного в этом нет.

Коза Маня: Мы с Мушкетоном вчера шалили. Кардинальским гвардейцам в палатку подсунули десяток крыс. Мушкетон специально за лагерь ходил ловить их. Вот была потеха! Мы осторожно подкоп с одной стороны сделали. Палатка большая. Там двенадцать гвардейцев живет. Им места в монастыре не хватило. Палаток пять, мы выбрали ту, что от стены самая дальняя. Сами успели вернуться. Уселись на стену – вроде как корзину чиним. Наблюдаем. Полчаса тихо было. После такое началось! Кто-то визжал как барышня. Словно крысу впервые видит. Кто-то бегал и кричал: «Крысы! Крысы!». А толстый Пиното ухитрился поймать двух, вышел из палатки и сунул крыс своему слуге. Они их долго рассматривали. Мы видели, как Пиното их собакам кинул. Будут собаки крыс есть! Как же! Лучше бы ла-рошельцам отдали. Они и крысам рады будут. Опять был в окопах. Мушкетерскую роту отправили туда. В самый-то дождь. Нужно огонь пожарче развести. Я уже обсушился, Мушкетон мне свой второй камзол отдал и плащ. Они теплые. Базен сварил пунш. Он славно его варит. Вот за что Базена уважаю, так за умение готовить. Я тоже умею, но у меня не всегда ловко получается. Когда я что пытаюсь придумать, то делаю ошибки. Базен не ошибается. Всегда посолено в меру, послащено как надо. Еще у Базена рыба не пригорает. Посмотрю, как он ее к жарке готовит. У нас тепло, не сквозит. Мы окно сейчас не открываем. Больше новостей нет, так я прекращаю писать. Мушкетон зовет еще пунш пить. Они меня растерли – Мушкетон и Базен. Гримо спит. Мы его не будим. Гримо простудился, у него жар. Вернутся господа – будут обсушиваться. Промокнут до костей. Промерзнут. Ла-рошельцам что! Они стреляют. У них еды нет, а пороху на пять лет вперед запасено. И ядер. Я так и не привык к тому, как ядра летают. Страшно это. Гримо болеет. Сильно. Мы свою работу делаем и за ним ухаживаем. Господин Атос ему лекарство хорошее у лекаря достал. Много денег заплатил. Лекарство из Нового Света. Как порошок. В коробочке. Я попробовал лизнуть – горечь ужасная! Отплевывался да отплевывался. Но говорят, что за это лекарство господа дерутся. Оно враз на ноги поставит. Всякая лихорадка прекратится в три дня. Это древесная кора измельченная. Такие деревья у нас не растут. К Гримо даже лекарь приходил. Господин Атос не поскупился. Мы теперь с Мушкетоном думаем: если мы заболеем, за нами господа так ухаживать будут? Война мне надоела. Ла-Рошель все не сдается. Ну и упрямые эти гугеноты! Они действительно Святым Духом питаются? Я готов поверить, что по ночам Господь посылает им манну. Как евреям в пустыне. Я теперь много чего интересного из Священного Писания знаю. То господин Атос начнет рассказывать вечером, то господин Арамис. Они по-разному даже про одно и то же рассказывают, потому мы и два раза готовы слушать. Почему у нас кюре так интересно не рассказывал? Я от его голоса засыпал всегда. Особенно когда проповедь. Истории из Священного Писания я люблю. Особенно когда там про царя Давида. Он мне напоминает нашего Генриха IV, батюшку нынешнего короля. Тот тоже знал толк и в охоте, и в веселье, и в женщинах. Вот нужно спросить у господина Атоса (он все про всех знает!) – Наваррец стишки писал? Давид вот сочинял. Я только не люблю, когда они спорить начинают, господин Атос и господин Арамис. Я сразу себя дураком чувствую, но ведь это не так! А они спорят, спорят, и после такие довольные!

стелла: Чем дальше-тем интереснее.

Коза Маня: Сегодня я был на дамбе. Там красиво и страшно. Как раз был прилив. Море наступало быстро, мы едва успели подняться. До этого собирали устриц. Чего платить деньги за то, что можно получить бесплатно? Сержанту дали немного в карман, чтобы позволил спуститься. Прилив начался раньше, чем нам сказали. Но когда вода подошла вплотную к дамбе и песок стал зыбучим, мы были уже в безопасности. Я и Мушкетон. Мушкетон – он такой смелый, просто ужас! Я тоже смелый, но не такой. Слова не подберу. У меня соображения в голове больше, вот. Море оно везде разное. В Кале одно, здесь другое. В Англии тоже море, но другого цвета. И водорослей много. Я здесь долго не мог понять, чем воняет. А это водоросли. По вечерам теперь собираемся в одной комнате. Каждый своим занимается. Господин Атос часто вслух читает разные книги. Вот про море написал и вспомнил, что вчера читали. Там про грека Одиссея было. Он домой плыл. Только на него проклятие наложили, и он никак доплыть до своего дома не мог. По пути им остров должен был попасться. Там живут такие чудовища кровожадные. Только они сверху выглядят как прекрасные девушки. С длинными волосами, обнаженные. Увидишь – заглядишься, будь ты сто раз святой Иосиф. Только видеть можно, слышать нельзя. У них волшебные голоса. Кто услышит – забывает про все на свете и ведет корабль прямо к острову. Там скалы, корабль разбивается, люди гибнут. Кто не гибнет, плывет к прекрасным девам. Они человеческой кровью питаются. И мясом. Вот, этот грек Одиссей решил сирен послушать. Он хитрый был. Всем своим гребцам велел уши воском залить, а его привязали к мачте крепко-крепко. И он сирен услышал, но остался жив. Еще у него на корабле был знаменитый певец Орфей. Орфей сам запел. Сирены тут же умолкли. Они вылезли из-за скал, на которых сидели, и гребцы увидели, что там только до пояса девка, а дальше – не пойми что. Чудовище – оно и есть чудовище. Да еще морское. Все в слизи и вонючей чешуе, как рыба. Сирен на смех подняли. Что дальше было, я не дослушал, потому что нужно было за камином в комнате следить. Расспрошу при случае, чем там дело закончилось. Раз Одиссей такой хитрый, точно домой попадет. Я тоже хочу домой. Мне надоело воевать. Хотя вообще война мне нравится. Здесь опасно, зато не соскучишься. Я бы сам хотел стать военным. Но мне это трудно. Я не хочу быть простым солдатом. Простые солдаты – деревенщина, которая идет служить или из глупости, или от безденежья. Я себя ценю дороже. Если в армию, то в хороший полк. Хотя бы сержантом. Я с этим справлюсь. В смысле – командовать. Опять же денег заработаю. Нужно будет попросить, чтобы мне оказали протекцию. У меня много знакомых среди военных. Только не уверен, что господин д`Артаньян согласится меня отпустить. Мы едем в Париж! Мы попали в отряд, который будет сопровождать его величество!!! Месяц мирной жизни! Как я рад! Как это здорово! Я поеду с самим королем! Говорят, конвой будет совсем небольшим, а придворных не будет вовсе. Только личные лакеи его величества. Значит, нас будет человек сто, не больше. Даже меньше. Человек семьдесят. Я смогу говорить своим внукам: «Я был в числе тех семидесяти человек, которые сопровождали его величество!». Одно плохо: войне еще не конец. Мы просто едем развлекаться. Но я не вижу, чтобы господа хотели развлекаться. Мой так по ночам плохо спит, просыпается в холодном поту и скрипит зубами. Я посоветовался с Мушкетоном, он сказал, что нужно дать г-ну д`Артаньяну отвар из тыквенных семечек. Оно в любом случае пригодится. Жрут тут всяких морских гадов, а после этого в желудке черви заводятся. Тыквенное семя червей выгоняет. Это я и по себе знаю.

Коза Маня: Базен важничает. Он добился разрешения завтракать, обедать и ужинать вместе с монахами. Тоже мне, честь. И пусть важничает: мы готовим вкусно, добротно, нам больше достанется. К тому же завтра мы уезжаем. Ночью. После вечерней зори. Чтобы не все видели. Господа рвутся в Париж. Мой мне ничего не говорит, но я теперь знаю, в чем дело. Каким-то путем господа узнали, что мадам Бонасье грозит опасность. Мы едем ее выручать. У нас разрешение забрать ее из монастыря, куда она попала. То есть ее королева туда спрятала. Я все допытывался, как господам разрешение удалось получить. Где мы, а где королева. Мушкетон не знает, Гримо тоже. Базен сказал, что это господин Арамис написал королевскому духовнику, и тот сказал королеве. Но что-то кажется мне, что тот духовник носит юбку. Хотя с господина Арамиса станется быть знакомым и с королевским духовником. Он же сам мечтает о духовном звании и учился в семинарии. Вот кем никогда не хотел стать, так это священником. Базену пойдет быть священником. Он для этого дела подходящий. А я слишком все мирское люблю. К тому же жениться собираюсь. Его величество в хорошем настроении. Мы часто останавливаемся поохотиться. Все вокруг радуются. Только не наши господа. А по мне - так мы весело едем. Сыты, дорога хорошая. Его величество уже трижды звал к себе петь господина Атоса и господина Арамиса. Это в порядке вещей. Среди дворян есть десяток с хорошими голосами. Его величество их к себе вызывает, они поют и играют вечерами. Даже если кому и не нравится (как господину Атосу), то королю разве откажешь! Я вчера совсем близко к палатке подходил. И слушал. Его величество с гитарой, господин де Линьяк со скрипкой, господин Арамис с лютней. А господин Атос пел. Что-то на итальянском. Я только и понял – «Марина, марина!». Базен сказал, что это про море. Господин Атос хорошо поет. Заслушаешься. Его величество тоже хорошо поет, у него голос глуховатый и ниже, чем у господина Атоса. А у господина де Линьяка – высокий. И у господина Арамиса высокий. Оказывается, господин Арамис у итальянских учителей уроки брал, чтобы так петь. Чисто соловей. Я его побаиваюсь, но когда поет – пусть бы всегда пел. Господин де Моле понимает в этом, так он сказал: ангельский голос. Базену не скажу. Он и так считает, что его господин лучше всех. Напрасно. Я твердо знаю, что лучший господин – мой. За ним господин Атос. Затем господин Портос. И уж потом - ладно, пусть будет господин Арамис.

Калантэ: Ай да господин Атос - оказывается, и в фармакологии разбирается! Хинин знает! Чудесно, право слово...



полная версия страницы