Форум » Крупная форма » Двадцать восемь дней лета » Ответить

Двадцать восемь дней лета

Калантэ: Признаюсь, что раздел "крупная форма" выбрала не потому, что оно такое уж крупное, а потому что в остальные разделы как-то не подходит... ну, сами увидите. После длинного перерыва за незаконченный фик браться просто страшновато, нужна разминка, что ли... Ну вот, это она и есть. :-) Жанр - разумеется, ООС, если я все правильно понимаю, разве ж от меня можно ждать чего другого! :-) Все остальное... Автор: Калантэ. Фандом: "Три мушкетера", "Властелин колец" (немножко). Пейринг: Атос, Арамис, авторские персонажи, персонажи "Властелина Колец". Сходство вымышленных персонажей с реальными лицами... Пусть будет случайным. :-) Размер: макси, кажется. Жанр - ООС (ага, я уже предупредила), кроссовер, экшн, попаданцы. Отказ - ну объясните мне кто-нибудь, что это значит? Текст мой, половина персонажей - нет, на права Дюма и Толкина не претендую. :-)

Ответов - 301, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 All

stella: Калантэ , все что вы написали насчет рыцарского кодекса соответствует истине, но распространяется ли это отношение на не дворян?

Виола: stella пишет: А Виоле именно рыцарство в них нравится. Почему нет? Такое, каким его описала Калантэ в предыдущем посте - безусловно. Кстати, в реплике о рыцарях изначально хотела написать "мужчины", но у мужчин всё же кроме защиты собственно дам есть другие основные занятия, поэтому воспользовалась словом "рыцарь". Калантэ пишет: Более того, именно то, что вообще он женщинам не доверяет, лишний раз доказывает - рыцарь. Потому как НЕ рыцарь при таком отношении к женскому полу им бы, пожалуй, хамил, шарахался и вел себя совершенно по-другому! ППКС Мне всегда казалось, что Атос - рыцарь в душе - во всех отношениях. ("Так говорили и действовали воины времен Карла Великого, примеру которых должен следовать каждый кавалер," - что то в этом духе). Просто его рыцарство в отношении дамы натолкнулось на серьёзное испытание в самом начале. Rina пишет: Кому-то ближе остался романтизЬм. Ох, не люблю я это слово и то, что за ним стоит.

Калантэ: stella пишет: распространяется ли это отношение на не дворян? - а в этом как раз отличие по-настоящему благодного человека от мелкого дворянчика. У настоящих - распространяется, им снобизм не свойственен. Это, конечно, скорее черта характера уже, а не сословная, но тут уже действительно - у нас разные восприятия персонажей... Виола - да слово как слово. :-) Мы тут просто подшучиваем сами над собой. Для снижения пафоса. :-)

Rina: Честно признаюсь, что не считаю Атоса таким уж ненавистником женщин, равно как и не считаю его "прекрасным рыцарем" из средневековых баллад. При многократном перечитывании трилогии, у меня создалось впечатление, что в целом у графа вполне здравое отношение к противоположному полу, он в состоянии оценить красоту и очарование женщины, история в Рош Лабейль подсказывает и то, что физической стороны отношений с женщинами он не чурался. Если немного попытаться заглянуть за рамки описанных событий и шире толковать его слова о том, что он (пусть даже в обличье кюре) не был "святым Амвросием" (очень строгим святым, кстати), то вполне реально себе представить, что он после отставки не вел такой уж аскетический образ жизни. Просто нам об этом автор не написал Сорри за оффтоп перед Автором :)

Калантэ: Дамы, автору-то оффтоп не мешает, но поскольку аффтара повысили в должности и сделали модератором, то аффтору как-то неудобно самому нарушать правила! Может, с обсуждением отношения Атоса к слабому полу - пошли в "обсуждение персонажей", а? :-)

Rina: А мне кажется, что обсуждать по ходу чтения фика внутри темы как-то зажигательнее :) но это ИМХО и я подчинюсь воле модератора ежели что

Калантэ: Rina - спросим у админа, просто мы же уже обсуждаем не фик, а канонного персонажа... :-) А так-то я за!

stella: Калантэ , с повышением! Rina , мне ваша позиция ближе. Так Атос выглядит чуток " приземленнее" и живее. Но Атос в ТМ еще очень замкнут на себя самого и свою боль. И все же высшая знать настолько считала себя выше всех остальных людей( искренне считала и не понимала другого отношения), что дальше того, чтобы быть просто равнодушно- вежливым к женщине из народа он мог быть только в одном случае: интрижка.( Только не говорите о Мари Туше). Мы по -разному понимаем его личность. Для меня в ТМ это абсолютно закрытый для всех, кроме друзей, человек. Он живет по инерции и только события, в которые они вынужденно оказываются втянутыми, заставляют его выходить из своей скорлупы. Где уж женщине так просто пробиться к нему? А Атос после отставки- это вообще отрешенный от всего человек. И пусть Арамис его втянул в авантюру, он как-то очень непосредственно на все реагирует. Слишком живо на все откликается. ( О , наконец я поняла, что мне мешает- его непосредственность! )

Калантэ: stella - заметьте, что Атос в этом конкретном случае прекрасно осознает, что он находится в совершенно ином мире, с другими условностями, сословным делением и так далее. Умный человек при этом не рвется мерить все привычной меркой. А Атос - человек, несомненно, очень умный. тем более что он уже понял - здесь привычных ориентиров почти нет, придется для окружения выстраивать совершенно новую систему ценностей. Я плохо умею анализировать собственные тексты, но у меня в голове все время вертелась аналогия - граф ощущает себя отчасти как во сне. А во сне не работают условности, во сне - все дозволено и ничто не удивляет. Он в принципе не знает, к какому сословию относятся те, кого он здесь встречает! А про высшую знать - Стелла, ну люди же ведь разные! А вы всех под одну гребенку.

Камила де Буа-Тресси: И да, вы все тут как-то забыли, а я тут вспомнила, что жанр то у нас объявлен ООС, а значит и некоторые несоответствия канону вполне возможны! Калантэ пишет: Я плохо умею анализировать собственные тексты, но у меня в голове все время вертелась аналогия - граф ощущает себя отчасти как во сне. А во сне не работают условности, во сне - все дозволено и ничто не удивляет. Он в принципе не знает, к какому сословию относятся те, кого он здесь встречает! Именно так я для себя (исключительно для себя, не кому не навязываю) все и объясняла... и, Калантэ, вы просто отлично это сформулировали!

Калантэ: Камила де Буа-Тресси - спасибо. Вечная беда - то, что очевидно для автора, далеко не всегда понятно читателю, а я в очередной раз об этом забыла. :-)

stella: Калантэ , Атос был подлинным вельможей. А это совсем не аристократ 19 века. ( хотя, если вспомнить Ла Моля из " Красного и черного"!) Он позднее стал ощущать, что зреет в низах( единственный из всех четверых), а в ТМ он просто пересекается с другими сословиями в жизни, но никак на них не завязан. Из этого сословия вычленены пока слуги, но они просто необходимость, почти рабы. Они должны быть под рукой, они удобны и без них быт не быт. Но Гримо станет не просто необходимостью и привычным дополнением не сразу. но у меня в голове все время вертелась аналогия - граф ощущает себя отчасти как во сне. А во сне не работают условности, во сне - все дозволено и ничто не удивляет. Он в принципе не знает, к какому сословию относятся те, кого он здесь встречает! - а я этого не почувствовала: наоборот, у меня ощущение, что он активно включился в новую среду.

Калантэ: stella - правильно, как многие из нас во сне активнейшим образом включаются в события, даже иногда не понимая, что происходит. Я ничуть не спорю с тем, что Атос - подлинный вельможа, но, во-первых, никто из нас никогда не бывал в их шкуре и досконально не знает, какие там были тонкости и заморочки в восприятии других сословий (а тонкости были, люди все же, а не роботы). Но противоречия тоже не вижу. Он находится в мире ВНЕ сословном. За пределами. И он это понимает. К какому сословию относить этих людей? По какому признаку? Зато, полагаю, граф хорошо знает поговорку про чужой монастырь... :-)

Rina: Ну, если вернуться к условностям ООС, то можно предположить, что Атос, попав в, мягко скажем, совсем необычные условия просто из предусмотрительности не стал сразу подразделять увиденных женщин по сословному признаку. Ведь вовсе не обязательно, что они в своем мире простолюдинки. Почему же Атос должен был воспринять их как представительниц низшего сословия? На мой взгляд, объяснение "чувствует себя как во сне" вполне адекватное. Я вот во сне могу Ангеле Меркель диктовать курс внешней политики

stella: Россия 18 века это не Франция начала 17 века, но муж мне только что подсунул воспоминания Пушкина о своих предках. Да, крутые были товарищи... И это при том, что не могли у себя насчитать и десяток колен дворянства с эфиопской стороны. Но у дворянства высшего пошиба, к сожалению, было в крови презрение к простолюдинам. Просто дальше уже все зависело от воспитанности человека. НО, я и вправду не учла ООС. А это вообще исключает все возражения.

Калантэ: stella - при чем тут Россия и простолюдины? Даже если оставить в стороне ООС. Ну представьте себе, что вы прилетели на Альфа Центавра - и как вы там в сословиях разбираться будете? Да еще окажется, что подобных нашим сословий там нет ВООБЩЕ. Это ж каким идиотом надо быть, чтобы в такой ситуации отнести собеседника к какому-то сословию? А про презрение к простолюдинам в крови - полагаю, что это имело место быть, да, но не являлось обязательной чертой и проявлялось в разной степени. Для того, чтобы точно знать, как оно было - необходимо побыть тем самым вельможей 17 века, все остальное - лишь наши догадки и предположения.

stella: Все дворяне - братья. ( это насчет России). Калантэ , существует еще мемуарная литература, но это все будет слишком серьезно для данного спора. Мы по-разному понимаем воспитание высшей знати.

Калантэ: stella - давайте все-таки спор о дворянском воспитании вести не здесь. Тем более что, как я уже сказала, и вы и я можем только догадываться - нас с вами так не воспитывали. А потому любое мнение будет субъективным и недоказуемым. И я уже вообще перестала улавливать логику- как-то получается, вам про одно, а вы про другое...

Калантэ: …Первым о делах заговорил Атос. - Сударыни, - граф отставил кружку с кофе, - вы, помнится, говорили, что в вашем мире ценятся монеты из нашего. Прошу вас, распорядитесь этими деньгами, как сочтете нужным. – Атос достал кошелек и высыпал на стол его содержимое. – Здесь около шестидесяти пистолей. - И у меня столько же, - Арамис сделал то же самое. – Ну а если этого не хватит – вот… - Рядом с монетами на стол легло кольцо с сапфиром. - Погодите с драгоценностями, - Соня отодвинула кольцо, - я уверена, что хватит и монет. – Она взглянула на часы. – Сейчас мы это выясним. Лерка придвинула к ней телефонный аппарат. - Марк Исаакович, доброе утро! Это Соня… да, конечно… представьте себе – по делу! Марк Исаакович, мне очень нужна ваша консультация. Знакомым нужно срочно оценить несколько монет.. эпоха Людовика Тринадцатого, ну да, Франция… и продать, конечно… Когда подъехать? Можно сейчас? Спасибо, большое спасибо! Через час-полтора будем! Соня положила трубку. - Вот за что я Марка люблю – это за оперативность, - глотнув кофе, сообщила она. – Давайте посчитаем, сколько нам понадобится, и поедем… Лер, ты сколько потратила? - Пятнадцать штук, - отозвалась Лерка. – Да это ладно, главное, сколько нам на прикиды понадобится. - Ориентировочно – еще штук десять, - прикинула Соня. – Ну, посмотрим… Старый нумизмат обитал в скромной трехкомнатной квартире на Остоженке. Поскольку ехать на метро с кошельком золота в кармане (а в перспективе – и с современным эквивалентом этого золота) было бы натуральной глупостью, это даже не обсуждалось. Поэтому, допив кофе, обсудив детали и переодевшись, вся компания загрузилась в Леркин «Уазик». А поскольку вваливаться к коллекционеру вчетвером тоже не стоило, Лерка с Атосом остались в машине – к Марку Исааковичу отправились Соня и Арамис. Откинувшись на сиденье и приоткрыв дверцу, Лерка боролась с искушением закурить. Она уже выругала себя за то, что не предложила Соне оставить в машине мужчин и идти с ней вдвоем. Молчание за спиной казалось очень уж выразительным, но как его разбить – Лерка не знала. - Валери, - негромко окликнул ее Атос. Лерка вздрогнула и тут же снова себя обругала – что, она так и будет подпрыгивать каждый раз, когда граф к ней обращается? - Да? – Она повернулась на сиденье. - Простите, - Атос слегка улыбнулся, - вы, наверное, задумались, а я вас побеспокоил. Я хотел попросить – нельзя ли послушать музыку? - Конечно. – Лерка после секундного раздумья достала из бардачка диск Георгия Свиридова. После первых тактов Атос откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Лерка украдкой поглядывала на него в зеркало заднего вида. Лицо бывшего мушкетера удивительным образом посветлело, даже как будто немного помолодело. - Вам нравится? – тихонько спросила Лерка. - Очень. Под звуки «Метели» время полетело незаметно, и когда снова хлопнула подъездная дверь – Атос открыл глаза словно бы с легким удивлением. Лерке и самой показалось, что прошло всего минут пять, хотя счетчик на плеере убедительно доказывал, что идет уже шестая композиция. К машине подходили Соня и Арамис, причем на лице у Сони было написано легкое обалдение. Лерка перегнулась, чтобы открыть ей дверь. - Ну как? – осведомилась она. - Ой, даже не спрашивай! – Соня плюхнулась на сиденье, повернула голову, глядя на подругу широко раскрытыми глазами. – Нет, я, конечно, примерно представляла себе расценки, но… - Насколько я понимаю, наше предложение превзошло все ожидания господина коллекционера, - устраиваясь на своем месте, сообщил Арамис. - Ну и? – нетерпеливо переспросила Лерка. Соня молча полезла за пазуху. Сначала она извлекла оттуда практически не похудевший кошелек и протянула его Атосу. - Понадобилось всего десять монет, - отвечая на вопросительный взгляд, пояснила она. – Три луидора, пять экю и два пистоля. - Так сколько твой Марк Исаакович за них дал? - Пятнадцать тысяч, - с расстановкой произнесла Соня. - Пятнадцать тысяч ЧЕГО? – переспросила Лерка. - Пятнадцать тысяч евро, чего-чего! - Сколько?! – У Лерки тоже округлились глаза. – Это что, почти полмиллиона деревянными?! Соня молча кивнула. Атос переводил взгляд то на нее, то на Лерку. - Это много или мало? – осторожно спросил он. Лерка откашлялась. - Это очень много. Арамис улыбнулся. - В таком случае, я полагаю, это стоит отпраздновать! Несколько минут занял краткий, но бурный спор на предмет распределения денег. Атос попытался настоять на том, чтобы все средства забрали девушки; в ответ Соня резонно возразила, что это их, мужчин, деньги и она совершенно не понимает, почему они должны храниться у кого-то другого. Атос указал, что деньги предназначены на финансирование экспедиции. Лерка тут же сообщила, что на экспедицию хватит каких-нибудь пятнадцати тысяч рублей. Атос заявил, что девушки и так уже сильно потратились. Наконец, когда девушки объединенными усилиями доказали рыцарям, что означенную сумму, даже за вычетом расходов на снаряжение и одежду, им будет довольно сложно потратить, бывшие мушкетеры согласились разделить финансы поровну. - Ну а теперь вы согласитесь принять приглашение где-нибудь отпраздновать столь удачное завершение сделки? – осведомился Арамис. - С удовольствием, - откликнулась Соня. – Джулиан ждет нас только вечером, так что время есть. - Назовите место, сударыни, - галантно предложил Арамис. – Увы, мы с графом совсем не знаем вашего города. Девушки переглянулись. - «Амадеус»? – предложила Соня. – По-моему, то, что надо… вина отличные и смокинг не обязателен… - Смокинг – это какой-то род парадной одежды? – с интересом спросил Арамис. - Да, на мой вкус – чересчур помпезной, - хмыкнула Лерка. – А в «Амадеус» и в джинсовой одежде можно. Хотя… Атос перехватил ее взгляд и улыбнулся краешком губ. - Вы правы, сударыня, хотя бы из уважения к вам, - граф подчеркнул это слово интонацией, - нам с аббатом следует переодеться. У походного костра довольно сложно сохранить одежду в чистоте. И раз уж у нас теперь есть возможность… - Атос кивнул на противоположную сторону улицы, на витрины бутика мужской одежды, вернее, целой галереи бутиков. – Вас не затруднит помочь нам с выбором? В первом же магазине девушки с непередаваемым удовольствием наблюдали ажиотаж, который вызвало среди продавщиц появление двух невероятно красивых и нетривиальных (причем каждый в своем стиле) мужчин. Что вкус у двух друзей совершенно безупречный, девчонки не сомневались ни секунды, но вот чего они точно не ожидали – так это того, насколько быстро рыцари освоятся в модном бутике. Впрочем, чему тут было удивляться – по уровню сервиса, пожалуй, обыкновенная парижская лавка… Толика внимания досталась и Лерке с Соней, как спутницам мужчин – их усадили на диван и поминутно предлагали оценить тот или иной фасон – но выбирали одежду сами рыцари. Атос остановился на светло-сером льняном костюме от Армани, причем щебечущие продавщицы тут же принесли к нему такие же светлые летние туфли и белую рубашку. Когда граф вышел из примерочной, Лерка попросту потеряла дар речи. Магазинные барышни и те примолкли. Атоса можно было сразу снимать для обложки какого-нибудь модного журнала – великолепно сшитый костюм сидел как влитой, подчеркивая широкие плечи и стройную талию. Арамис же, как оказалось, успел пристраститься к джинсовому стилю. Учуявшие выгодного покупателя девицы сдаваться не пожелали, сбегали в соседний отдел и притащили несколько пар джинсов и рубашек в стиле кантри, а к ним – несколько пар обуви и кучу аксессуаров. - Сонь, я начинаю комплексовать! – шепнула Лерка на ухо подруге. – Ты посмотри, как их обхаживают… - Лучше представь себе, как мы с такими кавалерами в «Амадеус» войдем, - так же шепотом отозвалась Соня. – Там все от зависти попадают… Они переглянулись и дружно захихикали. - Откуда только такие бабские мысли вылезают, а? – отсмеявшись, прошептала Соня. – Не иначе, атмосфера действует! Ой! Из примерочной кабинки появился Арамис. На этот раз дар речи утратила Соня. Она и представить себе не могла, насколько стиль «кантри» подойдет утонченно-изящному аббату. Классические темно-серые джинсы со слегка заниженной талией, бледно-голубая шелковая рубашка с серой джинсовой жилеткой, роскошный ремень крокодиловой кожи и такие же «казаки», и к этому – галстук-боло и запонки из матово-серебристого металла. При этом Арамис совсем не выглядел «ряженым», как случается иногда с человеком, чрезмерно увлекшимся каким-нибудь стилем. Длинные волосы прекрасно вписывались в облик. - Отпад! - выдохнула Лерка. Спустя полчаса вся компания уже усаживалась за столик в кафе «Амадеус». Помимо прекрасной винной карты и хорошего повара, это место, спрятавшееся в замоскворецких переулках, славилось уютнейшим внутренним двориком. Посреди подобия итальянского патио, вымощенного ракушечными плитками, росла огромная липа, стены оплетал душистый горошек, и никаких плазменных панелей со спортивной трансляцией здесь никогда не водилось – серьезный плюс для московского кафе. Вместо назойливых попсовых хитов из скрытых динамиков лилась приглушенная скрипичная музыка – в полном соответствии с названием. По причине буднего дня и раннего для Москвы времени дворик пока пустовал. - Лер, мы же не спим, правда? – тихонько шепнула Соня подруге. – Вот честное слово, у меня ощущение, что я все это уже видела… во сне… - У меня тоже, - едва слышно откликнулась Лерка. – Но это не сон, это я тебе как доктор говорю… Первый глоток токайского привел девчонок в состояние «я здесь и сейчас». За стенами кафе приглушенно шумела Москва, где-то в далекой перспективе маячило рискованное путешествие в неизвестность, неизбежное расставание, но сейчас все это не имело никакого значения. Только скользящие по скатерти и лицам тени от листвы, только тихий шелест липы над головой, только тонкий звон соприкоснувшихся бокалов – и чуть замирающее сердце. Тарелки почти опустели, когда волшебная атмосфера довольно внезапно была нарушена появлением еще одной компании. Соня вскинула глаза – и невольно напряглась. В кафе вошли трое молодых людей, со всей очевидностью относящихся к так называемой «золотой молодежи» - мало того, к ее горячим кавказским представителям. Громкие гортанные голоса, отодвинутый с грохотом стул, обилие золотых безделушек… Лерка поморщилась: возвращение в реальный мир было слишком резким. - Эй, красавицы! – Оклик с ярко выраженным «горским» акцентом был адресован Соне с Леркой. – Давайте к нам, красавицы! Соня не без труда удержалась, чтобы не обернуться. Она всей спиной чувствовала, что они с Леркой привлекли внимание этих «джигитов». Вот только этого еще не хватало. - Это что за наглецы? – свел брови Арамис. - Спокойно… - едва слышно сказала Лерка. – Прошу вас, только спокойно, столкновения надо избежать… Надежда на то, что кавказцы угомонятся, не оправдались – двое парней поднялись из-за стола и развинченной походкой направились к их столику. Соня похолодела. Это не Дим Димыч, у этих могут быть и ножи – и при столкновении они с готовностью пустят их в ход. - Не вмешивайтесь, пожалуйста, - шепнула она, - они непредсказуемы, и… - И могут быть очень опасными, - сквозь зубы быстро прошептала Лерка, - они… - Не волнуйтесь, - очень спокойно ответил Атос. - Выпей с нами, красавица! – Кавказец, полностью игнорируя мужчин, подошел к Сониному стулу. – И подружку зови, покатаемся… Арамис, мельком взглянув на перепуганную Соню, нарочито медленным движением положил руку на спинку ее стула и так же не спеша развернулся к «джигиту». Молча. Почти одновременно с ним Атос повернулся вместе со стулом и в упор посмотрел на второго. В теплом летнем воздухе повисла напряженная тишина. - Дамы здесь не одни, - негромко и отчетливо проговорил Атос, не сводя затвердевшего взгляда с оппонента. Несколько секунд они мерились взглядами. Соне показалось, что у нее звенит в ушах – на самом деле так оно и было, но она не смогла бы сказать, откуда идет этот звон. В смуглом лице кавказца что-то неуловимо изменилось. Привыкнув к тому, что русские мужчины при столкновениях либо тушуются, либо сразу поднимают шум и лезут в драку, парень, похоже, растерялся. Эти двое ничем не напоминали обычных москвичей. В холодных и невозмутимых глазах того, что постарше, кавказец увидел не злобу, не страх, не раздражение, а спокойную готовность убить – вот просто взять и убить. А во втором волчье чутье горца улавливало не только такое же равнодушное отношение к чужой жизни, но и опасную бесшабашность, готовность ввязаться в драку. От пары за чужим столиком исходило мощное предупреждение. Словно вместо перепуганного щенка навстречу вышел матерый волк. Соня с Леркой затаили дыхание и увидели, как кавказец моргнул, как у второго на лице проступает нечто вроде смущения – и оба медленно, молча, отступают назад. Атос с Арамисом не сводили с них взглядов до тех пор, пока парни не развернулись и не пошли к своему столику, откуда на них озадаченно взирал третий. Только тогда напряженный, как струна, Арамис расслабился и потянулся к бокалу. - Ф-фуууу, - чуть дрожащим голосом выдохнула Лерка. Сердце колотилось как сумасшедшее. – Черт… Атос посмотрел на нее и чуть улыбнулся. - Не надо так бояться, - мягко сказал он. – Все в порядке.

Rina: А еще у таких горячих джигитов бывает огнестрельное оружие.... (Задумчиво так...)



полная версия страницы