Форум » Крупная форма » Двадцать восемь дней лета (продолжение) » Ответить

Двадцать восемь дней лета (продолжение)

Калантэ: Признаюсь, что раздел "крупная форма" выбрала не потому, что оно такое уж крупное, а потому что в остальные разделы как-то не подходит... ну, сами увидите. После длинного перерыва за незаконченный фик браться просто страшновато, нужна разминка, что ли... Ну вот, это она и есть. :-) Жанр - разумеется, ООС, если я все правильно понимаю, разве ж от меня можно ждать чего другого! :-) Все остальное... Автор: Калантэ. Фандом: "Три мушкетера", "Властелин колец" (немножко). Пейринг: Атос, Арамис, авторские персонажи, персонажи "Властелина Колец". Сходство вымышленных персонажей с реальными лицами... Пусть будет случайным. :-) Размер: макси, кажется. Жанр - ООС (ага, я уже предупредила), кроссовер, экшн, попаданцы. Отказ - ну объясните мне кто-нибудь, что это значит? Текст мой, половина персонажей - нет, на права Дюма и Толкина не претендую. :-)

Ответов - 266, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 All

Виола: О, этот язык стоит того, чтобы его выучить.

Калантэ: S.m. - мысли автора читаете? ;-)

S.m.: Калантэ, не, провожу логическую связь Если спойлер, удалите мой коммент

Камила де Буа-Тресси: Калантэ, какое же необычное и вкусное сочетание... ух!

Калантэ: Прежде чем выложить продолжение, хочу дать некоторые пояснения. В этом отрывке (и, возможно, дальше, по ходу дела обязательно уточню) часть реплик персонажей "ВК" - из первоисточника, то есть авторство полностью принадлежит Толкину. Собственно, те, кто читал книгу, узнают их без труда. В описании происходящего тоже попадаются цитаты, но, черт побери, я умудрилась так спутать их со своим текстом, что мне не удалось сейчас их вычленить и пометить как подобает! Так что если кое-где увидите текст Толкина - так оно и должно быть, вставлено намеренно и выдавать за свое не планировалось. Его немного, но он есть. (Усугубляет положение то, что у меня три перевода книги, все разные, при попытке раскопать, что откуда - я запуталась вконец...) Вот. Если кого-нибудь это напрягает - я постараюсь все пометить, но это займет изрядно времени... Лерка, как завороженная, смотрела на приближающегося к ним белого, как серебро, коня. Следом за ним показались еще пятеро, и уже стало видно, что двое из них оседланы, когда она вдруг сообразила, что Соня почти не умеет ездить верхом, да еще без седла, да еще, черт побери, в этом платье! - Сонь, ты на лошади-то удержишься? – тревожно шепнула она. - Придется, - напряженным голосом отозвалась Соня. – Делать-то нечего. Гэндальф, услышав их разговор, повернулся к ним. - Вы не умеете ездить верхом? - Я умею, - Лерка закусила губу – похоже, намечались проблемы. – А вот Софи… - Я вас повезу, Софи, - вызвался Арамис. – Вы же в платье, придется сесть боком… - Софи повезу я, - спокойно возразил Гэндальф. – Сполоху нипочем двойная тяжесть, к тому же у него невероятно мягкий ход. Не беспокойтесь, до Эдораса мы доберемся. - А ты, госпожа, - обратился Арагорн к Лерке, - удобно ли тебе будет, ты ведь тоже в платье? Лерка хмыкнула и демонстративно подобрала подол, являя миру суконные штаны. - Вот и пригодились тренировки без седла, - удовлетворенно сказала она. - Ну уж нет, - решительно сказал Атос. – Без седла поеду я. Простите, Валери, это будет разумнее. А к вашему седлу мы приторочим рюкзак – вы, пожалуй, самая легкая из всех. …На Сполоха Соню подсадил Арамис. Девушка чувствовала себя не слишком уверенно (хотя тут же, вспомнив про Сэма Скромби в лодке, украдкой хихикнула), но едва остальные сели на лошадей и тронулись в путь, как неуверенность понемногу стала таять. По-мужски, пожалуй, было бы даже менее удобно, а сейчас она чувствовала себя как на лошадке-качалке – широкая спина Сполоха и надежные руки Гэндальфа создавали ощущение почти полного комфорта и безопасности. Лерка сидела в седле, как заправская амазонка, высоко поддернув юбку. Вторая оседланная лошадь досталась Арамису; Леголас вез Гимли. Кони мчались по бескрайнему морю травы, временами доходящей до стремян и охлестывающей колени всадников; вокруг до самого горизонта стелилась степь да кое-где поблескивали зеркальца озер. Через несколько часов пути впереди встала скалистая гряда. Солнце опускалось за зубчатую линию скал, и пелена расползающегося над горами дыма придавала его лучам багряный оттенок. - Это ущелье – Грива Рохана, - указал рукой Гэндальф. – А за ним – Изенгард. - Но почему дым? – присмотрелся Леголас. - Война, - коротко ответил Гэндальф. – Скорее! Во время короткого привала от начала полной темноты до рассвета Соня даже умудрилась немного вздремнуть – несмотря на смесь усталости и возбуждения. Она смутно вспомнила, что, кажется, в первоисточнике в это время должно было быть почти полнолуние, но, как видно, полного совпадения с книгой ожидать не приходилось. Это немного испортило настроение – одно дело угодить в сказку, наперед зная, как она закончится, и совсем другое – оказаться посреди охваченной войной страны… но к утру это ощущение сошло на нет. Присутствие Гэндальфа действовало успокаивающе. Едва рассвело, как Гэндальф поднял путников, и они снова скакали. Соня краем уха слышала, как Лерка наскоро просвещает Атоса и Арамиса, «кто есть кто». Арагорн и Леголас время от времени вставляли реплики. Они уже перестали удивляться ее осведомленности. Заснеженные вершины Белых гор на горизонте приблизились, и наконец впереди зазолотились крыши Медусельда. Широко разлившаяся на отмели река искрилась миллионами солнечных бликов. Кони с плеском переправились на другой берег, и брод перешел в наезженную дорогу. - Симбелин… - прошептала Лерка. По обе стороны от дороги вздымались склоны курганов, усеянные серебристыми звездочками цветов. Впереди показались городские ворота. Гэндальф придержал Сполоха и оглянулся на спутников. - Будет лучше, если вы пока будете держаться в тени, - посоветовал он Соне. – Мне предстоит трудный разговор с Теоденом, и не стоит объяснять стражу у ворот, что вы родом из другого мира. - Может быть, нам лучше подождать за воротами? – неуверенно спросила Соня, покосившись на друзей. - Пожалуй, нет, - коротко ответил Гэндальф. – Просто помалкивайте… до поры. Соня обменялась взглядами с друзьями; Атос и Арамис молча кивнули. - Само собой, - серьезно сказала Лерка. Переговоры со стражником много времени не заняли. Гэндальф, не мудрствуя лукаво, объявил Арамиса и Соню эльфами из Сумеречья, а Атоса и Лерку – соратниками и соплеменниками Арагорна. На террасе дворца Соня немного воспряла духом – разговор с Хамой пошел в полном соответствии с книгой. Это внушало надежду и на дальнейшие совпадения. Оружия у Сони не было; Атос молча поставил рядом с Андрилом и остальным оружием свою шпагу, Лерка и Арамис выложили на ступени ножи. Шпага Арамиса и топорик остались в рюкзаке у седла. После короткого препирательства по поводу посоха Гэндальф, незаметно подмигнув спутникам, вошел в зал дворца. После яркого солнечного дня в зале с узкими окнами показалось темно, и Соня не сразу различила в глубине фигуру Теодена. Король Рохана сидел в золоченом кресле, тяжело сгорбившись и опустив голову; руки безвольно покоились на подлокотниках. Эовин, прямая и строгая, застыла возле кресла, а на ступеньке пристроился бледный человечек в черной одежде. Соня услышала, как почти у нее над ухом с присвистом выдохнула сквозь зубы Лерка – конечно, это был Грима Червослов. Стражники остались у дверей, Гэндальф с товарищами прошли несколько шагов вперед, Соня с друзьями, памятуя о совете мага, задержались примерно посередине – чтобы не привлекать лишнего внимания. - Это и есть король? – шепотом спросил Арамис. – Бог ты мой, да он же глубокий старик… - Он зачарован, - так же шепотом ответила Соня, стискивая пальцы аббата. – Тсс… Теоден как раз тяжело поднялся с кресла, чтобы ответить на приветствие Гэндальфа. Соня внимательно слушала. Нет, пока все идет «по плану»…Вот в разговор вступил Грима… Теоден, словно вконец обессилев, снова опустился в кресло… - Король, мне кажется, чересчур прислушивается к словам этого Гримы, - едва слышно шепнул Арамис. – Это королева эльфов-то – злая колдунья? Соня не успела ответить – голос Гэндальфа раскатился по залу, словно гром, перекрывая все звуки, полыхнула молния, ударил еще один громовой раскат – на этот раз настоящий, и языки огня в очаге даже приугасли. Грима распластался носом вниз перед светящейся нестерпимой белизной фигурой мага. Арамис украдкой перекрестился. Соня снова взяла его за руку. - Никогда и мечтать не смела оказаться зрителем при этой сцене! – прошептала Лерка, оглянувшись на подругу, и снова впилась взглядом в Теодена. Перемены, происходящие с королем, заставили даже Атоса и Арамиса затаить дыхание, а Соня, подсознательно ожидавшая чего-то похожего на кадры из бессмертного фильма, поняла, что Питер Джексон, при всей его гениальности, все же не мог изобразить подобного. Медленно выпрямляющийся Теоден молодел на глазах; глаза засияли голубизной, ссутуленные плечи развернулись. Перед ними стоял уже не дряхлый старец, а король Рохана, король-воин. Вот Эомер принес меч… Когда наконец Грима, плюнув на пол, ринулся к выходу, Лерка с Атосом брезгливо отстранились, пропуская его. Теоден проводил Червослова долгим взглядом и повернулся к гостям. - Я приглашаю вас к столу, - проговорил он. Только усевшись за накрытый стол, Соня с Леркой наконец поняли, насколько они проголодались. Посему первую половину обеда они даже не очень слушали, о чем разговаривают Гэндальф и Теоден. Первый голод уступил как раз вовремя – король заговорил о спутниках Гэндальфа. - А остальным гостям я предложу выбрать себе что-нибудь из моей оружейной… - Теоден внимательно посмотрел на девушек. – Если вы захотите, там найдется оружие и доспехи и для женщин, но, думается мне, вам лучше отправиться в Дунхарг с моей племянницей… - Нет, повелитель, - звенящим голосом ответила Лерка, прежде чем Гэндальф и Соня успели как-то отреагировать. – Мы не разлучимся с друзьями. И если вы позволите – мы будем сражаться вместе с вами. - А если кто-то сомневается, что мы можем сражаться, то пусть посостязается со мной в стрельбе из лука! – Соня махнула рукой на этикет и на сдержанность. Теоден секунду смотрел на них, приподняв бровь. - Пусть будет так, - проговорил он наконец. Пока Атос и Арамис вместе с Арагорном подбирали себе оружие и доспехи, молчаливая Эовин увела девушек в оружейную: слуги не догадались принести хоть что-нибудь, рассчитанное на женские размеры. Зато юная правительница подумала обо всем. Лерка с несказанным облегчением сбросила надоевшее платье и натянула штаны и рубаху; нашлась мужская одежда и для Сони. Легкие кольчужки и шлемы – по-видимому, из гардероба самой Эовин – завершили облик девушек. Соня примерялась к лукам, когда в оружейную вошли Атос и Арамис. Оба бывших мушкетера выглядели витязями из сказки – под плащами поблескивали кольчуги, на бедре у Атоса висел меч, Арамис вооружился толедской шпагой графа. Шлемы, напоминающие датские, оба несли подмышкой. Соня выпрямилась навстречу Арамису. - Пожалуйста, не надо говорить, что это не женское дело, - опережая уже открывшего рот аббата, серьезно сказала она. – На этой войне нет лишних рук. - Но это не ваша война! – начал было Арамис. - Нет, - повернулась к нему Лерка. – Это и наша война тоже. Может быть, для вас это прозвучит чересчур пафосно, но война между добром и злом не может быть чужой! Либо вы на стороне добра, либо на стороне зла! - Но… - Арамис в замешательстве умолк – возразить было нечего. Он чувствовал, что Лерка права, но взгляд на войну с этой точки зрения был для него непривычным. – Но это не женское дело… - А какое женское? – резко спросила Лерка, невольно повторяя слова Эовин. – Гореть вместе с домом? Орки Сарумана будут жечь дома вместе с людьми и убивать детей, а я буду стоять в стороне только потому, что я – гость в этом мире?! - Правда, не спорьте, - тихо попросила Соня. – Я не знаю, насколько это прозвучит убедительно, но… мы в долгу перед этим миром, понимаете? Потому что мы его любим, потому что мы столько раз мечтали оказаться в нем… и вот теперь, оказавшись, мы просто не можем, не имеем права стоять в стороне! Иначе получится, что мы… - Что мы предали свою мечту, - закончила за нее Лерка, глядя в сторону. Атос пристально посмотрел на нее. - Я не имею права вас останавливать, - тихо сказал он. – И я помню… девичью эскадрилью… Я понимаю. - Спасибо, - полушепотом ответила Лерка. - Только… берегите себя. - Вы тоже. …Войско выступило на закате. На этот раз Соня ехала сама, благо шли быстрым шагом и роханское седло оказалось очень удобным, но Арамис все равно держался рядом. Время от времени, когда дорога становилась хуже и отряд переходил на медленный шаг, девушка по совету Атоса спешивалась и шла пешком, ведя коня в поводу. Охотнее всего она, конечно, снова поехала бы с Гэндальфом, но на виду у всего войска постеснялась демонстрировать свое неумение. Впрочем, то ли воздух Средиземья действовал волшебным образом, то ли адреналин в крови, но дорогу она умудрилась выдержать без особого ущерба. Скажи ей кто-нибудь в родном мире, что она сможет одолеть почти суточный переход – не поверила бы… и все же, когда войско втянулось в ворота Хорне и отряд Эомера занял стену, Соня с огромным облегчением покинула седло. В арсенале Хорне нашлись самострелы, которые среди Всадников популярностью не пользовались – поскольку были неудобны для стрельбы с седла – но зато напоминали привычное Лерке и бывшим мушкетерам огнестрельное оружие. Лерка тут же опробовала один. Скорострельность оставляла желать лучшего, зато меткость и пробивная способность ее вполне устроили. Привычные к мушкетам Атос и Арамис последовали ее примеру. Время тянулось медленно. Вверх по долине медленно текли огненные ручейки, кое-где сливаясь в озера, то и дело взвивались целые костры – орки поджигали дома и стога сена. Защитники крепости в бессильной ярости смотрели на то, как Саруманова орда занимает долину. Взрыв криков и едва донесшийся лязг оружия заставил усевшихся было на парапет Леголаса и Соню вскочить, вглядываясь в темноту. Огни факелов сгрудились у крепостного вала и внезапно хлынули внутрь, словно вода в проломленную плотину. Отряд Гамлинга отступил под защиту стены. - Прорвали оборону! – выдохнула Лерка. – Скоро тут будут… Внезапно полыхнувшая зарница залила ярким белым светом пространство между валом и стеной и тут же угасла; Соня, хотя и готова была увидеть нечто подобное, невольно вскрикнула. Вся долина почти до самой стены кишела орками, напоминая разворошенный муравейник. Прокатился пока отдаленный раскат грома, отразившись от скал и стен, вспыхнула еще одна молния, и на стену обрушился ливень. Одновременно с первыми каплями дождя орки пошли на приступ. Если по дороге в крепость, да и сидя на стене и глядя на потоки огня, Соня и Лерка успели буквально известись от волнения, то теперь волноваться и бояться мгновенно стало некогда. Цокающие удары стрел о камень, звон тетивы эльфийского лука, рев и вопли орков под стеной… Мимо провизжало несколько стрел. Спуская тетиву в очередной раз, Соня услышала мерные удары тарана – орки и дикари, прикрывшись щитами, долбили ворота. - Скорей! – Шум битвы прорезал крик Арагорна. – За мечи! Арагорн, Эомер и еще с десяток воинов кинулись к переходу. Рядом с девчонками лязгнул о камень самострел – Атос, прислонив оружие к парапету, присоединился к отряду. Арамис, видевший в темноте, продолжал стрелять – от его самострела сейчас было куда больше проку, чем от шпаги, и оба это понимали. - Хей! Сломанный меч снова в бою! Тональность боя изменилась. Орки взвыли, лязг мечей взвился к небу. - Они на месте, - бросил Арамис, снова взводя самострел. – Софи, не стойте все время между зубцами! Соня, пытавшаяся разглядеть хоть что-нибудь в бурлящей внизу темноте, машинально отшатнулась – и вовремя: мимо провизжала стрела. Сверкнувшая снова молния выхватила из темноты мокрое лицо аббата. Это был совсем не тот Арамис, которого привыкла видеть девушка. Плотно сжатые губы кривила злая усмешка, прищуренные глаза горели опасным огнем; молния осветила его как раз в то мгновение, когда бывший мушкетер вскидывал самострел к плечу. Ничего совершенно не оставалось в этом воине от куртуазного дамского угодника. Леголас оглянулся, на секунду оторвавшись от лука. - Ты уверен, что ты не эльф? – В мокрой темноте смутно блеснула улыбка. – Я не видывал, чтобы люди могли прицельно стрелять в темноте! - Если доживу – непременно просмотрю фамильные документы! – Арамис резко рассмеялся и снова взвел рычаг. – Софи, вы все равно не видите отдельные цели, стреляйте под определенным углом, не тратьте время на прицеливание! Капли дождя, барабанившие по стене и по доспехам, стали реже. Гроза уходила; порывистый ветер быстро разгонял тучи, над горами светил тоненький молодой месяц. Ночь немного посветлела. Из внешней галереи вынырнули Арагорн, Гимли, неизвестно когда присоединившийся к вылазке, и остальные. Лицо и кольчуга Атоса были забрызганы кровью, меч в опущенной руке не блестел. - Не моя, - коротко бросил он, мельком улыбнувшись подавшейся ему навстречу Лерке. – Валери, вам с Софи лучше уходить в крепость. Ворота долго не продержатся. - Нет, - мотнула головой Лерка. - Валери… Сдвоенный стук о парапет прервал графа. Гимли рванулся вперед и успел перерубить топором один канат, но с внешней стороны на стену упали сразу две лестницы, и через парапет прыгали орки. - В сторону! – Атос почти отбросил Соню к галерее, развернулся, отражая удар ятагана, рубанул урук-хайя по шлему. Леголас выпускал стрелу за стрелой почти в упор с невероятной скоростью; Гимли ожесточенно рубил крюки. Соня мимолетно подумала, что рубить железо бесполезно, но гномий топор не подвел – во все стороны брызнули обломки. - Барук-Казад! - Есть! – Арамис вспрыгнул на парапет, пронзив горло очередного лезущего на стену орка, уперся ногой в верхнюю перекладину лестницы и с силой толкнул. Соня, закусив губу, всадила стрелу прямо в клыкастую образину следующего орка, уже замахнувшегося на аббата топором; тот с захлебнувшимся криком полетел вниз, а лестница, откачнувшись от стены и мгновение побалансировав в воздухе, медленно пошла валиться назад. Все быстрее, быстрее – и наконец рухнула с приглушенным грохотом. Орки отхлынули. - Поделим пополам! – азартно выкрикнул Гимли. – Их там было не меньше полусотни! - И стольких же придавило! – с яростным весельем откликнулся Арамис. - Сравняем счет! – Леголас, на секунду замерев, пустил стрелу, которая перебила канат второй лестницы. Лестница пьяно мотнулась, сбрасывая орков; вторая стрела довершила дело, и кто-то из рохирримов длинным копьем отпихнул лестницу от стены. Внизу ее падение встретили еще одним взрывом криков. - Квиты! – встряхнул мокрыми волосами эльф. Успевших выбраться на парапет врагов успели уложить Арагорн и Эомер.

Виола: Невероятно! Зримо - и как красиво!

stella: К собственному изумлению вижу, что все и всех помню.

Ленчик: Мамадорогая... Тут же все за светлых... Где мои 17 лет?... Я 8 лет отыграла бок о бок с орками, Умбаром и волколаками...

Камила де Буа-Тресси: Обожаю этот момент и в книге и в фильме, Калантэ, спасибо! Чудесно! *и все-таки у меня был другой перевод, все понятно, но глаз самую чуточку режет...

Эжени д'Англарец: Камила де Буа-Тресси У меня тоже. В моем переводе Гриму звали Гнилоустом. А Хорне - это Хельмова Падь, как я понимаю. И как все произведения Калантэ, читается на одном дыхании! *никогда еще работа не вызывала такого раздражения - не хочу я редактировать новости, я хочу читать дальше, а приходится заниматься текстами, блиин...*

Ленчик: Хельмова Падь мне тоже как-то... ближе и роднее)) Эжени д'Англарец пишет: никогда еще работа не вызывала такого раздражения А я наоробот, прикидываю, что вот сейчас я шустренько этак пораскидаю как можно больше работы, чтоб потом меня никто не дернул, когда я сяду читать)))

Камила де Буа-Тресси: Не, я как-то за Сполоха зацепилась, у меня был Скадуфакс.

Калантэ: Эжени д'Англарец - а у меня разве Грима не Гнилоуст? Вроде я как раз к этому варианту привыкла... Насчет Хорне: крепость называется Хорне, выстроена в ущелье Хельмова Падь. :-) Иногда крепость называют по ущелью. Так что и то и другое из одного перевода. Камила де Буа-Тресси - а это к чему больше привыкаешь. Я такого имени даже не встречала, Сполох - понятно, Светозар - понятно, а Скадуфакс... по мне, так звучит как название патентованных пилюль... :-(

stella: А кто - нибудь смотрел, как в оригинальном тексте? Может, это просто переводчики так переводят имена и названия? Я о таком читала в предисловии к последнему изданию " Дюны": ну очень вольные переводы чреваты и не таким еще.

Калантэ: С выделением цитат из первоисточника все та же засада. В паре мест, кажется, получилось отметить... Передышка была короткой. Снова и снова на стену летели крючья, снова и снова через парапет перехлестывали волны нападающих, снова и снова начинал грохотать под стеной таран, и отчаянные атаки Арагорна отбрасывали орков от ворот. Месяц клонился к закату. Соня не успевала замечать всего. Казалось, ночь будет бесконечной. Легкий лук в руках наливался чугунной тяжестью, колчан почти опустел; в ушах звенело от воплей и лязга оружия. - А правда ли, что этот замок никогда не уступал силе? – донесся до нее голос Арагорна. - Так поют менестрели, - устало улыбнулся Эомер. Грохот заглушил последнее слово. Неподалеку от них к темному небу рванулся сноп пламени, по доспехам пробарабанили камешки, и часть стены обрушилась; в пролом тут же хлынули орки. - Саруманова нечисть! Они принесли стелющийся огонь из Ортханка! Эомер, уводи людей в крепость! – Арагорн прыгнул в пролом. – Элендил! - В крепость! – Атос подтолкнул замешкавшуюся от неожиданности Соню к галерее. – Живее! Валери! Вокруг все кипело. Мелькнуло Леркино лицо, неузнаваемо искаженное бешеной улыбкой, застучала сталь о сталь. Лук в такой каше стал бесполезен, и Соня отстраненно подумала, что к крепости ей не пробиться, но Атос и Арамис прикрыли ее сзади, а сбоку снова вынырнула Лерка – без самострела и уже без шлема, но зато с мечом. Увидев подругу в таком виде в мирное время, Соня перепугалась бы до полуобморока, но сейчас ощутила только злую досаду на то, что сама она лишена возможности хоть как-то помочь друзьям. Тесная группка, к которой присоединились два незнакомых рохиррима из тех, что сражались рядом на стене, прорубалась к цитадели. Раза два на лицо Соне летели теплые брызги, и понять, чья это кровь, было невозможно. Только споткнувшись о ступеньки, Соня поняла, что они дошли. Чья-то рука вздернула ее под локоть, не дав упасть, и потащила вверх; сквозь запах крови, мокрого железа и дыма Соня уловила слабое дуновение одеколона «Арамис» и поняла, что это был аббат. Ступеньки кончились. Под ногами были вытертые каменные плиты, освещенные неровным светом факелов; шум битвы отдалился. - Валери! Соня отпустила руку Арамиса, за которую, как только сейчас поняла, она цеплялась последние несколько метров, и повернулась на вскрик. Атос, бережно поддерживая, опускал на пол оседающего рохиррима; из-под торчащей в боку воина стрелы ручьем лилась кровь. Лерка, бросив меч, кинулась на помощь. К ним уже спешили две женщины. Удивиться, откуда они в крепости, Соня не успела, вспомнив, что в Хорне успели уйти все жители Вестфолда. Она выронила лук и выпрямилась; ноги слегка дрожали. Сзади с лязгом захлопнулись ворота крепости. - Все здесь, - успокаивающе сказал Арамис. С толедского клинка, который он держал острием вниз, скатывались тяжелые темные капли. Соня огляделась. Да, все трое друзей вот они. И даже никто, похоже, не ранен, хотя у Лерки на щеке красуется длинная ссадина, а Атос и Арамис забрызганы кровью с ног до головы, и из кольчуги Атоса выдрано несколько звеньев, а плащ Арамиса разорван почти пополам. Лерка уже прощупывает бок раненого, и лицо у нее сосредоточенное. - Твоя подруга знает толк в целительстве? Соня вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Теоден. - Она лекарь, - хрипло ответила девушка. – Хороший лекарь. - У нас почти нет целителей, - король шагнул к занятой своим делом Лерке. – Я вижу, что ты воин, но лучше останься помогать раненым. Спасать жизнь не менее достойно, чем отнимать ее у врагов. - Это моя работа, - через плечо бросила Лерка. – Сонь, останься! - Софи, прошу вас, - Арамис вытер шпагу полой плаща, - вы уже не держитесь на ногах… Арамис был прав, и Соня кивнула. Аббат сунул шпагу в ножны, взял ее за плечи и несколько секунд глядел в лицо. - Мы вернемся, Софи, - тихо сказал он. Атос, наклонившись к Лерке, тронул ее за руку и что-то тихо сказал – Соня не слышала, что. Лерка коротко кивнула. Позднее Лерка призналась подруге, что эта ночь, наверное, была самой длинной и самой страшной в ее жизни. Они не видели больше ни Атоса, ни Арамиса, не знали, что с ними, и каждый раз, когда в сводчатый зал приносили или приводили нового раненого, Соня вскидывалась со смешанным чувством надежды и ужаса – может быть, это кто-то из них, а значит, они еще живы… Лерка, осунувшаяся, с окровавленными по локоть руками, отрывисто командовала двумя помощницами, и Соня помогала кипятить воду, промывать, бинтовать… Лерка не шутила, когда говорила, что скорее выйдет из дому без штанов, чем без аптечки – оказалось, что она умудрилась протащить с собой контрабанду в виде двух десятков одноразовых шприцов, пары коробок с ампулами антибиотика и флакон с хлоргексидином. Правда, при таком количестве раненых это была капля в море, поэтому Лерка, скрепя сердце, ограничивалась тем, что использовала шприц для промывания глубоких ран обычной кипяченой водой, и только в очень уж критических ситуациях бралась за флакон с антисептиком. Зато нитки с иголками – увы, ни о шелке, ни тем более о кетгуте мечтать не приходилось – после ее командного рявканья обе помощницы принялись тщательно кипятить… Замок вздрагивал от гулких ударов тарана – орки подобрались к Воротам цитадели. Смутный грохот дал понять, что Ворота не выдержали. Лерка вскинула на подругу полные отчаяния глаза, и тут откуда-то сверху внезапно и грозно затрубил Рог Хельма. Хельмова Падь замерла. Горы отозвались эхом. Нет, не эхом! Оно не смолкало, а набирало силу: в ущелье откликнулись боевые рога. Все ближе, ближе, вольно и яростно пели трубы… (с)Кое-кто из раненых приподнимался на локте, прислушиваясь; помощница Лерки уронила бинт. У Сони перехватило дыхание. Лерка медленно поднялась на ноги; на глазах у нее были слезы. - Слышишь? - Хельм! Сам Хельм поднялся! – Крик донесся до них через распахнутую дверь. - Эорлинги, вперед! Загрохотали копыта. Это через разрушенные ворота ударила королевская конница. Боевой клич Эорлингов, рога, крики, шум боя слились в единый гул, напоминающий сходящую с гор лавину; гул все удалялся, пока не стал еле слышным сквозь толстые каменные стены. - Король сам повел воинов в атаку… - пробормотала женщина, подхватывая бинт. – Да что же здесь ничего не слышно… - Орков отбросили, - уверенно сказал один из раненых. – Иначе бы мы продолжали слышать бой. Вот увидите, Теоден сметет их, как горный поток солому! - Если бы знать, что там происходит… - выдохнул еще кто-то. - Сбегай-ка, посмотри, - обращаясь к Лерке, сказала вторая помощница, - у тебя ноги молодые… а мы тут пока и сами справимся… Быстрый топоток бегущих ног не дал Лерке ответить. В зал ворвался растрепанный мальчишка-рохиррим из тех, кто помогал таскать воду и приводил легкораненых. - Эркенбранд! – ликующе завопил он еще с порога. – Эркенбранд пришел! И Белый Всадник! Победа! Орки бегут! Победа! – Мальчишка крутнулся на пятке и рванул дальше по коридору, продолжая выкрикивать: - Победа! Эркенбранд пришел! - Я же говорил! – неверным голосом крикнул раненый. – Хорне никогда не сдавалась врагу! Замок наполнялся радостными голосами и топотом. Соня обессиленно опустила руки, не замечая, что вода из деревянной чашки льется на пол; первая помощница заплакала. Кто-то, не в силах встать, колотил кулаком здоровой руки по полу; кто-то, хромая и кривясь, заковылял к дверям… Лерка торопливо споласкивала в бадье дрожащие руки; Соня перехватила ее взгляд и поняла, что еще несколько минут неизвестности – и она не выдержит и постыдно свалится в обморок. - Король едет! Едет король! – донесся снаружи радостный крик нескольких десятков глоток. – Слава королю Теодену! В коридоре послышались стремительные шаги, и девушки замерли. Сейчас все спешили из замка за ворота. Эти шаги приближались. Соню охватила чудовищная слабость, и она прижала к груди стиснутые кулаки, придерживая бешено стучащее сердце; Лерка, побледнев, повернулась к арке двери. Стук каблуков совсем рядом… На пороге они появились почти одновременно – Арамис и Атос. Молча. И успели даже сделать еще несколько шагов, когда Соня, словно очнувшись и видя перед собой только сияющие глаза Арамиса, рванулась вперед. Аббат отшвырнул шлем, который держал под мышкой, и бросился навстречу девушке. Поймал в объятия и стиснул изо всех сил. - Софи! - Арамис… - Соня прижалась щекой к холодным звеньям кольчуги, чувствуя дикую, бесконечную, отчаянную радость и такое же бесконечное счастье. – Живой… - Я же обещал вернуться, - негромко сказал Арамис. Лерка, словно под гипнозом, сделала несколько медленных шагов навстречу Атосу, который остановился в дверях, и тут в сознании запульсировал тревожный огонек. В левой руке бывший мушкетер держал опущенный меч. Оба друга были так забрызганы кровью, что понять, где своя, где чужая, было невозможно, но… меч в левой руке? Она не успела спросить: граф шагнул к ней и внезапно, теряя сознание, ничком повалился на выщербленные плиты пола. Только тогда Лерка увидела, что над правой лопаткой у него торчит обломанное и расщепленное древко стрелы. - Твою мать! Восклицание вырвалось у Лерки независимо от разума, из глубин подсознания, принадлежащего в данный момент не испуганной женщине, а врачу, который в одно мгновение оценил ситуацию. Одновременно с этим Лерка метнулась вперед и упала на колени рядом с раненым, больно стукнувшись о камень. - Т-твою мать… Рефлексы хирурга работали по-прежнему независимо от эмоций. Обдирая пальцы о воротник кольчуги, Лерка нащупала пульс на сонной артерии. Живой, конечно, живой, это главное. Стрела пробила кольчугу, стало быть, бронебойная, наконечник гладкий. Снять кольчугу, не вытаскивая стрелы, невозможно… ее и без стрелы стащить с бесчувственного человека нелегко… значит… - Валери, что я могу сделать? Это Арамис. Соня тоже рядом – бледное, сосредоточенное лицо с прикушенной губой. Чья-то тень упала на пол – подоспела одна из рохирримок. - Вытаскиваем, - отрывисто бросила Лерка, - по-другому никак. Держите за плечи. Соньк, прижми вот тут. Стрела шла с трудом. Лерка успела возблагодарить Всевышнего за то, что граф без сознания, и тут что-то негромко хрустнуло, и стрела подалась. Соня дернулась, Арамис выругался: в руках у Лерки очутилось треснувшее по всей длине древко. - Черт! Наконечник остался в ране. - Чтоб тебе… - прошипела Лерка. – Так, снимаем кольчугу… Арамис и Соня, не дожидаясь указаний, усадили бывшего мушкетера, и в эту минуту Атос очнулся. - Что… - Тихо, - Лерка заглянула ему в лицо. – Не напрягайтесь, мы снимем кольчугу. У вас стрела в спине. - Знаю, - сквозь зубы отозвался Атос. Полупудовая стальная рубаха с глухим звяканьем свалилась на пол; подкольчужник разрезали, льняную рубаху тоже, и Лерка осторожно прощупала рану. - Укладываем. Лицом вниз. Придется резать, - хрипловато сказала она. – Атос, терпите… - Не бойтесь, - отозвался граф. Лерка закусила губу. Резать по живому, без анестезии, ей до сегодняшней ночи не приходилось ни разу, а уж человека, который… которого … Рохирримка молча вложила ей в руку прокаленный на огне нож. Слава Богу, хвостовик наконечника засел не слишком глубоко – сантиметра два. Лерка расширила рану, и кончик ножа царапнул о металл; спина Атоса напряглась, но мушкетер не издал ни звука. - Щипцы… Сонь, готовь тампон… Вот он, гад… - Лерка, затаив дыхание и внутренне подобравшись, с силой потянула; Атос скрипнул зубами. - Есть! Граненый кусочек металла коротко брякнул об пол, и только теперь у Лерки снова затряслись руки. Она перехватила у Сони тампон и прижала, унимая хлынувшую кровь. - Валери… не плачьте, - неожиданно сказал Атос. Он тяжело дышал, но голос звучал ровно. – Все будет хорошо. - Я не плачу, - пробормотала Лерка, неожиданно для себя обнаружив, что по щекам в самом деле течет и слезы капают на обнаженную спину графа. – Это… это… - Это… дождь? – медленно выговорил Атос и усмехнулся. – Мы под крышей… Или ее, как у вас говорят? Крышу снесло? Это было настолько неожиданно, тем более в устах Атоса, что Соня прыснула, и Лерка от облегчения чуть не подавилась смехом. Подбирая ответ, она не могла не вспомнить цитату из старого-престарого советского фильма, и то, что Атос практически точно воспроизвел ее смысл, девушку убило наповал. Да еще и попал своей репликой в точку… потому что, черт побери, крышу в самом деле снесло! - Лежите… лежите спокойно! – прикрикнула она, видя, что граф пытается повернуть голову и посмотреть на друзей. – Я еще не закончила! - Слушаюсь, - покладисто откликнулся Атос и в самом деле послушно опустил голову на руки. Хлоргексидина оставалось еще с четверть флакона. Лерка набрала полный шприц и осторожно отняла тампон. Кровь еще сочилась, но не сильно. - Атос, потерпите еще немного, надо промыть… и зашить, а обезболивающего у меня нет. - Пустяки, - глуховато проговорил Атос. – Не беспокойтесь. Совет был хорош, но последовать ему Лерка так и не сумела. Нет, ей хватило профессионализма твердой рукой промыть рану и наложить швы, но чувствовала она себя после этого так, словно затащила на десятый этаж мешок картошки. Без лифта. Или будто это ее зашивали без анестезии. Атос перенес все это без звука, но, когда его усадили, чтобы наложить повязку, лоб у него был совершенно мокрый. - Боюсь, нам придется обождать с возвращением, - тихо выговорил он, когда перевязку закончили и женщина-рохирримка отошла налить воды. – Кто знает, куда нас занесет, если в воду попадет моя кровь… Лерка открыла рот, чтобы ответить – мол, до этого еще дойти надо, но тут вернулась помощница, и девушка промолчала. Атос, поблагодарив кивком, принял кружку и жадно выпил. - Вам сначала надо отлежаться дня три, - покачал головой Арамис, - или даже больше. Валери? - Не меньше… - пробормотала Лерка. Положение осложнялось на глазах. В Рохане война, добираться до Фангорна несколько дней, причем всюду рыщут орки. Зная Атоса, она могла предположить, что через три дня он сможет сесть в седло, но вот что из этого получится? - Какое три, - подала голос женщина, - ох уж мне эти мужчины! Мой сын с такой раной две недели пролежал. И ты успеешь еще повоевать, сынок, а сейчас не рвись, давай-ка лучше мы тебя вон на тюфяк перенесем… а то где упал, там и врачуем… - Благодарю, госпожа, - на осунувшемся лице графа промелькнула тень улыбки. – Но я вполне могу дойти сам. - Ох, молодые, молодые… Все сам… Да ты встать-то сумеешь? Вместо ответа Атос ухватился за плечо Арамиса и, стиснув зубы, начал подниматься. С другой стороны графа тут же поддержала Лерка. Несколько шагов до свободного тюфяка дались бывшему мушкетеру с заметным трудом. Рохирримка, неодобрительно поджав губы, проводила его глазами и проворчала: - Ну, гордость… Еще бы… ох! Господин маг! В комнату вошел Гэндальф и, найдя глазами друзей, покачал головой. - Значит, я не ошибся, - озабоченно проговорил он, подходя к ним. – Твоя храбрость дорого тебе обошлась. - Этим тварям она обошлась еще дороже, - отозвался Атос. Лерка, укрыв бывшего мушкетера попоной, выжидательно повернулась к магу. - Да, но… - Гэндальф оглянулся и уселся рядом прямо на пол, сделав знак остальным друзьям наклониться поближе. – Нам надо поговорить . Соня ощутила, как по спине ползет холодок нехорошего предчувствия. Глаза у мага были хмурые и тревожные. Что еще случилось? - Я и король Теоден со свитой сегодня же вечером отправляемся в Изенгард, - понизив голос, начал Гэндальф, - ждать нельзя… но я рассчитывал, что вы отправитесь с нами. А теперь… сможет ли ваш друг ехать? - А разве мы не можем поехать без вас, позднее? – встревожилась Лерка. - В том-то и дело. – Гэндальф с сомнением окинул взглядом Атоса, внимательно слушающего разговор. – Вам надо спешить в ваш мир. Средиземье захлестывает война, Рохан в огне, еще немного – и вам просто не добраться до леса Фангорн. К тому же… - Острый взгляд мага уперся в девушек. – Вы знаете о Хранителе и его миссии, верно? Лерка сглотнула и кивнула. - Даже я не могу сказать, что произойдет, когда Фродо уничтожит… свою ношу, - совсем тихо проговорил Гэндальф. – Но врата могут закрыться. Навсегда. И даже я не могу сказать… когда это случится. У Сони захватило дыхание; девушки обменялись отчаянными взглядами. - Я рассчитывал, что вы проедете с нами до Изенгарда, а там вас встретит Ветробой и проводит в Фангорн, - сумрачно продолжал Гэндальф. – Но теперь, боюсь, вам придется задержаться в Хорне. Повисла пауза. - Я правильно понимаю, что у нас мало времени и никто не знает, сколько в точности? – медленно спросил Атос. Гэндальф кивнул. - В таком случае, не будем его терять. Мы едем с вами. - Атос! – ахнула Лерка. - Вы боитесь, что я не выдержу дорогу? Полноте, Валери. Меня-то не слишком пугает перспектива остаться здесь навсегда, но я решительно не согласен, чтобы из-за меня этим рисковали вы и Арамис. В конце концов, не пешком же мы собираемся идти? - Нет, конечно. – Гэндальф снова покачал головой. – Но ты уверен, что сможешь ехать? - Смогу, - спокойно ответил Атос. – У нас нет другого выбора. Несколько секунд Гэндальф смотрел на него – и наконец улыбнулся. - Хорошо. В крайнем случае, сделаем носилки. А сейчас отдыхайте. Я зайду к вам перед закатом. (прикрываясь ноутбуком от тапочек - клянусь хвостом, вовсе дело не в том, что мне захотелось кровушки! :-) Просто эти персонажи такие умные, что это был единственный способ обеспечить им в дальнейшем маленькую тактическую ошибку. А без этой ошибки будет скучно...)

Виола: Было бы, пожалуй, странно, если бы из такой битвы все вышли целыми и невредимыми. А Атосу не впервой подставляться.) А если это ещё и тонкий замысел автора... Какие могут быть тапочки? На одном дыхании, как всегда. Впору идти трилогию перечитывать: как это я там Атоса с Арамисом не заметила?

Калантэ: stella - а переводы имен собственных у Толкина - это вообще отдельная тема, пожалуй что, для диссертации. Что-то переводу поддается, что-то нет, что-то звучит лучше на английском... Кому что больше нравится. Хуже всего, когда переводчики берутся переводить эльфийские имена, думая, что переводить надо с английского. :-)

papillon: Я вот только тихий скромный читатель... И, честно говоря, не люблю, когда все подряд свалено в кучу: сюжеты, герои... Но... читаю, разинув рот, не могу оторваться. Браво таланту автора!

Камила де Буа-Тресси: Калантэ, опять вы Атосу кровопускание сделали.. но если это тактический ход, то ладно... а то вечно ему достается, а тут еще и не слабо так. Но вообще, браво! Чудесно, тонко, легко все сплетено. Замурчательно.

stella: Камила де Буа-Тресси , Атосу, бедному, синхронно досталось сразу в двух фиках!



полная версия страницы