Форум » Крупная форма » Двадцать восемь дней лета (продолжение) » Ответить

Двадцать восемь дней лета (продолжение)

Калантэ: Признаюсь, что раздел "крупная форма" выбрала не потому, что оно такое уж крупное, а потому что в остальные разделы как-то не подходит... ну, сами увидите. После длинного перерыва за незаконченный фик браться просто страшновато, нужна разминка, что ли... Ну вот, это она и есть. :-) Жанр - разумеется, ООС, если я все правильно понимаю, разве ж от меня можно ждать чего другого! :-) Все остальное... Автор: Калантэ. Фандом: "Три мушкетера", "Властелин колец" (немножко). Пейринг: Атос, Арамис, авторские персонажи, персонажи "Властелина Колец". Сходство вымышленных персонажей с реальными лицами... Пусть будет случайным. :-) Размер: макси, кажется. Жанр - ООС (ага, я уже предупредила), кроссовер, экшн, попаданцы. Отказ - ну объясните мне кто-нибудь, что это значит? Текст мой, половина персонажей - нет, на права Дюма и Толкина не претендую. :-)

Ответов - 266, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 All

Калантэ: Больше не буду! :-) Дамы, меня завтра нету, так что продолжение будет только в воскресенье поздним вечером. Не ругайте слишком сильно.

Камила де Буа-Тресси: stella, да-да... и это печалит. Слово "жалко" не совсем подходит, но упорно просится.

stella: Калантэ , у меня ощущение, что я еще одну серию Властелина посмотрела.

Камила де Буа-Тресси: Калантэ, будем ждать с нетерпением! stella, а я словно пересмотрела и обнаружила, что пропустила самое интересное :)

Эжени д'Англарец: Калантэ пишет: а у меня разве Грима не Гнилоуст? Нет, в тексте он Грима Червослов. Тоже метко, но я привыкла к Гнилоусту.

Калантэ: Эжени д'Англарец - вот что называется компилировать три перевода! :-) Я ж и сама привыкла к Гнилоусту... :-) Маг поднялся на ноги и вышел, посторонившись в дверях, чтобы пропустить в зал высокого рохиррима в избитом и изрубленном доспехе. Соня с изумлением узнала в нем Хаму, начальника стражи. С удивлением – потому, что она помнила, что в книге Хама погиб у ворот Хельмовой пади. Выходит, спасся? Хама тем временем обвел глазами зал и, увидев Атоса, поспешил к нему. - Мне сказали, что ты у целителей, - опускаясь на одно колено, улыбнулся он. – Рад, что ты тоже жив. Я не успел поблагодарить тебя тогда, но ты знай – я перед тобой в долгу! – Рохиррим протянул Атосу руку. - Не стоит благодарности, - улыбнулся и Атос, пожимая ее. – Мы оба живы, а это главное! Хама склонил голову и встал. - Отдыхай, друг. Мы встретимся завтра. Всадник вышел. - Лер, - шепнула Соня, чувствуя, как червячок любопытства начинает грызть ее изнутри, - я же точно помню, что Хама… что у Ворот… Лерка молча кивнула. Под вопросительными взглядами девушек Атос только пожал плечами. - Граф, ваша скромность делает вам честь, но негоже заставлять дам изнывать от любопытства, - объявил Арамис. – Вы позволите мне рассказать? - Только, ради Бога, без преувеличений, - проворчал Атос. – Бой как бой. Я вижу, что иначе вы не угомонитесь… Арамис развел руками. - Вкратце все было так: когда ворота крепости рухнули и эта нечисть ринулась в внутрь, Хама еще с десятком солдат оказался прижат к стене и отрезан от своих. Их должны были смять, но Атос каким-то чудом пробрался по обрушенному участку стены и спрыгнул в самую кашу. - Арамис… - предостерегающе проговорил Атос. - Я излагаю факты, - с достоинством парировал Арамис. Атос вздохнул. - Не вижу в этом ничего сложного, - с неудовольствием проговорил он, - я был единственным, у кого под ногами оказалась не высоченная стена, а крупные обломки – недурная лестница… - И единственным, кто рискнул ввязаться в эту бойню, - продолжил Арамис, делая вид, что не замечает недовольства друга. – Словом, когда Атос свалил здоровенного орка, который явно был командиром – эти твари немного растерялись, и граф воспользовался их замешательством. Ему удалось прорваться к отряду Хамы и увести их под прикрытие стены, в крепость. - И по собственной глупости получить стрелу в спину, - скептически вставил Атос. – Нечего сказать, славный подвиг. Ну, хватит об этом! Давайте спать, пока есть время. Бывший мушкетер пресек дальнейшие разговоры самым простым и незамысловатым способом – закрыл глаза, делая вид, что уже спит. Арамис подмигнул Соне. Соня в ответ сделала страшные глаза и молча принялась укладываться. Отдых был необходим не только раненым – девчонки и Арамис тоже изнемогали от усталости. Места хватило всем. Лерка устроилась поближе к Атосу, мрачно подумав, что хоть в такой ситуации можно позволить себе небольшую поблажку, и.. незаметно для себя задремала. Когда она открыла глаза, сквозь высокие узкие окна падали золотистые предвечерние лучи. Рядом беспокойно дышала во сне Соня. Арамис и Атос спали как убитые; в дальнем углу кто-то постанывал во сне. Лерка приподнялась на локте, озираясь – на секунду ей показалось, что сон продолжается… Нет. Они в Средиземье. В Хорне. Девушка наклонилась к Атосу – в теплом вечернем свете его лицо казалось не таким уж и бледным, только губы немного запеклись. - Граф… Проснитесь. Атос открыл глаза. - Нам пора? - Как вы себя чувствуете? – Лерка прекрасно понимала, что вопрос глупый. Если уж у нее ломит все тело, то как же должен чувствовать себя Атос? Граф приподнялся, опираясь на руки, и сел на тюфяке; губы чуть покривились от боли, но лицо осталось спокойным. - Неплохо, - сдержанно ответил он. - Может быть, все-таки попросить сделать носилки? – жалобно спросила Лерка. - Думаю, что не стоит. Рядом зашевелился разбуженный Арамис. Соня села и отчаянно потерла ладонями лицо. - Пора… - Господи, так это был не сон… - Арамис тоже сел и огляделся. – Как вы, Атос? - Интересно, почему все об этом спрашивают? – вздохнул граф. …Отряд короля двигался неспешной рысью. Атос категорически отказался от носилок; по распоряжению Гэндальфа ему выделили самого покладистого коня с мягкой поступью, и поначалу граф держался в седле довольно уверенно. Но часа через два Лерка, с тревогой поглядывающая на него, заметила, что бывший мушкетер все чаще и чаще каменеет лицом, когда лошадь оступается на выбоинах лесной дороги, и судорожно сжимает повод. Арамис тоже это заметил. - Валери, - шепнул он, - держитесь справа, а я слева… Он ни за что не признается, что ему трудно – скорее просто свалится с седла. Лерка кивнула и подогнала коня. Ущелье и лес остались далеко позади. Бескрайняя волнующаяся степь, серебрящаяся в лунном свете, зубчатые вершины Мглистых гор на горизонте… Тишину нарушал только глухой перестук копыт, но когда горы приблизились, откуда-то издали ветер донес волчий вой. Кони запрядали ушами; забеспокоился и конь Атоса, заставив графа покачнуться в седле и стиснуть поводья. Впереди послышались голоса. Соня прислушалась. - Я не слышу шума воды, - донесся голос Теодена. – Мы ведь подъезжаем к Бродам… - Неужели Саруман погубил и ключи, питающие Изен? - Похоже на то, - мрачно отозвался Гэндальф. В самом деле, русло реки было сухим. Копыта лошадей захрустели по гальке. Вой повторился, оборвался на высокой ноте, и какие-то темные тени метнулись врассыпную от отряда. Волчья стая была бы смертельна для четверых путников, но королевский отряд во главе с Белым Всадником привел волков в ужас. - Волки… - пробормотал Эомер, - волки пируют на поле битвы… - Не беспокойся за судьбу павших, Эомер, - Гэндальф приподнялся на стременах, указывая на русло. Посреди бывшей реки лежал островок, на котором возвышался свежий курган, огражденный частоколом из копий. - Здесь покоятся воины, защищавшие Броды, - сказал Гэндальф. Соня оглянулась на скрип металла. Всадники обнажали мечи. От усталости девушка поначалу дернулась, ища глазами опасность, но мгновенно поняла – опасности нет. Рохирримы придержали коней, салютуя мечами кургану. Краем глаза она заметила, что и Лерка вскинула руку с мечом в прощальном привете. То же самое сделал Арамис и, отстав на долю секунды – Атос. Соня последовала общему примеру; в горле стоял комок. Когда отряд пересек Броды и поднялся на противоположный берег, на оставленном берегу снова завыли волки. Луна закатилась за горный хребет, и Гэндальф, ехавший впереди, поднял руку. - Привал. Атос неподвижно сидел в седле, чуть наклонившись вперед и не торопясь спешиваться. Арамис спрыгнул с лошади. - Атос, вам помочь? – негромко спросил он. - Если вам не трудно, - сквозь зубы откликнулся Атос. Соня, едва двигая одеревеневшими с непривычки ногами, тоже слезла с коня; Лерка уже держала лошадь Атоса под уздцы. Граф, наклонившись еще сильнее, почти лег на лошадиную шею и, ухватившись одной рукой за гриву, а другой за плечо Арамиса, медленно и с трудом сполз с седла. - Как вы себя чувствуете? – с тревогой спросил аббат. Атос выпрямился. - Терпимо… Лерка уже поспешно расстилала на земле попону. Неподалеку уже кто-то вовсю стучал кресалом о кремень, высекая искры, кто-то тащил к стоянке охапку хвороста. Кони устало пофыркивали. В темноте затанцевал неяркий белый огонек, кидающий отблески на две высокие фигуры: к друзьям приближались Гэндальф и Арагорн, а свет исходил от посоха мага. - До Изенгарда всего несколько миль, - обращаясь к Атосу, сообщил Арагорн, - но Гэндальф сказал, что ты ранен? - Пустяки, - неохотно ответил Атос, - не стоит об этом. - Жаль, что я не узнал этого в крепости! – Арагорн полез за пазуху, извлек несколько длинных увядших листьев, завернутых в тряпицу, и протянул их Лерке. – Сейчас разожгут костер. Залей их кипятком, госпожа, остуди и промой рану. Это поможет. Хама, у тебя был котелок? - Ацелас! – не веря своим глазам, выдохнула Лерка. – Конечно! Почти невидимый в темноте Хама бегом принес котелок; заплескалась вода – рохиррим наполнял котелок из походной фляги. - У тебя что, рук нет? – послышалось его ворчание. – Огонь разжигать разучился? Гэндальф усмехнулся, шагнул к хворосту и ткнул в него посохом. - Наур ан эдрайт аммен! Вверх взметнулось пламя. Арамис вздрогнул. Хама, уважительно покачав головой, пристроил котелок в огонь. - Сейчас закипит. - Давайте пока снимем повязку. - Арагорн опустился на колени рядом с Атосом. Гэндальф наклонил посох, освещая поле деятельности. То ли огонь, полученный магическим путем, был куда горячее обычного, то ли у девушек изменилось ощущение времени, но, пока Лерка и Арагорн в четыре руки разматывали бинты, вода в котелке вскипела. Соня бросила в кипяток листья; над стоянкой пополз тонкий терпкий запах. - Вот это да… - прошептала девушка, ощущая, как усталость куда-то уходит и тело наполняется силой и свежестью. – Вот это травка… На ветру и холодных камнях котелок остывал быстро. Лерка, которую даже вся магия Средиземья не заставила бы отказаться от антисептики, за это время промыла рану хлоргексидином. Соня переставила котелок поближе. Атос вдохнул горьковатый аромат. - Это зелье вызывает прилив сил, - недоверчиво проговорил он. – Я чувствую себя так, словно и не ехал полночи… Арагорн едва заметно усмехнулся. - Промой потом свою царапину, госпожа, - мягко сказал он, поднимаясь на ноги. – И отдыхайте. Завтра отправляемся на рассвете. …Рассвет занялся холодный и и пасмурный – ветер нес из Колдовской долины клочья тумана. Ацелас сделал свое дело - Атос чувствовал себя лучше, хотя лицо у него по-прежнему было бледным и напряженным. Отдохнувшие кони шли быстрой рысью; Всадники настороженно поглядывали по сторонам. Миновали указательный столб, поворот… К полудню в легкой дымке впереди замаячили обломки ворот. Гэндальф остановил коня. - Погоди, Теоден. У меня есть еще небольшое дело – ненадолго. - Да, ты говорил, - кивнул король. – Что ж, давайте прощаться… - Теоден развернулся к друзьям. - Значит… уже? – упавшим голосом пробормотала Лерка. - Увы, - мягко сказал Гэндальф, - вам пора. Вон за теми скалами вас ждет Ветробой, я провожу вас к нему… а он проводит вас в Фангорн, к реке. - Но… Так скоро… - Не забывайте, о чем я вам говорил. Надо спешить. – Гэндальф взглянул на короля. – Веди отряд вперед, Теоден, и подожди меня у ворот. Мне надо поговорить с друзьями. Король кивнул. – Ваши мечи помогли нам выстоять в Хельмовой пади, - проговорил он и поклонился, приложив ладонь к сердцу. – Примите мою благодарность… и прощайте. Он развернул коня и тронулся к воротам. Отряд молча потянулся за ним. Хама, проезжая мимо, отсалютовал мечом, Арагорн вскинул руку в прощальном жесте, и Всадники скрылись в тумане. Четверо друзей и Гэндальф остались одни. У Сони комок стоял в горле. Уходить, не зная, чем кончится война, не увидеть башен Гондора, оставить Средиземье – может быть, навсегда… Она никогда не смела рассчитывать оказаться здесь, и вот – мечта сбылась. Мечта пахла железом, кровью и конским потом, мечта звенела кованой сталью, но кто же виноват в том, что этот прекрасный мир встретил их войной? Соня знала, что ей будет сниться оборона Хельмовой Пади и звук роханских рогов. Но они с Леркой, скорее всего, никогда не узнают, чем кончилась война Кольца… - Гэндальф! – дрогнувшим голосом проговорила Лерка. – Гэндальф, мы… мы сможем вернуться? Попасть сюда снова? - Кто знает! – в обычной своей манере отозвался маг. – Одно могу сказать точно: чтобы вернуться, сперва надо уйти. - Если бы не наши спутницы, я бы пошел до конца, - твердо сказал Атос. Соня покосилась на него с изумлением. - Если бы не вы, я бы тоже пошла до конца, - эхом откликнулась Лерка. Гэндальф покачал головой. - Ваши мечи уже внесли свой вклад, - сказал он. – И твои умелые руки, и лук твоей подруги… вы сберегли жизни десяткам, а может быть, и больше Всадников, твой друг спас Хаму, разве этого мало? - Но мы не узнаем, как… - Соня не договорила. - Идите и не переживайте, - мягко проговорил Гэндальф. – Средиземье выстоит в этой войне. Может быть, когда-нибудь вы сможете увидеть его снова. - Но не в этот раз, - вздохнула Лерка. – Да у нас и не хватило бы времени… Зато наших друзей, должно быть, уже перестали искать. - Вот это как раз вряд ли, - маг сделал предостерегающий жест. – Когда вы вернетесь к себе в мир, там, скорее всего, не пройдет и минуты. Врата шутят странные шутки со временем. - Черт! – вырвалось у Лерки. – Придется пересматривать план кампании! - Ничего, пересмотрим... – пробормотал Арамис. - Я не утверждаю, я лишь предполагаю, - пожал плечами Гэндальф. – Но вам не стоит забывать о такой возможности. Ну а теперь… Ветробой! Захрустела каменистая осыпь, из-за скалы выкатилось несколько обломков, и на дорогу выступил уже знакомый силуэт, напоминающий огромный корявый вяз. - Здравствуй, Гэндальф, - голос энта странно прозвучал среди камней. – Хорошо, что ты поторопился. Дорога через горы свободна, но в лесу опять начинают рыскать орки. - Значит, не будем прощаться долго! Гэндальф помог Атосу сойти с седла. Лерка отвязала рюкзак, пропутешествовавший с ними туда и обратно, но на этот раз его не пришлось подавать наверх – энт, склонив одну из узловатых ветвей, ловко подцепил рюкзак за лямку, поднял и повесил на один из сучьев. Это выглядело забавно – словно лесной исполин примерял сережку. Гэндальф по очереди пожал руки всем четверым. - Удачи вам, - коротко пожелал он и вскочил на Сполоха. Брызнули камешки, и Белый всадник растаял в тумане вместе с перестуком копыт. - Ну вот и все… - пробормотала Лерка, проглотив комок в горле. – Как будто приснилось… …Покачивающаяся походка Ветробоя одного за другим убаюкивала путешественников. Соня, клюя носом, еще успела подумать – как бы не свалиться… но почувствовала, как гибкая ветка заботливо обвивает ее талию, и отключилась. … - Хум, хуум! – Басистая нота, похожая на гудение рояльной струны, вторглась в сон без сновидений, и Лерка разлепила ресницы. Они стояли посреди полосы редколесья; слева тускло поблескивала речная гладь, слева темнела бескрайняя лесная чаща. Сквозь сплетение ветвей просвечивал узкий серпик молодого месяца. - Мы у реки, как раз рядом с тем местом, где я вас повстречал, - гулко пробасил Ветробой, опуская ветви, - просыпайтесь. Спускается туман. Вы найдете, где вам входить в воду? - Найдем, - потрясла головой Соня и принялась осторожно слезать на землю. - Не шумите, - предупредил Ветробой. – Орки поблизости. Я подожду, пока вы уплывете в свой мир. - Арамис, вы ведь видите в темноте! - Лерка оглядывалась. – Фонарь зажигать нельзя… Где наша метка? В сгущающихся сумерках разглядеть шнур на стволе дерева было нелегко. Все четверо медленно шли вдоль берега, но тут Соня споткнулась обо что-то в траве. Раздался металлический лязг. - О! Лерка, наш котелок! – Девушка торжествующе подняла помятую алюминиевую манерку. – Значит, здесь где-то! - Точно, вот и отметина! – Арамис подошел к клонящейся над водой иве. – Здесь. Над водой плыли пряди тумана. Лерка развязала рюкзак и вытащила непромокаемый мешок. - Я вот что думаю, - озираясь, проговорила она, - Атос, у вас ведь еще не затянулась рана… так что надо постараться, чтобы вода ее не коснулась. А то в самом деле неизвестно, куда занесет… - Привяжем к мешку несколько сучьев потолще, получится плотик, - предложил Атос. – Тогда я смогу плыть, погрузившись по пояс. - Идея… Сучьев и валежин вокруг валялось предостаточно. Три из них Лерка забраковала сразу же – они были настолько гнилые, что не удержались бы на воде. Ветробой сделал шаг в сторону леса, гулко пророкотал что-то на неизвестном друзьям языке… Крона огромного бука колыхнулась, раздался звучный треск, и на землю рухнул сухой сук толщиной с хорошее полено. Ветробой без видимых усилий разломил его на три части и опустил рядом с рюкзаком. - Берите. С тремя деревянными поплавками мешок почти не погрузился в воду, и полевые испытания показали, что Атоса он вполне выдерживает. Лерка вытащила нож. - Поторопитесь, - внезапно подал голос Ветробой, - идут орки! Лерка кивнула, чиркнула по предплечью ножом и с плеском вошла в воду. Остальные уже стояли, придерживая мешок. По воде донеслись хриплые голоса – орки приближались. - Скорее! Несколько шагов по дну. Лерка, подсунув ладонь под стропу, рядом с рукой Сони, запрокинула голову. Последний взгляд на небо Средиземья. Какие крупные тут звезды… - Элберет… - прошептала рядом Соня. Течение в Энтовой купели было гораздо тише, чем в Оке. Импровизированный плотик, толкаемый четырьмя пловцами, без труда двигался против него. Хриплое рявканье, топот и лязг раздавались, казалось, уже совсем рядом… и внезапно смолкли, как отрезанные ножом. Туман, пронизанный лунным светом, ничуть не изменился, но от берега наплывала волна неумолкающего звона ночных кузнечиков. Дальний берег тонул в темноте. Лерка опасливо потянула носом – пахло соснами. - Вроде бы дома? - Вроде бы… Они, не сговариваясь, повернули к берегу, и тут в стрекот кузнечиков вплелся еще одни звук – низкий, дрожащий, тянущий одну ноту. - Точно, дома! – выдохнула Соня. – Это ж самолет! Среди мерцающих белых и голубых звезд по темному небу не спеша ползла еще одна – красная. - Самолеты много где есть… - пробормотала Лерка, но больше для порядка. Она уже разглядела знакомый песчаный обрывчик, наклонившуюся сосну… а вон и ее косынка светлеет на дереве. Ноги уже задевали дно. Все четверо встали одновременно и пошли к берегу, волоча за собой мешок. Наконец, тюк с тихим шорохом наехал на мель. Еще один рывок – мешок выволокли на берег и почти одновременно плюхнулись рядом. - Уфффф! – Лерка растянулась на песке. – Слушайте, у нас же получилось! У Сони внезапно задрожали руки. - Скажите мне кто-нибудь, что мне все это не приснилось! - Вас ущипнуть? – ехидно предложил Арамис. - Если вам не трудно… ай! Аббат выполнил пожелание со всей скрупулезностью, на какую был способен, и не без удовольствия. Спасибо еще, что ущипнул он Соню всего-навсего за руку.

Виола: Ох! Ну и как после этого возвращаться в прекрасную Францию к никому не нужным заговорам и ничего не значащим документам? А Атос-таки опять в центре внимания: на одну рану и Лерка, и Гэндальф, и Арагорн, и Хама. Вот же ж харизма)) Последние строчки - прелесть.))

Диана: Калантэ пишет: И единственным, кто рискнул ввязаться в эту мясорубку, - продолжил Арамис, ну мясорубку-то он откуда знает? На кухне у Лерки так понравилась, что сразу ассоциации пошли ?

Калантэ: Диана - а вы считаете, что в 17 веке не знали, что такое фарш? Ну хорошо, я заменю слово. :-) Стелла сделала иллюстрацию! Лунный пейзаж к самому началу. Стелла, спасибо!

Madame de Guiche: Вот здорово! Спасибо Стелле!

stella: И долго они высидят в нашем времени? Только вот " наше время" -это немалый промежуток. Калантэ , и куды они в этот раз влипли?

Madame de Guiche: Калантэ пишет: Самолеты много где есть… - пробормотала Лерка, но больше для порядка. Вот это меня и беспокоит.

S.m.: Калантэ, Вы просто мастер саспенса! Это ж как теперь до завтра не известись - "правильно" их вынесло или "неправильно"?

Камила де Буа-Тресси: До чего же замечательно. Просто прелесть... а как меня ацелас порадовал...! Стелла, мерси, ваша иллюстрация, как всегда прекрасна! Рада, что у вас дошли руки. Смею надеяться на продолжение.

Rina: А самолеты, предположительно, есть и в будущем Звездные войны еще не охвачены! Ну.. герои могут, например, встретить Скайуокера, влюбиться в Падме, побыть падаваном Оби-Вана. Опять же повоевать в Войне Клонов

Диана: Калантэ пишет: Диана - а вы считаете, что в 17 веке не знали, что такое фарш? Ну хорошо, я заменю слово. :-)

Диана: Вот вопрос: если сначала из-за интереса Лерки с Средиземью героев занесло в соответствующий мир, а потом - не то в период ВОВ, не то Звездных воин, то чего дб начитаться в начале фика Арамис, что Врата отправили его с Атосом в 21 век? Вызывает интерес и еще такой разрез: управление У-2 Атос освоит? Он у нас способный... Эк меня занесло, сильнее, чем героев....

Nika: Калантэ, Диана, фарш был точно--в ДЛС Портос предлагал д'Артаньяну попробовать бараньих котлет. Диана пишет: чего дб начитаться в начале фика Арамис, что Врата отправили его с Атосом в 21 век? Стругацких, наверняка .

Диана: Ника, значит, фарш делался вручную. Мясорубку изобрели в 19 веке!!!! А, мб, котлеты вообще делали из целого куска мяса.

Nika: Диана пишет: А, мб, котлеты вообще делали из целого куска мяса. Диана, ну да, только тогда это уже не котлета, это отбивная. Но к тексту это никакого отношения не имеет.



полная версия страницы