Форум » Крупная форма » Двадцать восемь дней лета (продолжение) » Ответить

Двадцать восемь дней лета (продолжение)

Калантэ: Признаюсь, что раздел "крупная форма" выбрала не потому, что оно такое уж крупное, а потому что в остальные разделы как-то не подходит... ну, сами увидите. После длинного перерыва за незаконченный фик браться просто страшновато, нужна разминка, что ли... Ну вот, это она и есть. :-) Жанр - разумеется, ООС, если я все правильно понимаю, разве ж от меня можно ждать чего другого! :-) Все остальное... Автор: Калантэ. Фандом: "Три мушкетера", "Властелин колец" (немножко). Пейринг: Атос, Арамис, авторские персонажи, персонажи "Властелина Колец". Сходство вымышленных персонажей с реальными лицами... Пусть будет случайным. :-) Размер: макси, кажется. Жанр - ООС (ага, я уже предупредила), кроссовер, экшн, попаданцы. Отказ - ну объясните мне кто-нибудь, что это значит? Текст мой, половина персонажей - нет, на права Дюма и Толкина не претендую. :-)

Ответов - 266, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 All

stella: Нет, я все же мирный человек: мне больше нравится, когда друзья никуда не скачут, ни с кем не рубятся, а тихо выясняют отношения.

Ленчик: stella пишет: а тихо выясняют отношения. С кем? ;)

stella: Друг с другом,Ленчик . О любви громко не говорят.

Диана: Мне всегда казалось, что выяснение отношений - самое кровавое дело из всех

stella: Диана , а это уже от темперамента и воспитания зависит. А герои Калантэ - люди интеллигентные.

Виола: stella пишет: мне больше нравится, когда друзья никуда не скачут, ни с кем не рубятся, а тихо выясняют отношения. А мне вот здесь очень нравится, что девчонки перед своими героями предстают в самых разных ипостасях: и прекрасные дамы, которых нужно защищать от хамов, и лекари-хирурги, спасающие и помогающие, и воины, которые практически наравне с мужчинами, и лихие наездницы автогонщицы, и радушные хозяйки, и... много чего ещё. Даёт им Калантэ эту возможность проявить себя. И понятно, откуда близость возникает. Мотивировано, словом, всё. И верится абсолютно. Вот. Спасибо автору ещё раз.

Калантэ: Дамы, приношу глубокую благодарность тем, кто натолкнул меня на идею подсунуть графу "Виконта де Бражелона", а также Рине - за то, что она добавила к этой идее пару деталей. К счастью, больше никаких скверных сюрпризов не произошло. К вечеру Атос проснулся – с почти нормальной температурой, чудовищной слабостью и здоровым чувством голода. Вставать ему Лерка запретила, зная по опыту, что лихорадка может и вернуться, так что графу пришлось удовольствоваться ужином в постели и томиком Умберто Эко. К ночи температура потихоньку полезла вверх, но Лерка была начеку и вкатила пациенту еще одну дозу жаропонижающего со снотворным. - Если граф всегда так издевается над своим организмом, то я перестаю удивляться, что в «Виконте» у него сдало сердце, - сердито сообщила она Соне, когда девушки, убедившись, что гости благополучно отошли ко сну, собрались укладываться сами. – А судя по всему - это его любимое развлечение! - Ну сейчас-то все в порядке? – забеспокоилась Соня. - Сейчас – да, а как ты думаешь, температура за сорок дня эдак три-четыре – полезно для здоровья? – Лерка махнула рукой. – А так бы и было, если б я ее не сбивала. Вот всегда так, чем у человека больше выдержка, тем сильнее он себя гробит… - А я всегда удивлялась, почему у вроде бы идеально здорового и сильного человека так явно оказалось больное сердце, - грустно проговорила Соня. – Кажется, ты права. Если ипохондрик и слабак – получается, что бережется и доживает до глубокой старости с одним только насморком. А если мужик… - Насмотрелась я на таких мужиков в кардиологии, - буркнула Лерка. – Сначала рельсы узлом завязывают и любые проблемы на ногах, а потом, после сорока-пятидесяти… Да пошло оно все! – Лерка стукнула кулаком по подушке. – Плевать мне на причинно-следственную связь и на всякие там временные парадоксы! Я ему все это объясню, вот. Ну, не сейчас, конечно… А роман может заканчиваться как ему хочется! Еще один день прошел вполне спокойно. А на третье утро, зайдя к Атосу, чтобы проверить температуру и поменять повязку, Лерка застала графа стоящим возле книжного шкафа. Арамиса в комнате не было – аббат плескался в ванной (по правде сказать, там он проводил изрядную часть времени). - Граф, я же велела вам лежать! – с разгону начала она и запнулась: Атос держал в руках толстый том в знакомой ей с детства обложке. «Виконт де Бражелон». - Я прекрасно себя чувствую, - начал было Атос и осекся, увидев, как изменилось лицо девушки. – Валери, что слу… Лерка быстро шагнула вперед и почти выхватила книгу из рук у бывшего мушкетера. Секунду они молча смотрели друг на друга. Потом Атос перевел взгляд на томик. - Я правильно понимаю, что это написано о том же, о чем и предыдущее сочинение господина Дюма? – медленно спросил он. - Правильно, - севшим голосом сказала Лерка. – Это продолжение. - Так… - Атос поднял бровь. – Почему же вы так не хотите, чтобы я это прочитал? - Потому что… - Лерка помолчала. – Не стоит заглядывать в свое будущее, господин граф. - Занятно… Следует так понимать, что мое будущее вас почему-то беспокоит? - Вы все правильно понимаете, - неудержимо краснея, отрезала Лерка. – И все равно – вам совершенно ни к чему его знать. - А вы его, надо полагать, знаете. – Атос пожал плечами. – Скажите, Валери, в этой книге есть хоть слово о вас с Софи? - Нет, конечно! – растерялась Лерка. - Тогда следует предположить, что господин Дюма описал вовсе не то, что происходило с нами на самом деле, - усмехнулся Атос. – Не так ли? На мгновение Лерка потеряла дар речи. Логика в этом заявлении была. - Сядьте, пожалуйста, - выговорила она наконец, - мне надо померить вам температуру… и очень вас прошу, обещайте, что не будете это читать! - Если это для вас важно…- Атос опустился на диван. – Хорошо. Это я вам обещаю. Следует признать, что в этот раз Лерка исполняла обязанности врача с несколько излишней поспешностью. Она и сама не знала, почему так разнервничалась, и почему ей так не хочется, чтобы Атос прочитал «Виконта» - в конце концов, может быть, это было бы наилучшим выходом из положения? Но эмоции оказывались сильнее разума. Заканчивая перевязку, она с почти суеверным опасением косилась на полку с «Виконтом». «Не читать-то он пообещал, а вот Арамису подсунуть… Нет уж!» - Ну, что скажете, достопочтенный лекарь? Лерка вздрогнула, сообразив, что уже секунд десять как стоит, уставившись на книжные полки. Граф смотрел на нее с едва заметной улыбкой. - Скажу, что все в порядке, - смущенно кашлянув, ответила она. – Рана заживает, жара нет… впрочем, это вы и сами уже знаете. - Верно, знаю. И думаю, что мы с Арамисом завтра уже можем попробовать вернуться… к себе. - Вы с Арамисом? Кажется, мы договаривались идти вчетвером? Атос вздохнул. - Я надеялся, что вы откажетесь от этой идеи... - С чего вдруг?! – Лерка в очередной раз ощутила, что совершенно ничего не понимает. - …но уже вижу, что надеялся напрасно, - договорил Атос. – Валери, поймите… я не хотел заговаривать об этом при Арамисе, но дело более чем серьезное. Вы, кажется, думаете, что даже если нас все-таки обнаружат и арестуют, вам ничего не грозит? В таком случае, вы плохо знаете Ришелье. - Вовсе я так не думаю, - Лерка пожала плечами. У нее полегчало на душе, как только девушка поняла – граф отговаривает ее не потому, что спешит отделаться от их с Соней общества, а потому, что не хочет, чтобы они рисковали. – И все понимаю. Но поймите и вы, Атос. – Она в упор взглянула на графа. – Я не прощу себе, если с вами что-нибудь случится. Никогда. А если мы как следует все продумаем и сделаем – риск будет минимален. Мгновение Атос молча смотрел на нее, затем опустил взгляд. - Будь по вашему, Валери, - тихо сказал он. …Первая половина завтрака прошла в несколько натянутом молчании. Атос и Арамис время от времени обменивались взглядами, словно никак не могли решиться завести разговор о деле; Соня, чувствуя напряженность, отчего-то избрала объектом вопросительных взглядов Лерку, так что та наконец не выдержала и решительно отставила чашку с кофе. - Ну вот что, - ни на кого не глядя, сказала она. – Я понимаю, что никто не хочет начинать разговор, так что начну его я. Вы спешите к себе, в свой мир, - она мельком глянула на Атоса и Арамиса. – Мы обещали помочь вам вернуться. Я, конечно, посоветовала бы подождать еще несколько дней, пока ваша рана, Атос, не заживет окончательно… - Я почти здоров, - негромко сказал Атос. - Почти не считается… - буркнула Лерка. – Но будь по вашему, как вы сами сказали. Давайте начинать готовиться. Завтра выезжаем. Если бы хоть кто-нибудь в этот момент смотрел на Арамиса, то заметил бы на его лице что угодно, только не радость. …Подходящая к случаю одежда у девушек была, костюм Арамиса тоже годился, оставалось переодеть Атоса – рубашка и кожаная куртка, в которых он прибыл из Средиземья, правда, отлично вписывались в выбранный образ зажиточного крестьянина, но вот сапоги для верховой езды в данном случае не годились. Как и штаны из дорогой ткани, которые, правда, после всех приключений выглядели весьма уныло, но все же сохранили признаки дворянской одежды. Пришлось вновь обращаться к Джулиану – у него, к счастью, нашлись готовые. Полдня прошло за примеркой и подгонкой. - Чего-то не хватает, - пробормотала Соня, придирчиво разглядывая стоящих посредине комнаты мужчин. – Не понимаю пока, чего. - Загара, - сообразила Лерка. – Не могут у крестьян быть такие лица! Да и руки выдают… - Так что же нам делать? – с недоумением спросил Арамис. – Загореть до нужного состояния мы к завтрашнему вечеру мы вряд ли сможем! - А мы вас загримируем… Ну а руки придется как следует измазать в грязи, ничего не поделаешь. Потом отмоете. - Но ведь грим смоется в реке? - Этот – не смоется, - уверенно сказала Соня. – У нас есть такая полезная штука, как автозагар. А если нанести неровно – будет совсем то, что надо. Надо будет еще графу волосы в хвост завязать. И… - И побриться, - вздохнула Лерка. – Крестьянин с усами – куда ни шло, но крестьянин с дворянской эспаньолкой… Через полчаса друзья с некоторым интересом рассматривали в зеркале свои преобразившиеся физиономии. Флакона автозагара как раз хватило, чтобы превратить Атоса и Арамиса в загорелых селян, причем наносившие грим девушки не пощадили ни ушей, ни кистей рук. Сами они за лето успели загореть естественным путем, так что им пришлось надругаться только над ногтями – Соня, скрепя сердце, пожертвовала аккуратным маникюром, а у Лерки, как у всех хирургов, ногти и так были коротко острижены. Пригоршня земли из цветочного горшка завершила дело. - Мало того что я превратился в подобие ягненка, так теперь еще и придется неделю отмывать руки, - с тоской созерцая траурную кайму под ногтями, констатировал Арамис. – Впрочем, сам виноват, пенять не на кого. Атос пожал плечами: его подобные мелочи не волновали. - Во всяком случае, в таком виде нас вряд ли сумеют узнать, - заметил он. – А уж в замке, мой дорогой, у вас будет сколько угодно времени и горячей воды. - Остается туда добраться, - усмехнулся Арамис. …На сей раз Лерка, наученная предыдущим опытом, категорически отмела идею с электричкой и настояла на том, чтобы отправиться на полигон на машине. Помимо прочего, это давало возможность сэкономить силы и время. Уазик загнали в прибрежные заросли, чтобы не маячил на виду. Все четверо держались со слегка преувеличенной деловитостью. То ли каждый думал о своем, то ли еще что, но восхода луны дожидались в молчании – разговор не клеился. Когда, наконец, над водой пополз туман и на реку легли лунные блики – молча, деловито переоделись, так же молча спрятали второй рюкзак на старом месте… Атос огляделся, как бы стараясь запечатлеть в памяти и лес, и луну, и изгиб реки. Арамис, помедлив, достал из ножен нож и, плотно сжав губы, с силой провел острием по левому предплечью. Протянул нож Атосу; тот проделал то же самое и вернул клинок Арамису. - Идемте. Теплая, словно парное молоко, вода приняла четверку авантюристов без плеска. Лерка, выгребая против течения, со странным чувством нереальности смотрела, как крупные капли крови, черные в лунном свете, одна за другой сползают по непромокаемой обшивке гермы, чтобы тут же кануть в темную речную воду. Все четверо молчали, слышался только неумолкающий, бесконечный стрекот цикад. Туман сгущался. Особенно густой клубок окутал друзей непроглядной молочной пеленой, затянув луну словно кисейным покрывалом, течение усилилось, становясь все более плотным и холодным… и они не сразу поняли, что цикад больше не слышно. Неизвестно откуда взявшийся ветер разорвал туман до самой воды, на миг открыв тонюсенький, словно нитка, месяц. Минуту назад он висел почти над верхушками деревьев, теперь – в зените. - Мы уже прошли? – чуть слышным шепотом спросила Соня. - Как будто… То, что река стала горадо уже, было видно даже при таком скудном освещении. Непроглядная тень леса укрывала ее почти целиком, только у дальнего берега чуть серебрилась лунная зыбь, да и ту время от времени скрывал туман. Течение было заметно сильнее, чем в Оке, вода ощутимо холоднее, так что куда-то путешественники явно попали. Над водой, попискивая, носилась летучая мышь. - Если это Беврон, то на левом берегу сейчас будет деревня, - прошептал Атос, прислушиваясь. – Ле-Монтиль, кажется… И мельница на ручье, ее мы не проглядим. - Тсс! – прошипел Арамис. – Свет! Они затаили дыхание: сквозь ветки на дальнем берегу слабо светилось какое-то окошко. Темная груда на берегу вполне могла оказаться той самой мельницей; до слуха друзей донеслось слабое ритмичное поскрипывание и плеск – такой звук могло издавать мельничное колесо. - Что солдаты-то искали, кум? Лерка вздрогнула: голос, казалось, прозвучал прямо над ухом. Атос сжал ее пальцы, призывая к молчанию: течение медленно несло их мимо подобия мостков, на которых смутно угадывались две человеческих фигуры. - Да, говорят, заговорщиков каких-то ловят, кум, - лениво отозвался второй голос. – Вчера ночью в Шитне стрельба была, говорят, на постоялом дворе, вроде бы дело политическое. - Ну! - Чтоб мне лопнуть. - Да какая у нас тут политика? - А мне почем знать? Только солдаты весь день по лесу рыскали, оба берега обшарили. И на мельницу совались. Дескать, чтоб если двух дворян увидит кто, немедля к прево бежать докладывать. Награду обещали. - Дожидайся! – хмыкнул первый. - Награду… Им платят, они пускай и ловят. - Сказали еще, одного вроде подранили. И предупредили, чтоб лошадей им никто не продал. - Дак у нас и лошадей-то на продажу нету... Ну что, кум, пойдем еще по кружечке, пока Арно помол закончит? - А пойдем. Холодает что-то. Тусклое оконце сдвинулось назад и скрылось за деревьями, голоса стихли – кумовья, надо полагать, отправились греться. «Заговорщики» же хранили молчание еще несколько минут. - Проклятье… Я надеялся, что нас уже не ищут! – шепотом выругался наконец Арамис, вновь начиная грести. - Здесь прошли сутки, думаю, поиски в самом разгаре, - так же шепотом отозвался Атос. – Давайте-ка отплывем подальше от деревни, насколько сможем. - Слава Богу, туман не рассеялся… - Д-двух дворян они могут искать до посинения, - Соня неожиданно для себя стукнула зубами – все-таки водичка в Бевроне была холодновата – и усиленно заработала ногами, чтобы согреться. – А вы еще хотели идти вдвоем! - Софи, вам холодно? - Нет, ничего… Однако минут через десять стало очевидно, что если так продолжать и дальше, то пловцы рискуют заработать как минимум насморк. По берегам тянулся густой лес. - Выбираемся, - прошептал наконец Атос. – Здесь мы вряд ли кого-нибудь встретим. От деревни мы отплыли порядочно… Выбраться на берег оказалось делом нелегким – вязкий ил, какие-то корни, тяжелый мешок цеплялся за невидимые в темноте коряги – зато все четверо немного согрелись от усилий. - Как вы думаете, можно немного посветить? – нашаривая клапан гермы, все еще шепотом спросила Лерка. - Можно, я думаю, - откликнулся Атос. – Здесь кругом ни одной живой души, кроме нас. Фонарик поставили на землю, на всякий случай загородив его рюкзаком, по очереди растерлись полотенцем и принялись поспешно одеваться. - Хорошо хоть комаров нет, - воюя со шнуровкой корсажа, проворчала Соня. – Ну что, ждем утра? - Атос, вы представляете, где мы находимся? – Арамис застегнул пояс. - Вполне, - кивнул Атос, натягивая куртку. – Если идти от реки, мили через три будет дорога на Блуа, и где-то поблизости почтовая станция. Только стоит ли нам рисковать и совать туда нос? - Пешком мы будем сильнее привлекать внимание, - пожала плечами Лерка. – Но вам и в самом деле не стоит рисковать. На станцию пойдем мы с Софи. В самом худшем случае нам не сдадут фургон, только и всего. Подождете поблизости, в лесу, поедем – окликнем. Уже светало, когда друзья добрались до опушки леса. За узкой полосой кустарника светлела лента дороги. Атос, шедший впереди, сделал знак остановиться и вести себя тихо. - Ну вот, - вполголоса сказал он, - вон за тем поворотом – почтовая станция. Если вы все еще настаиваете идти туда вдвоем… - Обязательно настаиваем. – Лерка отряхнула подол. – Ждите тут. Давайте только вещи ненужные спрячем, тут как раз заросли подходящие. Рюкзак с герметичным мешком и фонариком засунули поглубже в кусты ежевики, оставив сумку с мокрыми вещами, аптечку и сверток со шпагами. - Ну… с Богом! - Будьте осторожны! Соня перекрестилась. …Ворота станции были приоткрыты. Девушки переглянулись; Лерка напустила на себя простодушно-озабоченный вид и решительно шагнула вперед. Возле дощатой стены сарая возился с телегой невысокий коренастый мужчина; на шаги он оглянулся через плечо, не прекращая своего занятия. - Доброго утра, сударь! – Лерка решила атаковать сразу, не дожидаясь, пока тот начнет задавать вопросы. – А как бы нам с сестрой у вас фургон нанять? - Фургон? – Мужчина выпрямился и отложил перемазанный дегтем соломенный жгут. – Фургон – это можно, только откуда же это вы, красавицы, взялись-то? Вдвоем, да еще пешочком? Соня оглянулась на подругу: вопрос был ожидаемым. Лерка набрала воздуху в грудь: пора было пускать в ход тяжелую артиллерию, пока хозяин не заинтересовался деталями. - Да мы, сударь, из Шемери в Блуа ехали, зачем же пешком-то, в фургоне и ехали, с мужьями, будь они неладны! – затараторила она. – А лучше бы уж пешком да вдвоем, право слово, сударь, одни убытки от этих мужей! Не углядела я, мой глаза-то налил, да и угодил в колдобину, это ж надо было так править… Ну и ось-то и поломал, пропойца, а такой хороший фургон был, только год как на ярмарке купили! А ось поломалась, жалко так, и ведь на дороге-то не бросишь, вот муженька моего и оставили посторожить… а сестрин-то муж пошел кузнеца искать, да нам задерживаться никак нельзя, мы ведь на крестины едем, так ведь разве ж можно опаздывать! Уж мы и порешили – Жан пускай чинит, он парень толковый да надежный, не то что мой, уж повезло Нинет так повезло, а нам спешить надо, на крестины, а ось-то ведь сломалась, целую милю пешком пришлось идти, а нам-то некогда… - Стоп-стоп-стоп! – Смотритель даже затряс головой и попытался махнуть на Лерку жгутом, но вовремя остановился. – Покороче, чего надо-то? - Так фургон! – Лерка невинно захлопала ресницами. - Я ж разве ж не сказала? Нам бы фургон, да с лошадкой, мы ж сами-то его не дотащим цельную милю, а там муженек мой, караулит, а Жан за кузнецом пошел… - Есть фургон, есть! – Смотритель в сердцах сунул соломенный жгут в ведро с дегтем и замахал руками, очевидно, не желая еще раз выслушивать сагу о муженьке и крестинах. – Вам большой? - Да нам бы подешевле, только чтоб до Блуа доехать, на крестины, - закрепляя полученный результат, вновь затарахтела Лерка. – Мой-то и на досках посидит, все одно пьян, ну там соломки постелим, так уж и быть, а Жан за кузнецом пошел, починит да в Блуа догонит, нам же ждать-то некогда… Соня в полном восторге следила, как понемногу очумевает взгляд смотрителя. Он явно был готов на что угодно, лишь бы избавиться от болтливой бабы как можно скорее. - Хватит! Глянь сюда! – Он мотнул головой в сторону каретного сарая. – Такой сгодится? У стены стоял небольшой крытый фургончик, состоящий из дощатого короба на колесах, облучка и холщового полога на трех дугах – обшарпанный, но на вид достаточно крепкий. Никаких сидений внутри явно не предусматривалось, зато короб был щедро устелен свежей соломой. Лерка усиленно закивала. - Годится, как не годится, лишь бы недорого да чтобы ехал шустро, нам ведь… - Знаю, знаю – на крестины! – не выдержав, оборвал ее смотритель. – Не тарахти ты, ради Бога! Тео, поди сюда да запряги! С вас тридцать ливров, пятнадцать залога, коли фургон с лошадью в Блуа на станции вернете – получите залог обратно. - Вот спасибо, так спасибо! – Лерка полезла в поясной кошель. - Хорошо-то как, только уж вы соломки не пожалейте, чтоб отдохнуть можно было, а то нам до Блуа ехать-то неблизко, а нам торопиться надо… Смотритель молча принял деньги, повернулся и так же молча спасся бегством, то есть попросту ушел в сарай и захлопнул за собой дверь. Конюх тем временем вывел из конюшни крепкую гнедую лошадку, сноровисто запряг, подбросил охапку соломы и улыбнулся девушкам. - Ну вот все и готово, езжайте с Богом! Да смотрите, поосторожнее на дороге-то! - Спасибо, сударь, непременно! – Лерка ловко забралась на козлы, Соня устроилась рядом. - Ты править-то умеешь? – прошипела она на ухо подруге. - Приходилось пару раз, - лучезарно улыбаясь Тео, так же прошипела в ответ Лерка. – Не дрейфь, мы ж две дурехи деревенские, если ворота снесем – никто и не удивится! Тем более что содрал он с нас наверняка вдвое… Н-но! Она подобрала вожжи, причмокнула, и гнедая лошадка, к Сониному облегчению, послушно тронулась с места. Вопреки Леркиному прогнозу, ворота они не снесли и даже ничего не задели. Фургон без затруднений выкатился на дорогу, и через пару минут станция скрылась за поворотом. Дорога была пустынна. Лерка натянула вожжи. - Тпру! Карета подана, господа! Вынуждена заранее извиниться - у меня началась совершенно безумная неделя, и я совсем не уверена, что мне удастся выкладывать каждый день. :-( Не ругайте, пожалуйста, и не подумайте, что я забросила - ничего подобного, все под контролем, все продумано, просто банальная физическая нехватка времени и сил, чтобы все это записывать.

stella: Виола , я не верю в супервуменш. Мне нравится, когда женщина остается женщиной, а когда она тянет на себя роль мужчины или хочет уравняться с ним- я не верю. такая уж я. Я вижу таких женщин ежедневно везде- в военной форме и с автоматом на плече, а за плечами здоровенный рюкзак. Это девочки из боевых частей ЦАХАЛа. Они - на равных с мужчинами. И танки водят, и самолеты пилотируют и стреляют, как снайперы. И очень женственны. Но мне жаль , что женщины должны идти против своей природы и становиться воинами. Я вижу в этом страшную необходимость реального мне мира, но не нахожу в этом ничего привлекательного для мужчин. И, между прочим, мужчины, которые с ними служат на равных, не в восторге от их участия. Я знаю, что в меня полетят тапки и гнилые помидоры, но молодость категорична , а старость консервативна.Но вот следующий кусок - с Францией, нравится очень. В особенности. как лерка тараторит. да и момент с книгой - хорош.

Калантэ: stella - хотеть уравняться с мужчиной и быть вынужденной с ним уравняться - не одно и то же... Впрочем, это отдельный спор. И отдельная тема. Могу сказать только одно: не у всех женщин это противоречит их природе. :-) У волчицы тоже есть зубы, и они не для красоты. :-)

Rina: Я уже и забыла об этой идее. Спасибо, Калантэ !

stella: Это отдельный спор, правда ваша. И он ни к чему не приведет: все при своих останутся. Это жизнь такова теперь, что женщина меняет свою природу.

Виола: stella пишет: Мне нравится, когда женщина остается женщиной stella, так и мне нравится.) Я не об этом немного писала. Просто довольно часто в фанфиках авторы ставят своих героинь в такие условия, что им ни женственность, ни какие-либо иные качества проявить негде по сути. Смотрят влюблённо на предмет, который почему-то (вот почему бы?) начинает отвечать взаимностью. Здесь вот как раз в мирной жизни героини вполне женственны (ну в стиле нашего, конечно века: спорить, кто рюкзаки понесёт при наличиии двух мужчин - это отголоски эмансипации ). И страдают, и смущаются, и на штурм предмета не бросаются. Но вот перелёт в Средиземье дал им проявиться иначе, совсем неожиданно - и это тоже здорово. У меня, видите ли, другой пунктик: я не понимаю любовь-удар, когда с первого взгляда и наотмашь. В моей системе координат любовь - это то, что растёт долго, подспудно, от многого и многого длительного пребывания вместе (не пустого, конечно, не нападайте сразу). Калантэ своими выбросами в иную реальность даёт возможность времени уплотниться, они многое и ярко проживают вместе, рука об руку, - и это в каком-то смысле заменяет долгое развитие отношений. И у меня как читателя не появляется чувства надуманности отношений, ибо при всей фантастичности внешней канвы развитие отношений идёт абсолютно реальное. Так могло быть и так бывает в реальности. Вот как-то так )) А женщины, которые самолёты пилотируют - это в "Стариках" опять же можно, как исключение. У них та же мотивация, что у Лерки перед Хельмовой падью. Тоже жизненно при всей сказочности. И за то, что Атос это понял - ещё одно спасибо автору.

Rina: Виола, ну Арамис с Сонькой понятно, а где Вы увидели "Отношения" между Леркой и Атосом? Автор нам тщательно показывает, как я вижу, безответную влюбленность Леры и ... спокойную благодарность и уважение Атоса

Виола: Rina пишет: безответную влюбленность Леры и ... спокойную благодарность и уважение Атоса Вполне себе отношения. Очень перспективные.) Благодарность тоже с маху не возникает, тем более устойчивая. Не говоря уж об уважении. Да и разных вариантов продолжения такое положение сулит кучу. Тем более, что мы это видим только глазами Лерки, позицию Атоса автор держит в секрете, позволяя думать и то, и другое. Кстати, вот из благодарности и уважения самая устойчивая любовь и получается.

Rina: Виола, тут у нас два "лагеря", тех, кто хотели бы увидеть влюбленного Атоса и тех, кто в самом начале выступили за "стойкость". Вы явно за первых

Виола: Rina, вот не задумывалась об Атосе, когда писала. Это были отвлечённые рассуждения. В этой конкретной теме я с радостью приму любое решение автора. Конечно, хочется видеть Атоса счастливым, но если идти за каноном, то я скорее во втором лагере.

Ленчик: Калантэ пишет: Тем более что содрал он с нас наверняка вдвое… За фургон-то, м.б. и содрал, но, имхо, он им еще "бонус" выдал в качестве мега-покладистой лошадки, которая С ПЕРВОГО РАЗА тронулась с места. Дамы, давайте, раз уж оффтопим, помечать "лирические отступления"? Хорошо? stella пишет: Но мне жаль , что женщины должны идти против своей природы У каждой женщины своя природа, давайте это учитывать. И, слава Богу, что сейчас женщины не вынуждены все поголовно сидеть в горнице и вышивать крестиком. Мне все детство долбили о необходимости быть женственной - добились обратного.

stella: Ленчик , а не добились обратного. Нравится вам это или нет, а вы чертовски женственны.

Ленчик: stella, это вы меня на конюшне с тачкой навоза не видели. Верх, блин, женственности. А добились того, что при словах "надо быть женственной" я зверею и швыряюсь на окружающих))))

stella: Ленчик , я вас не боюсь, Это во- первых! А во вторых- лошадиный навоз: это же прекрасное удобрение, на котором цветы хорошо расти должны. А цветы - это так к лицу женщине. Так что женственность и навоз- очень даже совместимы.



полная версия страницы