Форум » Крупная форма » Иной ход » Ответить

Иной ход

stella: Фандом: " Виконт де Бражелон" Размер: макси Пейринг- персонажи " Виконта" Жанр: - а пусть будет... может, повесть?( на роман не тянет) Отказ: Мэтру. Спасибо всем, кто мне помогал и вдохновлял: Диане, Нике, Lys( пусть ее и нет на форуме), Железной маске и, особенно, Камилле де Буа-Тресси за бэту.

Ответов - 301, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 All

Констанс: Стелла, про пассаж графа о том, на что в самом деле может рассчитывать бесприданница Ла Вальер.Ну Вы же знаете как я ее" люблю"

stella: Как ни странно, сама Луиза ни на что не рассчитывала, хотя вокруг нее все считали.))) Это был единственный случай в богатой любовью жизни Людовика, когда его любили по-настоящему.

Констанс: Да , я знаю , что Людовика она любила бескорыстно.Но то как она поступила с Раулем - трусость переросшая в предательство.Правда я не знаю как будет у Вас в фике.

stella: Трусость- да. Но предательством это и не назовешь по-настоящему. Они же не стали мужем и женой. если он себе навообразил, что она ему обещала, так это только потому, что он желаемое принял за действительное. А с другой стороны: что она должна была ему сказать: кого она любит? так это она просто не имела права говорить. А он бы непременно стал допытываться, кто этот счастливчик. Допытываться только для того, чтобы вызвать на дуэль. Ну, и чем бы это грозило Раулю?

Констанс: Луиза имела полное право не говорить Раулю кого она любит и что любит кого-то другого вообще. Она должна была сказать, что НЕ любит Рауля и Не будет его женой. Все. Остальное-ее личная жизнь куда она имела полное право никого не пускать.

stella: Девицы в 17 лет достаточно зрелы, чтобы выйти замуж, но недостаточно самостоятельны. если росли с такой маменькой, как у Луизы.

Констанс: Но в истории с Людовиком у Луизы-этой самостоятельности- хоть отбавляй! И ничто не пугает ни сплетни, ни пересуды, ни открытые угрозы самой королевы- матери!Она идет наперекор всем и всему.А с Раулем не хватило смелости сказать простое , короткое слово -Нет. Или хотя бы написать ему это нет в Англию, чтобы избавить друга детства от прилюдной порки.Вы уже как-то отвечали мне, что она так поступила с Раулем, потому что он стал ей безразличен.Согласна.Но не могут быть безразличны 10 лет дружбы, время проведенное вместе. Не может быть безразлично собственное прошлое , с которым Рауль неразрывно связан. Сказать правду, это не долг Луизы перед Раулем, это ее долг перед самой собой.И тут трусость=предательству.

stella: Собственное прошлое может стать безразлично через энное число лет или в связи с полной сменой обстоятельств. Если новое бытие отвечает всем надеждам, а прошлое в этом свете блеклое и невыразительное- тогда и приходит предательство старых связей. А ее любовь- это смерч. Она уже ничего не видит, кроме этого вихря, но отдается ему. Страх возмездия- вот что ее волнует. И это возмездие она видит только в забвении ее Людовиком.

Констанс: Но ведь понимает же Луиза , что предала Рауля, раз так боиться возмездия.

stella: Понимает, конечно. что это нечестно по отношению к старому другу. Но она ведь надеялась, думала, что это была больше дружба, а не любовь. Она не хотела, боялась верить в это.

Констанс: Как женщина, женским инстинктом, не могла не понимать , что Рауль любит ее совсем не по-братски. Разумом пыталась убедить себя в обратном, успокоить свою совесть.Пыталась оправдать свое трусливое молчание.По отношению к Раулю, Луиза повела себя некрасиво , непорядочно.Я , когда читаю сцену у Генриетты, где принцесса открывает Раулю глаза и при этом с жестоким любопытством наблюдает за его реакцией, это хуже публичной порки!В душу влюбленному человеку, лезут грязными ногами, его горе выставлено на всеобщее обозрение и осмеяние, и все благодаря обаяшке Луизе.

stella: Глава 5. Свадьба. Помолвка, составление брачного контракта, платья — все это проходило для Луизы как сон, леденящий и неотвратимый. Просыпаясь поутру, она трепетала при одной мысли, что еще день прошел и приблизил их с Раулем бракосочетание. Ссылаясь на занятость по службе, она до предела сократила их встречи, держа своего жениха на расстоянии. Бедный виконт, не желая видеть очевидного, все приписывал ее скромности, вполне понятному страху перед предстоящим супружеством и ее благовоспитанности. Атос, которого все эти приготовления приводили в дурное настроение, благоразумно держался в стороне, твердо решив ничего не говорить сыну. Но он все замечал, и неумолимое сознание делало свои неутешительные для виконта выводы. Порой ему хотелось кричать от этих невысказанных предупреждений, схватить Рауля и трясти, пока он не очнется от своих юношеских грез. Для графа и Лавальер время летело слишком быстро, для Рауля оно тянулось невообразимо. Но, как бы по разному не относились к нему наши герои, оно все же подошло к утру того дня, на которое было назначено бракосочетание. Все было готово, все продумано, даже вопрос с домом решился положительно: Рауль получил повышение, и новое жалование позволяло снять приличный дом в Париже. Было решено, что медовый месяц молодые проведут все же в Бражелоне, а потом вернутся в столицу. Атос, чтобы им не мешать, решил уехать в Ла Фер. Состояние лихорадочной деятельности сменилось у него на какое-то отрешенное бездействие. Уже одетый и причесанный для торжественной церемонии, граф де Ла Фер мрачно созерцал свое отражение в зеркале, пытаясь придать своему лицу выражение, приличествующее торжественному событию. Но актер из него всегда был никудышний. Гримо, одетый по такому случаю не в ливрею, а в нарядный камзол, глядя на барина, только поглаживал свою эспаньолку: Атос был не в себе, Гримо это знал. Их взаимная с хозяином неразговорчивость совсем не исключала полного взаимопонимания; Рауль был дорог Гримо не меньше, чем графу и он отлично видел все подводные камни этого предстоящего брака. Но все, что он мог сделать в данной ситуации, это заботиться о хозяине пуще прежнего. Венчание проходило в церкви Сен-Сюльпис, с которой у Атоса были связаны воспоминания молодости. Если бы это все зависело от него, он вообще бы ограничился минимумом гостей и всю церемонию предпочел бы видеть в часовне Бражелона. Но мадам де Сен-Реми настаивала на Париже, Раулю тоже хотелось, чтобы все происходило в столице, и граф выбрал Сен-Сюльпис. Все время, которое потребовалось для обряда бракосочетания, он не спускал глаз с молодых, жадно ища на лице Лавальер хоть каких-то признаков счастья или, на худой конец, удовлетворения. Но невеста была призрачно бледна, не поднимала глаз, а когда жених коснулся ее губ в поцелуе, она едва не лишилась чувств. Атос в эту минуту случайно встретился взглядом с находившимся рядом с ним д'Артаньяном, и тот поспешил отвести глаза. Проницательный капитан даже покраснел от досады, и эта краска на лице друга превратила сомнения Атоса в уверенность. Но было уже поздно: церковное таинство свершилось. Когда к молодым стали подходить с поздравлениями, приглашенные совсем заслонили от графа чету молодых. Он потерял их из виду и когда, наконец, вышел из церкви на воздух, толпа гостей уже почти разошлась. Атос грустно улыбнулся: Рауль был настолько счастлив, настолько опьянен, что даже не заметил отсутствия отца. Ну, что же: это реальность... Теперь он обязан уйти в сторону, не мешать сыну строить свою жизнь. Он оглянулся вокруг: рядом был только Гримо, д'Артаньян и Портос, бывшие в числе приглашенных, куда-то исчезли. Атос кивнул Гримо, и не спеша направился по улице к себе домой: до вечера, на который был назначен свадебный обед, у него было достаточно времени. Только что отделанный особняк не блистал показной роскошью, зато поражал обилием цветов, изяществом отделки и скромным достоинством. Больше они ничего не смогли успеть до свадьбы: времени было в обрез и Атосу пришлось проявить массу изобретательности, чтобы за такой короткий срок превратить снятый дом в изящное жилище для молодой пары. Лавальер, вокруг которой суетились подруги — Ора де Монтале и Атенаис де Тоннэ-Шарант, выглядела так, словно она вот-вот упадет в обморок. Атос нашел сына в его кабинете: виконт заканчивал свой туалет. Увидев графа, он вскочил ему навстречу. Атос был бледен и рассеян, он словно забыл, зачем пришел к сыну. - Граф, простите меня, я поздно заметил, что вас нет рядом! Я так вам признателен за вашу заботу. - Виконт, привыкайте, что вы теперь глава семьи и отвечать вам придется не только за себя и своих подчиненных, но и за свою супругу. А это, порой, бывает еще сложнее. - Атос невесело улыбнулся, но Рауль, весь во власти новых мыслей и забот, не заметил состояния отца. За столом Атос сидел между Портосом и д'Артаньяном и старательно потчевал друзей, не забывая и самому следить, чтобы его бокал не пустовал. Д'Артаньян это заметил, как заметил и напряженные взгляды друга в сторону сына и невестки. Это было так похоже на Атоса мушкетерских времен, что капитан поневоле насторожился. Теперь и он не спускал глаз с молодых. - Что-то невеста бледнее своего подвенечного убора, - тихонько шепнул он на ухо другу. - Ее так пугают радости брака? Атос хмуро посмотрел на товарища и вместо ответа залпом допил вино в бокале. - Скажите, д'Артаньян, что вы думаете об этом союзе? - без обиняков спросил он. «А наш Атос и вправду пьян, раз он задает мне такой вопрос прямо сейчас, - подумал капитан. - Дело плохо.» - Вы хотите знать мое мнение, Атос? - Да! - В таком случае я отвечу вам так же прямо: я считаю, что Рауль поспешил. - А, так вы тоже не видите ничего хорошего в этой женитьбе! - Я думаю, что невеста слишком молода и... вы разрешите мне быть откровенным, дорогой друг? - Я прошу вас об этом, Шарль! - Луиза де Лавальер не такая уж находка для виконта де Бражелона. Он зря спешил: никто не стал бы ее выхватывать у него из рук. Можно было подождать год-другой. - Рауль в этом не был уверен. - Она — ребенок. - Она всегда была для него ангелом небесным. - Атос сжал зубы. - Здесь невыносимо душно. Д'Артаньян, за домом есть небольшой сад: выйдем, пройдемся. Я тут положительно задыхаюсь. - Милый друг, вы попросту опьянели, - рассмеялся капитан. - Опьянел? Кажется, вы правы, - Атос встал из-за стола и покачнулся. - Могу я позволить себе такое на свадьбе сына? - Можете, Атос. Обопритесь на меня, хотя и я, кажется, не очень тверд в ногах. И два старинных друга, поддерживая друг друга и старательно обходя толпу гостей, спустились в сад. На воздухе они быстро протрезвели и теперь, усевшись на скамью, поглядывали друг на друга со смущенной улыбкой. - А Портос? - вспомнил д'Артаньян. - Он увлечен застольем. Если он захочет, он нас найдет. - Я не вижу Арамиса. Что-то случилось?. - Нет, все нормально. Рауль писал ему, но Арамис занят своей епархией и не смог отлучиться ни на день. - Чтоб Арамис не смог вырваться на свадьбу сына своего лучшего друга? Атос, тут что-то не то, - усомнился капитан. - Этот хитрец что-то затевает, уверяю вас. Атос промолчал, он не стал бы в любом случае объяснять, что все дело в их личных отношениях. Арамис старался избегать Рауля, и Атос не хотел заставлять д'Эрбле лишний раз видеть виконта. - Атос, вас что-то беспокоит?- помолчав, спросил капитан.- Вы какой-то на себя непохожий. А если точнее, что-то вы слишком мне напоминаете одного мушкетера, который не верил женщинам. - А я и теперь им не верю, Шарль, - и граф безнадежно махнул рукой. - Вы ждете от них какого-то подвоха? - Не знаю, что вам и сказать; Луиза не из тех, кто способен быть двуличной или вести какую-то игру, но вот ее матушка!.. не вызывает она во мне доверия: я знаю ее уже лет тридцать и все эти годы я старался держаться от нее подальше. Неприятная особа, что и говорить! - Ну, дорогой друг, вам с ней не жить. Да и Рауль, если захочет, всегда сможет избегать контактов с тещей. Лучше скажите, что вы будете делать дальше. - Уеду в Бражелон или в Ла Фер. Бражелон надо подготовить к тому времени, когда госпожа виконтесса пожалует туда с будущим потомством. А со временем переберусь окончательно в Ла Фер: замок требует забот, я его основательно подзапустил. - И что вы там будете делать в одиночестве, Атос? - Мне никогда не бывает скучно наедине с природой. А в Ла Фере чудесные леса. К тому же, меня теперь не преследуют призраки прошлого. А еще я буду ждать в гости вас, моих дорогих друзей. Если доживу, займусь со временем и внуками. - У вас обширные планы, дружище, - улыбнулся капитан. - Стариковские планы, я отлично это сознаю. О, смотрите, гости обнаружили, что здесь есть сад и через десять минут здесь будет не протолкнуться. Давайте удирать отсюда. - Вам уже лучше, Атос? - А вам? - лукаво улыбнулся граф. - Пошли наверх. Рауль, наверное, уже заметил наше исчезновение и теперь беспокоится, куда мы пропали. Но молодых в зале не было: они удалились к себе в опочивальню.

stella:

stella: Констанс , пойдем в тему о Рауле.

Rina: Стелла, это прекрасно и очень изящно написано! Спасибо, доставили удовольствие

Констанс: Стелла, написано очень хорошо и тонко.И как будто картинами.Иллюстрация- замечательная!Только жалко , что счастлив один Рауль, про ледышку Луизу не говорю, но и друзьям невесело. И Арамиса нет. А так хотелось увидеть их всех вчетвером вместе и счастливыми!А вообще видно , что Вы любите своих героев и сопереживаете им - и это очень подкупает.

stella: Счастливыми,Констанс , их делали многие и без меня. Поскольку это очень льстит читательницам, я, из духа противоречия, буду делать их несчастными. Что-то я у Дюма не заметила, чтобы все от счастья таяли. Честно говоря, не верю сказкам со счастливым концом, хотя почитываю такие и даже с удовольствием. Но писать так боюсь: было пару попыток с сахарным финалом.

Констанс: По- моему у Дюма , атмосфера счастья разлита в самом воздухе повествования, когда вся Четверка вместе и в добром согласии.

stella: Это не в Виконте. А я говорю о последней книге.

Констанс: Да , не в ВдБ- тут Вы полностью правы.И вообще, как автор, Вы имеете полное право на любую коллизию.Но счастья хочеться все равно.Пусть даже и в книге.



полная версия страницы