Форум » Нас четверо! » Primus inter pares » Ответить

Primus inter pares

Rina: Найти тему, на которую еще мало написано, дело довольно сложное. Одна из сюжетных линий мало описанных в фиках, но от этого не менее интересная - английская "кампания" четверки мушкетеров по спасению короля Карла I Стюарта. Давно у меня была идея попробовать захватить этот период и заглянуть немного глубже и дальше, представить себе, а как могло бы быть, если... В общем, смотрим, что получилось. Фандом: "Двадцать лет спустя" Герои: четверка, Карл Стюарт, остальные герои будут добавляться по ходу, так как фик пишется в режиме "реального времени" Размер: пока миди Жанр: все же ООС Отказ: все права Мастеру Статус: незакончен Благодарность: автор благодарит Калантэ за вдохновение и Madame de Guiche за сверхтактичные грамматические поправки [more]русская языка сложная, ага[/more]

Ответов - 194, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 All

Rina: Январь 1647 года выдался ветреный и промозглый. То и дело принимался лить ледяной дождь, к вечеру переходящий в липкий мелкий снег. В королевском лагере царило если не уныние, то необыкновенно мрачное напряжение. Король Карл Стюарт вел переговоры с шотландцами. Переговоры шли плохо, затягивались многократно, откладывались по каким-то странным предлогам. Король чувствовал себя неуютно в обстановке плохо скрываемой враждебности, но другого шанса снова поднять войска под своими штандартами у него не оставалось. Он терпел завуалированные унижения королевской чести ради своего дела, которое почитал наиглавнейшим в жизни. Сложные дни, которые вот-вот должны были решить судьбу короля, скрашивало Карлу только присутствие «его французов» и Винтера. Благодаря им, он чувствовал круглосуточную поддержку. Двое французских дворян, друзей, прибывших на помощь из Франции, бросив свои дела, были источником веры в то, что кто-то еще помнит о короле-изгнаннике и молится о его судьбе. Сами французы пребывали в странном настроении. По зрелому размышлению оба понимали, что ситуация, если и не безысходная, то весьма и весьма неперспективная. Никакого политического веса они, разумеется, не имели, и максимум, что могли делать - защищать короля чисто физически с помощью банального оружия. А в большой политической игре на нем далеко не уедешь… Каждое утро в лагере начиналось примерно одинаково. Свита и приближенные короля пытались создать ощущение «прежнего порядка вещей», как они называли это между собой. Утренний туалет короля, брадобрей, завтрак в присутствии приближенных и офицеров, доклады. Как важно было Карлу I Стюарту сохранять этот самый пресловутый «порядок вещей», ему – блюстителю абсолютной королевской власти. Граф де Ла Фер и аббат дЭрбле были обязательными и желанными гостями на этом «празднике во время чумы». Отношение короля к двум французам, посланным его супругой и дочерью, поначалу было настороженно отстраненное. Слишком много смешалось к тому времени в голове и душе Карла Стюарта, победы и поражения, сторонники и предатели, дворянство и простой народ, духовенство и военные. Все требовали чего-то, ждали, жаждали. Новым людям в душе короля места уже почти не оставалось. Да и доверять как прежде Стюарт постепенно разучился. Атос, видя напряжение короля, старался говорить с ним как можно меньше, и как можно спокойнее, появляясь только тогда, когда того требовал этикет или обстоятельства. Именно это молчаливое служение, смешанное с необыкновенным чувством собственного достоинства, постепенно и заинтересовали короля. Этот красивый, благородный французский дворянин, с проницательными серо-голубыми глазами, становившемся в минуты раздражения или опасности стальными, с легкой проседью в волосах, с безупречной военной выправкой и манерой держаться как у принца крови, спокойным глубоким голосом и безупречным английским языком – заставлял короля постоянно задерживать на нем взор. Его друг, аббат переодетый в военное платье, с красивым лицом умного и посвященного иезуита, был чуть менее сдержан в своих жестах, поведении, взглядах. Было заметно, что ему не терпелось действовать, вступать в бой, прокладывать себе и попавшему под его опеку королю дорогу шпагой и хитростью. Эти двое стоили целого полка. Постепенно король стал то и дело задерживать подле себя французов. Беседовать с ними, в особенности много с графом, который лучше говорил по-английски, чем его товарищ. И хотя король владел французским языком, но побеседовать на родном, да еще и с человеком, который говорит на нем абсолютно свободно, будто полжизни на нем общался, было для короля особенно приятно. Очередное утро еще только загоралось. Над лагерем лежала легкая дымка, порождение костров, факелов и перепада температуры в низине, где был разбит лагерь. В палатке французов, которая была расположена в непосредственной близости от королевского шатра, было тихо. - Атос, вы уже не спите? – Арамис потянулся и сел на походной кровати. – Как вы умудряетесь просыпаться раньше меня, воспитанного в монастырской строгости? - Поверьте мне, дорогой друг, я не специально. – ответил Атос, уже полностью одетый и вооруженный. – Обстановка лишает меня сна. - Да уж, - хмыкнул Арамис, поднимаясь и направляясь к кувшину с водой, чтобы умыться. – Обстановка не располагает к глубокому долгому сну. Как вы думаете, граф, долго короля еще будут держать вот так вот между небом и землей? - Увы, Арамис, я думаю, что судьба короля решится в ближайшие недели. Мне не нравятся наши шотландцы. – вздохнув, ответил Атос. - Подозреваю, что в больше степени вам не нравится наш граф Ливен, не так ли? – мрачно улыбнувшись, заметил аббат, одеваясь. - Вы как всегда правы, мой друг. - Что ж, мы можем очень легко и просто избавить нашего короля от этого господина. Случайная ссора и опля… нет графа Ливена больше с нами… - с этими словами Арамис звонко вставил шпагу в ножны. - Я всегда подозревал, мой друг, что вы тот еще грешник, не смотря на сан священника, но что вы потенциальный самоубийца… даже не думал. – Атос грустно улыбнулся и откинул полог палатки. На улице было по утреннему промозгло. Атос и Арамис машинально замотались в плащи и надвинули шляпы поглубже. Ветер нещадно трепал перья шляп. До королевского шатра было всего с пару десятков шагов, поэтому друзья проделали их почти бегом. Даже закаленные солдаты, коими они являлись, не шибко жалуют такую погоду. Король сидел в своем походном кресле, мало напоминающем трон, и подставлял правую щеку своему брадобрею, который тщательно и благоговейно брил его величество. Возле Карла еще оставалась горстка преданных его королевскому дому слуг и дворян, которые даже в походных условиях вели себя так, будто находились по прежнему при дворе. - Доброе утро, ваше величество! – сказал Атос с порога, отвешивая элегантный поклон. Арамис последовал его примеру. - А, господа, рад вас видеть в добром здравии! Присоединяйтесь к нашему завтраку, вот здесь пиво, хлеб и мясо. Не богато, конечно, но лучше, чем ничего, не правда ли? – король махнул рукой на уставленный простой едой в глиняной посуде и кувшинах стол. - Благодарим, ваше величество, с удовольствием примем ваше приглашение. – поклонился граф. - Что у нас в лагере нового? Каково настроение? – король обтер салфеткой лицо. - Пока без перемен, ваше величество. – ответил Атос. - Это не такая уж плохая весть, не так ли, граф? Стабильность даже в плохом состоянии важна. – Карл встал, взял кружку пива. – А где мой Винтер? - Я здесь, ваше величество. – запыхавшийся Винтер вошел в шатер. Видимо шел он быстро и долго. - Присоединяйтесь к нашему завтраку, Винтер. - Благодарю, ваше величество, я не голоден. - Вас что-то тревожит, Винтер? – король прямо посмотрел на своего друга. - Не что-то, а кто-то, ваше величество. Вы! - Чем же? - Вашим спокойствием… - лорд Винтер тяжело вздохнул. Король поставил пиво обратно, не отпив и глотка, прошелся по палатке, заложив руки за спину. Потом остановился напротив лорда и положил ему руку на плечо. - Чему быть, того не миновать, Винтер. Я знаю, что наше положение шаткое, но я постараюсь провести переговоры в этот раз так, чтобы мы снова смогли выступить. - Со щитом иль на щите… - блекло улыбнулся лорд Винтер. - Именно. – Карл кивнул и еще крепче сжал плечо своего друга и преданного слуги. Королевский завтрак был окончен, король Карл жестом отпустил всех присутствующих и углубился в чтение депеш. Атос, Арамис и лорд Винтер медленно двинулись по лагерю в сторону большой палатки шотландцев, где располагался штаб графа Ливена. - Они снова затягивают переговоры, господа. Граф Ливен вчера вечером сообщил, что ждет срочного письма и никак не может окончательно дать ответ королю о поддержке со стороны Шотландии. – мрачно заговорил Винтер, останавливаясь. – Граф сторонник ковенантеров, надежды на его лояльность у меня мало. Реставрация не в его интересах абсолютно. - Но чего же тогда ждет король, Бог мой! – воскликнул Арамис, зябка кутаясь плащ. – Смерти? - Не могу сказать вам этого, господа, мой долг – находиться подле моего короля до последнего… - Винтер опустил голову. – Но вас-то никто не держит! Вы лишь посланники королевы, попытка спасти ситуацию и вместе с ней короля вам не по силам. Самое благоразумное, что вы можете сейчас сделать, пока мы имеем относительную свободу передвижения – взять у короля верительные грамоты, письма для ее величества и уехать из Англии. Атос все это время стоял, внимательно наблюдая за активным движением возле шатра графа Ливена, шотландские офицеры то входили, то выходили из него, а заприметив лорда Винтера и двух французов, постарались побыстрее разойтись кто куда. - Увы, дорогой друг, - промолвил Атос медленно, будто возвращая себя к разговору с трудом. – Но мы не можем позволить себе такой роскоши. С того момента, как мы приняли миссию, возложенную на нас ее величеством английской королевой, мы не принадлежим себе. И наша задача, как и ваша, сделать все возможное. Потому что мы дали королеве слово спасти ее короля. - Вы уникальные люди, господа… это не ваша родина, не ваш король… рисковать жизнью.. ради чего? – Винтер потер виски и скрестил руки на груди. - Primus inter pares, - отозвался Арамис. – Король для нас всегда остается королем, а мы всегда остаемся дворянами, защищающими честь короля. Не важно Англия это или Франция…К тому же, мы получили приказ от королевы, в жилах которой течет французская кровь. Это большая честь для нас, служить дочери Генриха IV. Атос с благодарностью глянул на аббата. Его мысли витали где-то в другом месте и, судя по все еще устремленному вперед взору, витали они возле штаба графа Ливена. - Что ж, господа, я на время откланяюсь, мне нужно дать еще несколько распоряжений и вернуться к моему королю. – лорд Винтер слегка поклонился и зашагал к своей палатке. Атос и Арамис проводили его взглядом и свернули с дороги, на которой они так хорошо были видны шотландцам, в сторону, за палатки. - Ну, и что вы на все это скажете, дорогой граф? – чувствовалось, что раздражение Арамиса нарастает. Его всегда выводило из себя бездействие и подвешенное состояние, тогда как Атос напротив впадал в философское настроение. – Даже Винтер не питает особых надежд на благополучный исход нашего дела. Может быть послушать его доброго совета? - Арамис, думаете мне так уж хочется погибнуть в эпицентре английской гражданской войны в борьбе с этими пуританами – пивниками? – внезапно с некоторым раздражением ответил Атос. – У меня предостаточно дел в Париже и в Бражелоне. Но покинуть короля сейчас мы не имеем права. Так что эту тему больше обсуждать не будем. Лучше давайте подумаем, что нам делать дальше. - А что нам делать? Только ждать. – пожал плечами Арамис. – Все уступки, которые король мог сделать, он уже сделал. - Нам нужно внимательнее следить за тем, что происходит в штабе шотландцев, последние несколько дней они слишком часто совещаются, и слишком редко допускают на свои совещания короля. Как бы абсурдно это не казалось. - Что вы предлагаете, Атос? Следить за ними? Фи… - Арамис скривил красивое лицо в презрительной гримасе. - Да хоть бы и так. – нахмурил брови граф де Ла Фер. Арамис с удивлением посмотрел на своего друга, для которого в иной ситуации такое действие, как слежка или подслушивание чьих-либо разговоров было делом немыслимым. Но решимость Атоса не поддавалась никаким сомнениям. - Ладно, граф, я пойду погуляю возле наших «друзей» шотландцев, пообщаюсь с ними, если получится. А вы пока… - А я пока схожу к королю. – подытожил Атос, друзья обменялись рукопожатием и разошлись в разные стороны. Король Карл писал письмо, скрипя пером по бумаге и, то и дело, обмакивая его в походную чернильницу, когда слуга доложил о приходе одного из французов. Король жестом приказал впустить гостя, и на пороге появился Атос, изящно поклонившись. - Аааа, граф, проходите, проходите, рад вас снова видеть. Недолго вы гуляли, однако, видимо в лагере не происходит ничего интересного? - Абсолютно ничего, ваше величество. Тишина. – ответил Атос, приближаясь к королю. - Ну, что ж, тогда присаживайтесь и давайте побеседуем. - Благодарю вас, ваше величество, я постою. – скромно сказал Атос с поклоном. - Нет, нет, присаживайтесь. – запротестовал Карл, указывая жестом на стул подле себя. - Хотите вина или пива? – поинтересовался король, кивая на стол, на котором на этот раз стоял только кувшин с вином, а в углу палатки притулился небольшой бочонок с пивом. - Благодарю вас, ваше величество, право не стоит, - начал было Атос, но увидел, что король не ждет отказа, продолжил. – Если позволите, то вина. - Ах, дорогой граф, не смущайтесь, - добродушно рассмеялся Карл. – Мне прекрасно известно, что французы на дух не переносят пиво. Но мы англичане в лучшем положении в сравнении с вами, французами. Мы-то пьем и то, и другое. Король позвонил в колокольчик и в палатку вошел его верный камердинер, разлив в походные кружки красное вино, он также молча и тихо удалился. Король проводил его грустным взглядом. Его камердинер был одним из немногих, кто напоминал о прежней счастливой жизни…

Madame de Guiche: Rina требую продолжения! Ах, черт возьми, я чувствую, что сегодня опять не сделаю уроки!)

Калантэ: Ура! Склад! Рина, спасибо! Кстати, тема в самом деле мне нигде не попадалась, а ведь тут такое завернуть можно... и чисто психологически очень интересно, и интрига, и... В общем, это прекрасная идея!

Черная Кошка: Боязливо тянет руку: - А м-можно тапочек? Rina пишет: разлив в кружки, из которых доселе пили пиво, красное вино Вино в кружки из-под пива... Как-то это... Не так как-то. Может, он их хоть сполоснул?

Rina: Черная Кошка, возвращаю тапочек обратно, поскольку мы с Вами, королем и бывшими мушкетерами находимся в полевых условиях, тут не до хрустальных бокалов (сие мы выяснили опытным путем в прошлом моем фике вместе с госпожой Калантэ)

Виола: Ох, вот и я тоже!)

Калантэ: Rina - по-моему, имелось в виду, что вино налили в немытые кружки! И тут я, между прочим, присоединяюсь. :-) Надеюсь, кружки все же были ополоснуты! Иначе это будет та-акой букет...

Rina: Калантэ, ну, чтобы всем было хорошо и не противно читать, я исправила на нейтральный вариант Какие все изнеженные, ужас просто

Черная Кошка: Калантэ пишет: имелось в виду, что вино налили в немытые кружки! Вот-вот! А в остальном - все отлично! Жду продолжения!

stella: Очень многообещающе,Rina . Один момент пока заметила: поклон разве может быть элегантным( это же не наряд)?

Rina: stella, спасибо. Сложно сказать, в литературе я пару раз встречалась с таким словосочетанием...

stella: Rina , мне только сказали, что это возможное словосочетание. так что мой вопрос снят.

Rina: *** - Я эту гадину придушу рано или поздно… - зло сквозь зубы проговорил ДАртаньян, возвращаясь к Портосу, который ждал его возле пушек. - Что опять случилось? – Портос находился в благодушном настроении. - Ничего особенного. Мне просто противно на него смотреть, слушать и находиться рядом с ним. От него каким-то могильным холодом веет, не замечали? - Вы стали слишком впечатлительны, друг мой. – Портос пожал богатырскими плечами и отвернулся, глядя в сторону видневшегося вдалеке королевского лагеря. - Не могу отделаться от того, что наши друзья так настойчиво предостерегали нас в отношении его.... –задумчиво проговорил ДАртаньян. - Долго мы тут еще будем стоять? - Нет, максимум пару дней и король будет пленен Кромвелем. - Ого, откуда такие точные сведения? - От Кромвеля. – ответил гасконец. В этот момент к ним подъехал шагом всадник и отсалютовал приветствие, не сходя с коня. - Господа, рад вас видеть! Скучаете? – спросил он. Это был бледный молодой человек, со светло-русыми волосами и блеклыми голубыми глазами. Голос его заставил вздрогнуть ДАртаньяна, а Портоса развернуться навстречу. - Изучаем обстановку в лагере противника, господин Мордаунт. – пробасил Портос, заметив, что гасконец меньше всего хочет сейчас говорить. - А что же вы так быстро ушли от Кромвеля, господин ДАртаньян? Ваше пиво так и осталось недопитым. – обратился Мордаунт к гасконцу, спрыгивая с лошади. - Посчитал, что я стал лишним во время такого важного разговора, который начался. – еле сдерживая раздражение, ответил ДАртаньян. Но справившись с подкатывающим чувством неприятия, гасконец беспечно спросил, – Я пропустил что-то важное? - Да… - Мордаунт растянул свои тонкие бледные губы в злой улыбке. – Мы выступаем завтра на рассвете. - Отличная новость! – Портос неожиданно хлопнул молодого человека по плечу, от чего того слегка пошатнулся. – Наконец-то драка! А то мы тут простаиваем почем зря. - Не беспокойтесь, господа… - потирая плечо, проговорил Мордаунт. – Господин кардинал останется вами доволен. - Об этом мы беспокоимся в наименьшей степени. – слегка высокомерно заявил ДАртаньян, отворачиваясь от Мордаунта. - Ну да, ну да… конечно… - пробормотал себе под нос молодой англичанин, легко вскакивая в седло. – До встречи! Завтра будет дело! Он резко пришпорил своего коня, и тот в несколько скачков унес его прочь. Портос проводил всадника сложным взглядом, в котором читалось презрение и настороженность. ДАртаньян даже не потрудился повернуться. *** Атос медленно шел по лагерю, в поисках Арамиса. Уже на подходе к шатру графа Ливена, он услышал какую-то возню за палатками. Прислушавшись, он расслышал голос Арамиса. - Сударь, вы продолжаете настаивать на том, что мне и моему другу не позволено приближаться к штабу графа и побеседовать с ним от имени короля? – голос Арамиса звенел напряжением. - Простите, господин дЭрбле, но таков приказ графа, в настоящий момент и до конца этого дня он никого не принимает, у него военный совет. – голос с сильным английским акцентом отвечал Арамису. - Военный совет? Но разве не касается это короля, господа? - На этот вопрос мы не уполномочены отвечать! - Что за страна у вас такая, где какой-то граф может не пускать к себе короля?! – возмущенно воскликнул аббат. Атос посчитал, что пора вмешаться, потому что голос Арамиса начинал повышаться, и знакомые нотки последней стадии раздражения красноречиво намекали на назревающий конфликт. - Господин дЭрбле, я уверен, что эти господа ни в чем не виноваты и лишь выполняют приказ командования. – мягко произнес Атос, выходя из-за угла. - Ах, граф, вы как всегда вовремя! Пусть меня и не допускают до графа Ливена, но получить ответ на свой вопрос от этих господ я все же хотел бы. Как так может быть, что простой дворянин ставит себя выше короля? Я считаю, что это оскорбление королевской чести, а вы как думаете? - Вы не имеете права вмешиваться! – воскликнул шотландский офицер, стоявший напротив Арамиса, двое других стояли поодаль и переглядывались. Они не говорили по-французски, поэтому не понимали слов, но понимали интонации. Их руки покоились на эфесах, готовые в любой момент выхватить шпаги из ножен. - Я имею право услышать ответ на свой вопрос! – зло бросил Арамис, отступая на шаг от собеседника. Атос понял, что Арамис во что бы то ни стало решил затеять драку. Аббат уже несколько дней с трудом сдерживал раздражение и ему не терпелось выместить его на ком-нибудь. Шотландские офицеры попали под горячую руку. Нужно было спасать положение. - Господа, простите моего друга, мы все напряжены последнее время и переживаем за будущее вашей страны и короля. – произнес Атос по-английски, оттесняя Арамиса от шотландцев, которые нахмурились и приготовились отражать нападение. – Предлагаю забыть это небольшое недоразумение и разойтись с миром. - Сэр, в ваших словах слышится мудрость. – более спокойным голосом ответил шотландский офицер, кивнув. И добавил, - Чего явно не достает вашему товарищу. Имеем честь, господа… Арамис при этих словах дернулся в сторону шотландца, но Атос железной рукой схватил его за плечо и сжал с такой силой, что Арамис побледнел. Шотландцы ушли, оглянувшись еще раз на французов, присутствие которых в лагере вызывало только недоумение. - Арамис, вы с ума сошли? – Атос резко обернулся к другу, глядя ему прямо в глаза. – Вы что творите? Мало у короля неприятностей с этими прохвостами? - Атос, не надо учить меня, как мне себя вести с наглецами, не уважающими королевскую власть! – глаза аббата блеснули. – Если вы решили превратиться здесь в робкого агнца, то я своим принципам изменять не желаю! Можете и дальше раскланиваться с шотландцами, которые просто издеваются над Карлом, и дальше! Атос отступил от друга на шаг, скрестил руки на груди, опустив голову. - Мы впутались в эту историю и как последние школяры сидим и ждем сами не знаем чего! - продолжил Арамис. - Мы в чужой стране, с ужасным климатом и в еще более ужасном положении. Спасти Карла мы не можем, он сам загнал себя в эту политическую ловушку. Единственное, что мы можем – охранять его честь. Но даже это вы не даете мне делать! Что с вами случилось? Уж не страх ли перед господином Мордаунтом сковал вашу волю?! Атос вскинул голову и сдвинул брови так, что взгляд его стал поистине грозен. Пожалуй, никогда еще Арамис не видел у графа такой взгляд, обращенный на друга. Взгляд, не предвещающий ничего хорошего. Рука Арамиса невольно легла на эфес шпаги. - ДЭрбле, прекратите немедленно… - холодно и с расстановкой произнес Атос, не шевелясь и продолжая смотреть в глаза другу. - Атос, - начал было Арамис все таким же гневливым тоном, но вдруг запнулся, провел рукой по лицу, будто смахивая какое-то наваждение, и прошептал, - Простите, господин граф, простите меня великодушно… я не смел так говорить с вами. Арамис отступил и почтительно поклонился. Он понял, что задел в душе друга что-то очень болезненное, что доставляет ему неимоверные страдания, и вместе с тем в своем запале практически оскорбил его. И сейчас перед ним стоял не бывший мушкетер, не друг его полковой по имени Атос, а граф де Ла Фер, почти принц крови, который только неимоверным усилием воли заставлял себя сдерживаться. И если на Королевской площади граф переломил собственную шпагу об колено, приказав Арамису сделать то же самое, не желая скрещивать оружие с близкими друзьями, то в эту минуту лишь мгновение отделяло Арамиса от поединка.

stella: О,Rina , наконец я увидела того Атоса, который похож на графа де Ла Фер! Мой вам поклон! Это мне подарок, честное слово!

Черная Кошка: *задыхаясь от избытка чувств* Чувствую я, что и это творение утащу в свою коллекцию, если, конечно, многоуважаемая Rina мне позволит.

Камила де Буа-Тресси: Рина, а ведь я стала забывать, чем мне так нравились "Двадцать лет спустя", а вы мне так ярко напомнили. Спасибо! *чувства и правда с головой накрывают...

Виола: Арамис, идущий напролом там, где требуется изворотливость и хитрость, и Атос, готовый на дуэль с другом посреди практически неприятельского лагеря от одного упоминания о г-не Мордаунте? Не очень верится, честно говоря. Но продолжения жду с нетерпением!

Rina: Виола, то ли еще будет А если серьезно, то где Вы увидели, что Атос "готов" на дуэль? Он-то как раз не готов, он гневается просто. А Арамис сдержанностью особой никогда не славился. Все в рамках канона

Виола: Rina А, то есть "лишь мгновение отделяло Арамиса от поединка" - это ощущения Арамиса, а не авторский взгляд?

Rina: Виола, именно



полная версия страницы