Форум » На самом деле было так » Общие проблемы французского дворянства » Ответить

Общие проблемы французского дворянства

stella: Что представляло из себя дворянство Франции 17 века.? Взято отсюда:http://enlightment2005.narod.ru/science/nobles_xvii.pdf Статья, к сожалению, не копируется, но по ссылке ее можно найти. Автор Пьер Губер.

Ответов - 27, стр: 1 2 All

jude: Привилегии дворянства Чем характеризовался дворянский статус? Критериями, отличавшими дворянина от простолюдина-ротюрье, были сословные привилегии. 1. Шпага. Только дворяне, считавшиеся сословием воинов, имели право носить шпагу. Эта привилегия являлась общепризнанной, хотя на практике трудно было запретить носить шпагу всем недворянам. 2. Охота. Дворяне обладали исключительным правом охотиться, ибо охота рассматривалась как занятие, связанное с их военной профессией. Но постепенно сеньоры-ротюрье стали стихийно присваивать себе право охоты в своих угодьях, превращая эту изначально дворянскую привилегию в сеньориальное право, и с этим опять-таки ничего нельзя было поделать.2 3. Одежда. К числу почетных привилегий дворянства относилось право носить доспехи, парики и одежду из расшитых золотом и шелковых тканей. Горожане незнатного происхождения тоже стремились одеваться на дворянский манер, что вызывало ответную реакцию как со стороны дворян, требовавших строго соблюдать знаки различия между сословиями, так и со стороны королевской власти. Меленский эдикт 1485 г. строго запрещал всем, кроме дворян, одеваться в золото и шелка под угрозой штрафа и конфискации не подобающих по чину одеяний. Подобные запреты особенно распространились во второй половине XVI — начале XVII в., когда было издано 13 королевских эдиктов и ордонансов, предписывавших соблюдать сословные различия в одежде.3 Необходимость постоянно возобновлять запреты можно рассматривать как свидетельство их безуспешности. 4. Герб, увенчанный шлемом. Только дворяне могли иметь герб, увенчанный шлемом. Орлеанский и Блуаский ордонансы второй половины XVI в. запрещали недворянам украшать шлемом свои гербы.4 Эти запреты, в отличие от предыдущих, имели относительный успех. 5. Титулы. К числу почетных привилегий дворянства принадлежали права на особые обращения, именования и титулы — шевалье, барона, виконта, графа, маркиза и герцога. В общественных местах и собраниях простолюдины были обязаны уступать дорогу дворянам и пропускать их вперед. 6. Право дуэли. Оскорбленный дворянин мог вызвать обидчика на дуэль. Однако столь привычная связь дуэли с кодексом дворянской чести имела сравнительно позднее происхождение. Авторы самых ранних трактатов о дворянстве не рассматривали ее в числе признаков, характеризующих знатного человека. По-видимому,до конца XVI в. дуэль допускалась между людьми независимо от их происхождения; другое дело, что в действительности поединки происходили в основном между дворянами, так как они умели владеть оружием. Лишь в первые десятилетия XVII в. дуэль стала выглядеть в сознании современников как прерогатива дворянства.5 7. Дворянский раздел. У дворян существовал особый порядок наследования, так называемый дворянский раздел, в соответствии с которым 2/3 имущества доставались старшему сыну, а1/3 делилась поровну между остальными. В отличие от них сыновья ротюрье имели право на равные доли наследства. Но правила дворянского раздела распространялись не на все категории дворянства. В то же время на юге Франции, в области писаного права, ротюрье также могли оставлять большую часть наследства старшему сыну.6 8. Владение землей. Дворянам принадлежало право владеть фьефами, хотя и невозможно было воспрепятствовать тому, чтобы богатые ротюрье приобретали фьефы и становились сеньорами. Они в таком случае обязаны были уплачивать королю особый налог — фран-фьеф, взимавшийся приблизительно раз в двадцать лет в размере ежегодного дохода с фьефа. 9. Освобождение от налогов. Дворянство освобождалось от тальи и других налогов, взимавшихся на содержание армии, так как считалось, что оно платит государству свой налог кровью на полях сражений и потому должно быть избавлено от бремени прочих податей. Но в таком виде эта привилегия имела место лишь на севере Франции, в области обычного права, где существовала личная талья. На юге, где талья была реальной, то есть объектом обложения являлась не личность, а земля, освобождались от тальи не дворяне, а дворянские, или благородные, земли. Дворянин, владевший ротюрной землей, обязан был платить налоги, а горожане или крестьяне, которым принадлежали благородные земли, освобождались от тальи. Кроме того, с XVI в. налоговые привилегии постепенно начали распространяться и на отдельные категории ротюрье. 10. Суд. Существовали юридические привилегии дворянства. Знать была неподсудна низшим судебным инстанциям, ее гражданские дела рассматривались на уровне бальяжей, а уголовные — в парламентах, являвшихся высшими судебными палатами. Правда, подобные привилегии король давал и некоторым ротюрье. Дворян нельзя было приговаривать к позорным наказаниям, таким как кнут или виселица; они имели право на «почетную» смертную казнь через отсечение головы. Штрафы для них устанавливались в больших размерах, чем для ротюрье. В то же время, их строже, чем простолюдинов, карали за измену, воровство, клятвопреступление и изготовление фальшивой монеты — действия, считавшиеся несовместимыми с дворянским достоинством. 11. Должности. Дворяне пользовались исключительным правом занимать определенные должности, главным образом придворные и военные, и привилегиями при получении церковных санов и бенефициев. Кто такой дворянин? Наиболее значимыми в глазах современников были два главных признака знатного человека: принадлежность к дворянскому роду и подобающий дворянину образ жизни. Соотношение этих двух признаков претерпело в XVI—XVIIвв. существенную эволюцию.13 Согласно мнению, господствовавшему во французском обществе до конца XVI в., дворянином являлся тот, кто исполнял определенную социальную функцию, состоя на военной службе. Его непременным качеством считалась доблесть. Представления о дворянстве как о социальной функции нашли отражение в известной концепции разделения общества на три сословия: oratores, bellatores и laboratores, т. е. на тех, кто молится и дает обществу нравственные ориентиры; на тех, кто сражается за общее дело; и на тех, кто предназначен трудиться в поте лица своего, чтобы прокормить первых и вторых. Эта концепция, в основе своей восходящая к древним представлениям, широко распространилась приблизительно с XI в.14 В рассматриваемый период мы встречаем ее, например, на страницах сочинений Флорантена де Тьерриа, чьи трактаты о дворянстве представляли собой свод положений, заимствованных из более ранних работ, и расхожих мнений, бытовавших в конце XVI — начале XVII в. Тьерриа рассуждал так: «Есть порядок во всех королевствах и государствах, который отличает и отделяет дворян от прочих сословий, из коих на каждое возложены там свои обязанности. Церковь своими молитвами к Богу споспешествует Государю в его правлении. Дворянство служит ему военной опорой. Народ трудится, служит и платит талью и налоги».15 Качеством, отличающим дворянина, Тьерриа называл доблесть (la vertu). Однако в действительности принадлежность того или иного индивида к дворянскому сословию определялась не доблестными деяниями. Большинство дворян наследовало этот статус от рождения и сохраняло его независимо от своего отношения к военной службе и личных качеств. Таким образом, налицо было расхождение между юридической практикой и общественным мнением. В XVI—XVII вв. это расхождение постепенно сглаживалось и возобладало сохранившееся и по сей день представление о дворянстве как о качестве, передающемся по наследству. Тот же Тьерриа не ставил знака равенства между личной доблестью и дворянским статусом и подчеркивал, что последний носит наследственный характер: «Вот, говорят, что доблесть — это и есть истинное благородство (noblesse). Однако это утверждение не может быть истинным, ибо мы имеем дворянство как прирожденное (naturelle), так и гражданское (civile). Ибо дворянский род есть одно, а доблесть — другое; совершенное Государем аноблирование не есть то же самое, что заслуга аноблированного. Поэтому доблесть и дворянство различались учеными и самими законами, и историки говорили о них как о разных вещах».16 В известном «Трактате о сословиях» Шарля Луазо (1613 г.) дворянство рассматривалось как наследственный статус, причем Луазо обращал внимание на существующее мнение, согласно которому дворянство и личная доблесть тесно связаны между собой, так как благородное происхождение предрасполагает к доблестным поступкам: «Как бы то ни было, или потому, что их почитают за наследников отчей доблести, или потому еще, что в их лице желают вознаградить эту доблесть по заслугам, но во все времена и у всех народов мира те, кто происходит из знатного рода, ценились выше, чем другие, вплоть до того, что они были обособлены от остального народа, образуя некое сословие и почетную степень».17 В конце Старого порядка идея дворянства как особого качества, передающегося по наследству, приобретала подчас крайнее, «расистское» толкование, например, в «Трактате о дворянстве» шевалье де Ларока (1678 г.), открывавшемся красноречивым пассажем: «Дворянство есть качество, которое облагораживает того, кто им обладает, и которое сокровенно воспитывает в душе любовь к чести. Доблесть предков накладывает эту печать высшего благородства. Есть в семени какая-то неведомая мне сила и какое-то неведомое мне начало, которые передают потомкам и продолжают в них наклонности Отцов...»18 Идейным обоснованием привилегированного положения наследственного дворянства стала легенда о возникновении стратификации французского общества в результате завоевания. Так, и в трактате Луазо мы встречаем рассуждение о том, что дворяне Франции ведут свое происхождение от завоевавших некогда Галлию франков, а крестьяне и прочие ротюрье — потомки побежденных галлов.19 Поэтому ротюрье лишались права занимать ряд должностей, носить оружие, владеть фьефами и обязаны были платить подати сеньорам и налоги государству. Тезис о происхождении сословной стратификации из завоевания появился в сочинениях французских историков и юристов XVI в. и быстро стал популярным среди дворян, так как давал возможность обосновывать их привилегированное положение не только природным превосходством их расы над ротюрной, но и историческими аргументами.20 Примечания: 1См. об этом:Bitton D. The French Nobility in Crisis(1560-1640).Stanford, 1969;Jouanna A. Le devoir de révolte: La noblesse fran9aise et la gestation de l'Etat moderne(1559—1661).P., 1989;Schalk E. From Valor to Pedigree: Ideas of Nobility in France in the XVIth and XVIIth Centuries. Princeton, 1986;Descimon Я La haute noblesse parlementaire parisienne: la production d'une aristocratie d'Etat aux XVIе et XVIIе siècles // L'Etat et les aristocraties:XIIе—XVIIе siècies (France,Angleterre, Ecosse): Actes de la table ronde organisée par le CNRS, 1986. Textes réunis et prés. par Ph. Contamine. P., 1989. 2Schalk E. Op. cit. P.149-150. 3Bitton D. Op. cit. P.100—101. 4Mousnier R Les hiérarchies sociales de 1450 à nos jours. P., 1969. P. 70. 5Schalk E. Op. cit. P.162-173. 6Bloch J. R, L'Anoblissement en France au temps de Francis Ier. Essai d'une définition de la condition juridique et sociale de la noblesse au début du XVIе siècle. P., 1934. P.212—215;Jouanna A. Le devoir de révolte... P. 16. 7Cubells М. A propos des usurpations de noblesse en Provence, sous Г Ancien Régime // Provence Historique, 1970. Т. 20. Fase. 81. P.235-236. 8Wood J. B. The Nobility of the Election of Bayeux,1463—1666:continuity through change. Princeton, 1980. P.20-42. 9Wood J. В. Op. cit. P. 12. 10Bloch J. R. Op. cit. P.212-215. 11Jouanna A. Le devoir de révolte... P.16—17. 12Ibid. P. 18. 13Schalk E. Op. cit. 14Dumézil G. Métiers et classes fonctionnelles chez divers peuplesindo-européens //Annales: E. S. С. 1958. № 4;Idem. Heur et malheur du guerrier: Aspects mythiques de la fonction guerrière chez lesIndo-Européens.P., 1969;Duby G. Les trois ordres ou l'imaginaire du féodalisme. P., 1978;Le Goff J. Les trois fonctions indo-européennes,l'historien et l'Europe féodale // Annales: E. S. С. 1979. № 6. 15Thierriat, Florentin de. Trois Traictez scavoir, 1. De la Noblesse de Race, 2. De la Noblesse Civile, 3. Des Immunitez des Ignobles. P., 1606. P. 143. О нем см.:Bitton D. Op. cit. P.107—108. 16 Ibid. P.159-160. 17Loyseau Ch. Traite des Ordres et simples dignitez. 4me ed. P., 1665. P. 29 // Les oeuvres de maistre Charles Loyseau, advocat en Parlement, contenans les cinq livres du droict des Offices, les Traitez des Seigneuries, des Ordres & simples Dignitez, du Deguerpissement & Delaissement par Hypotheque, de la Garantie des Rentes, & des Abus des Justices de Village. Nouv. ed. P., 1666. 18La Roque G. A. de. Traité de la noblesse, de ses différentes espèces... P., 1678, Preface. 19Loyseau Ch. Op. cit. P. 33. 20Jouanna A. L'Idée de race en France au XVIе siècle et au debut du XVIIе siècle(1498-1614).Т. 1 3 . P., 1976. Т. 2. P.773-850.

Орхидея: jude, большое спасибо! Очень интересная информация.

jude: Шевалье и экюйе В отличие от Франш-Конте и Фландрии, во Франции не было титула шевалье (как об этом иногда пишут). Французские титулы "привязаны" к определенному фьефу, то есть граф - это дворянин-владелец графства, виконт - виконтства и так далее. До эпохи Людовика XIV титул не мог быть пожалован без земельного надела. Исключение составляли титулы учтивости, которые получали дети аристократов: старший сын маркиза мог носить титул графа, даже если его отец не владел графством. Звание шевалье не было связано с каким-либо фьефом и обозначало дворянина расы (как титулованного, так и нет). Как я поняла, аноблированный дворянин мог называться шевалье только в том случае, если получил от короля соответствующий патент - lettres de chivalerie. Это звание было личным и не передавалось по наследству (если обратное не оговаривалось в патенте). Кроме того, слово "шевалье" могло использоваться и в прямом значении - "рыцарь", например, chevalier de l'Orde de Malte (рыцарь Мальтийского ордена). Ордонанс 1629 года запрещал именоваться шевалье тем, кто не получил это отличие от короля или от его предшественников, не был посвящен в рыцари и не получил дающий рыцарское звание орден, вроде ордена Св. Духа или Людовика Святого (“deffendons […] à toutes personnes de prendre la qualité de Chevalier, s'ils ne l'ont obtenuë de nos predecesseurs ou de Nous, ou que l'eminence de leur qualité ne la leur attribuë”). Таким образом, если человек называл себя шевалье (и не был при этом рыцарем), он претендовал на некую древность рода. Слово экюйе обозачало любого дворянина, независимо от древности рода, но как обращение оно не использовалось. * Большое спасибо Dominique с "Французского романа плаща и шпаги". Источники: Французский роман плаща и шпаги Французское дворянство Шевалье

stella: Получается, что и гасконец и Портос и Арамис имели право на " шевалье" за древностию рода. Атос - это отдельный случай, в особенности после получения Орденов. ( Арамис в "20 лет спустя" - тоже самое).

jude: stella, тут может быть три варианта: 1. Портос, Арамис и д'Артаньян, действительно, принадлежали к старой знати; 2. им или их предкам было пожаловано звание шевалье с правом передачи его потомкам; 3. они просто претендовали на древность рода: формальный запрет не служил гарантией того, что аноблированные дворяне и ротюрье не будут узурпировать звания и титулы. Реальный д'Артаньян, если я не ошибаюсь, стал называться графом, не имея на это прав. А его дед по отцовской линии был мещанином присвоившим дворянство. Интересно, что это не помешало Шарлю стать мушкетером. Наверное, для вступления в роту королевских мушкетеров не требовалось доказать дворянское происхождение на протяжении четырех поколений. Сейчас посмотрела: отец де Тревиля тоже был ротюрье. Он стал дворянином, купив имение Труа-Виль. В Беарне такой способ аноблирования сохранялся еще в XVIII в.

Орхидея: Кстати, я не помню, чтобы Портоса называли шевалье. (Как с этим в оригинале?) А потом он уже получил титул барона. О чём это может говорить?

jude: Орхидея, в "Двадцать лет спустя", в главе "Гасконец и итальянец" Портос - просто месье дю Валлон, а Арамис - шевалье. M. le comte de La Fère, autrement dit Athos ; M. du Vallon, autrement dit Porthos, et M. le chevalier d'Herblay, aujourd'hui l'abbé d'Herblay, autrement dit Aramis. Граф де Ла Фер, иначе Атос; господин дю Валлон, или Портос, и шевалье д'Эрбле, теперь аббат д'Эрбле, иначе Арамис. Возможно, Портос не был шевалье. Анна Австрийская в XCVI главе говорит о нем "Un croquant!" - "деревенщина", "крестьянин". Это то, что я нашла в словаре. Наверное, есть и другие переводы.



полная версия страницы