Форум » Клуб вдумчивых читателей » Писатели и критики о романах Дюма » Ответить

Писатели и критики о романах Дюма

stella: Предлагаю новую тему:" Писатели и критики о романах Дюма" Для начала выкладываю заметки М.И. Веллера о "Трех мушкетерах"

Ответов - 10

stella: ТРИ МУШКЕТЕРА Вряд ли мы уже когда-нибудь узнаем, какова была доля личного авторства Дюма в прославленнейшем из романов XIX века, а какова доля соавторства кого-либо из его многочисленных помощников и негров. Но любой может перечитать «Трех мушкетеров» внимательно с любого места – и убедиться, что эта книга Дюма не такая, как все остальные из-под его пера. Она легче читается – а по толщине принадлежит к обер-размерным кирпичам. Она интереснее – а сюжет свинчен отнюдь не наилучшим образом и в узлах просто рассыпчат. Чтение ее доставляет большее удовольствие – а между тем мы не знаем даже из нее, какого цвета были плащи у мушкетеров, и сколько человек было в их роте, и в чем, собственно, заключалась их служба – кроме фланирования у дворца и мельком упомянутого хождения в караул. Зато – зато – она насквозь иронична и легка, легка! Приподнятый романтизм подан с улыбкой скептика и мудреца, откровенно развлекающегося условностью собственного текста. Автор парит над героями и дружески подмигивает читателю: мол, мы-то с тобой понимаем, что все это романтика. Жестокий мелодраматизм ситуаций и фраз сплошь и рядом граничит с самопародией, юмор брызжет (так и хочется сказать: «как шампанское!»). «Увидев эти яства, мэтр Кокнар закусил губу. Увидев эти яства, Портос понял, что остался без обеда». «Разучилась пить молодежь, – с сожалением заметил Атос. – А ведь этот еще из лучших». «Посмотрите только на эту лошадь, Арамис! – О, какая ужасная кляча, – сказал Арамис». «Четыреста семьдесят пять ливров! – сказал д'Артаньян, считавший, как Архимед (цифра изрядно ошибочна)». Авторский посыл радости, веселья и шутки всегда передается читателю – даже если последний не отдает себе в этом отчета. Но речь-то в книге идет о вечных и бесспорных ценностях дружбе, любви, чести, верности, храбрости, благородстве. И авторская неназойливая улыбка только оттеняет их; пространство между автором и его героями придает им объема. Вот в этом воздухе, этом добром и улыбчивом пространстве авторского взгляда между ним самим и его героями – суть, ключ и секрет необыкновенной привлекательности романа. А поскольку умный, толстый, жизнелюбивый Александр Дюма был хороший писатель – он искренне сопереживает героям, любит их и жаром собственной души делает живыми. Недаром, недаром он плакал над собственной книгой в последний месяц своей жизни. Не всегда, совсем не всегда он относится к своим героям с иронией. (Так ироничный человек, вечно прикрывающийся шуткой, иногда отбрасывает охранительные условности своих выражений – и обнажается любовь пронзительной искренности и силы. Кого люблю – над тем посмеиваюсь.) (Рискну сказать, что «Три мушкетера» не чужды того ключа, который почти век спустя стало можно бы назвать «чаплинским».) Вот это ироническое отношение к описываемому, отнюдь не отменяющее, но оттеняющее мелодраматизм происходящего – ни в одном другом романе Дюма не встречается. Отсутствует напрочь. Местами они даже удручающе серьезны, и сегодня начинают попахивать длиннотой и скукой. Эта эстетическая неодномерность, неоднозначность, объемность «Трех мушкетеров» практически не отмечается читателем – но поднимает удивительную энергетику, светлую энергетику книги – живой и славной уже более полутора веков. Взято отсюда: http://realtorfinders.net/1/cens/12/156

Констанс: Автор-Симон Эйн, почетный член Камеди Франсез и Клуба друзей Дюма Перевод с французского:Констанс

Констанс: Никто не просил меня об этом,но я очень хочу высказать свое мнение по поводу списка 10-и самых любимых книг, который распространяеться сейчас( прим. переводчика- в печати? В Интернете?). В предисловие, я сказал бы в самом начале, что я предпочитаю прежде всего те,которые хочу время от времени перечитывать, в соответствии с моим настроением на определенный момент, как если бы,когда просыпаешься, хочеться свежего воздуха, или поехать подышать в деревню, поесть жаркого в горшочке,или тушенного мяса,или пирожное Татэн, или спагетти,или любое другое блюдо, которое хранишь в глубине своей памяти спрятанным более или менее глубоко и которое без особых поводов, всплывает в твоем сознани, осознаеться им как абсолютная необходимость.У меня так происходит с книгами.Таким образом этим летом, я , наверно, в 10-й раз перечитал ВдБ.Это вызвалоу меня желание поговорить о нем с другом, но в тот момент его не было рядом и я решил опубликовать мое желание поделиться им, потому что этот великолепный роман-это прежде всего история Дружбы. Это пере-читывание заняло примерно 6 недель, потом возвращаясь назад по волне времени, я перечитал ДЛС и когда я закончил 2-й том,мое намерение- наконец перечитать ТМ.Есть на свете много книг, которые я не читал, Хотя читаю я много, даже если теперья читаю меньше чем в молодости. Но то что меня восхищает.это до какой степени волшебство,которое может вызвать чтение любимой книги длительно,

Констанс: как смакуеться с иногда еще большим удовольствием некоторые пассажи,как вдруг останавливаешься на фразе, которая заставляет плакать, и как возвращаешься к началу предыдущей главы, чтобы понять КАК это дьявол Дюма,сумел ТАК нас растрогать.Я вспоминаю себя мальчиком, каким я был когда в 1-й раз читал ВдБ, я вновь вижу себя рыдающим горькими слезами над главой о смерти Портоса. В течении своей жизги я прочел сотни , нет тысячи книг: многие меня потрясли, соблазнили,очаровали и даже развлекли, некоторые-помогали мне жить и , возможно,немного лучше понимать жизнь.Но очень немногие из них взволновали меня до ТАКОЙ степени!Конечно потому, что в жизни мы встречаем очень мало друзей.У нас есть знакомые, приятели,коллеги, которых мы ценим, с которыми поддерживаеи иногда длительные отношения. Но ТАКАЯ ДРУЖБА,как та,соединяет этих 4-х мужчин-это очень редко встречаеться.Дружба затрагивает душу, возможно больше чем любовь, т.к. в любви затрагиваються также и чувства более низменные. Не подумайте привратно,Я любил , люблю сейчас и буду любить всегда.

Констанс: Чтобы выразиться яснее, я закончу цитатойиз Дюма, в самом конце книги, в последний момент жизни Д Артаньяна, на поле боя перед Маастрихтом."Тогда судорожно сжимая в руке жезл вышитый золотыми лилиями, он опустил глаза,которые не имели больше сил смотреть в небо и упал прошептав эти сранные слова,которые показались удивленным солдатам какими-то кабалистическими, но которые когда-то значили так много на этой земле, и которые теперь никто, кроме умирающего не понимал:Атос и Портос-досвидания.Арамис, прощай навсегда.Осталось только одно тело:души Всевышний забрал назад.

Калантэ: Констанс , и не в первый раз, будьте, пожалуйста, внимательнее при наборе текста. Констанс пишет: упал прошептав эти сранные слова - как вам такой пассаж? О грамматике и удобочитаемости я уже и не говорю. Уважайте, пожалуйста, правила форума. Кнопка "правка" к Вашим услугам, надеюсь, что Вы сумеете исправить ошибки и привести текст в удобочитаемый вид.

Констанс: Ув Админы, прошу прощения, если что-то нарушила. Это не из вредности, а по незнанию. Я вот не знаю, где кнопка правка. Помогите пожалуйста.

Калантэ: Констанс, незнание закона не освобождает... Во-первых, убедительно прошу отвечать в той же теме, в которой к Вам обращались, это совсем несложно, во всяком случае, проще, чем админам каждый раз переносить Ваши сообщения, как я это сделала только что. Во-вторых, посмотрите внимательно на окно своего поста. Внизу, под полем для текста, расположены кнопки: правка, профиль, личное сообщение, цитата (возможно, в иной последовательности, чем я сейчас перечислила). Нажимаете "правка", вносите исправления, нажимаете "отправить".

stella: Симон Эйн! Он жив! Я его видела в гастрольном спектакле. Я же говорила, что не зря Бордери искал и нашел всех троих в Комеди! Знал, куда идти! Констанс , спасибо: погрели мне душу. Калантэ , я обучение всем кнопкам возьму на себя....

stella: "Я стараюсь быть для читателя чем-то большим, нежели повествователь, о ком каждый составляет представление в зеркале собственной фантазии. Я хотел бы стать существом живым, осязаемым, неотделимым от общей жизни, наконец, чем-то вроде друга, настолько близкого всем, что, когда он приходит куда бы то ни было — в хижину или во дворец, — не требуется его представлять, поскольку все его узнают с первого же взгляда.  Таким образом, мне кажется, я умер бы не окончательно; да, могила приняла бы меня, умершего, но мои книги помогли бы мне остаться в живых. Через сто лет, через двести, через тысячу лет, когда все изменится — и нравы, и одежда, и языки, и человеческие расы, — я вместе с одним из моих томов, выдержавших испытание временем, воскрес бы сам, подобно человеку, который попал в кораблекрушение, но которого находят плавающим на доске посреди океана, поглотившего его судно вместе с остальными пассажирами. " Нашла эту цитату Дюма в одном из его " Путешествий". Мне кажется. она могла бы быть эпиграфом ко всему его творчеству.



полная версия страницы