Форум » Благородный Атос » Луна » Ответить

Луна

jude: Название: "Луна" Фэндом: "Три мушкетера", "Мемуары графа Рошфора", цыганские страшилки Жарнр: приключения, драма, мистика Персонажи: шевалье де Ла Фер, Рошфор, цыганка Лила Размер: мини Статус: в процессе Отказ и благодарность: Дюма, Куртилю, Лорке, Л. Мазикиной, Стелле и Lys Посвящение: Стелле [more]Стелла, Вы как-то написали, что истории с разбитой чашкой Вам было мало. :)[/more] Примечание: фанфик сюжетно связан с рассказами Стеллы, с моей зарисовкой про севильский рынок и с фанфиком "Однажды 13 июня" От автора: Эта история задумывалась еще весной, когда я начиталась цыганских сказок. Меня заинтересовало то, что образ нечистой силы в цыганском фольклоре очень напоминает описание одного из персонажей Дюма. :)

Ответов - 49, стр: 1 2 3 All

jude: "Кто не видел Севилью - тот не видел чуда" (с) испанская поговорка Глава I "Кошелек" - Вам прежде не доводилось бывать в Севилье, господин де Ла Фер? – спросил офицер, заметив, как жадно его юный помощник вглядывается в открывающийся перед ними пейзаж. - Нет, сэр, - мальчик покачал головой, - Я впервые в Испании. - Мы простоим в порту, по меньшей мере, три дня: недавний шторм изрядно потрепал «старушку Бесс», - рулевой любовно погладил штурвал, - придется ее подлатать. Кроме того нам необходимо пополнить запасы пресной воды. Поэтому у Вас будет время осмотреть город. Испанцы говорят: «Кто не видел Севильи – тот не видел чуда». Старинная поговорка не лгала: Севилья в ту пору переживала подлинный расцвет своего могущества: Гвадалквивир еще не обмелел, да и Кадис еще не мог соперничать с этой жемчужиной Испанской империи. Тогда никто бы и не подумал, что дни Севильи, как торгового порта, сочтены. Пройдет чуть больше полувека, и о ее былой славе даже не вспомнят. А пока в Севилью стекались купцы со всей Европы: из Нормандии везли сукно, из Любека и Гамбурга – дерево, пеньку и сушеную треску, из Италии – дорогие ткани и изящные безделушки. Затем на испанских судах эти товары отправляли в Индии. Из колоний галеоны возвращались груженые золотом, серебром и жемчугом. Шевалье де Ла Фер одним из первых сошел на берег, когда «Королева Елизавета» бросила якорь в севильском порту. Какое же счастье вновь ступить на сушу, ощутить под ногами твердую почву, а не шаткую палубу! Погода не благоприятствовала «старушке Бесс» (как ласково называла корабль команда), и вместо двух недель они провели в плавании почти месяц, показавшийся Огюсту целой вечностью. Мальчик отчаянно тосковал по дому, однако скорее бы умер, чем признался бы в этом кому-либо. Рулевой Лесли лишь усмехнулся, глядя на подопечного, степенно спускающегося по трапу: «Молодо-зелено!» Ему ли не знать, что чувствует тринадцатилетний подросток, оторванный от семьи и друзей? Нэта Лесли и самого когда-то отправили во флот совсем желторотым птенцом. Строгая корабельная дисциплина стала для избалованного юноши сущей пыткой. Во втором же порту, куда они зашли, Натаниэль попытался сбежать, чтобы вернуться в родной Эдинбург. Не вышло. Беглеца поймали, препроводили на судно и заставили драить палубу вместе с матросами. Унизительнее наказания и придумать было нельзя. Впрочем, Лесли не жалел ни о чем: незаметно для себя он полюбил море, проникся величием этой суровой стихии и уже не мыслил жизни без нее. (продолжение следует)

Констанс: jude, начало заманчивое! О 13-и летнем Атосе еще по-моему никто не писал

jude: Констанс, спасибо. А про Атоса в детстве (в том числе и во флоте) писала Стелла. :)

stella: Lys в " Совершенном дворянине из Клермона" тоже писала. jude , спасибо! А я то увидела, что вы " Кольцо Соломона" штудируете , только не поняла- для чего. Мне Атоса всегда мало!)))

Констанс: Да Стелла писала, но в ее фанфике Атосу во флоте явно не 13 И потом у Стеллы Атос опадает на Ближний Восток,а у Вас в Севилью И знаете кого мне напоминает начало- Дину Рубину- Белая голубка Кордовы, там о Севилье говориться примерно в том же смысле , что и у Вас.

Диана: jude, как всегда хорошо, но мало!

Констанс: Jude, ну и где обещанная на сегодня глава?

Диана: Не подгоняйте автора, муза дама капризная.

jude: События этой главы происходят накануне описанных в зарисовке про севильский рынок. «Она всегда улыбается – совсем не умеет хмуриться, Не может пинать поверженных и падать покорно ниц. Она себя кормит тем, что босая танцует на улицах – Безвестная из безвестнейших уличных танцовщиц». (с) Л. Мазикина "Танцовщица" Севилья оглушила Огюста шумом и гамом, обычным для портовых городов, ослепила солнечными бликами на воде, обдала смесью запахов корицы, молотого кайенского перца, табака и человеческого пота. Дюжие матросы с тюками, снующие туда-сюда полуголые загорелые ребятишки, продажные женщины, шелудивые псы, лениво лежащие между мусорными кучами, - все завертелось перед глазами юноши пестрым калейдоскопом. - Дорогу! Посторонись! – прогремело у Огюста над ухом, - Ты что глухой, парень? Так и зашибить ненароком могут. Опасаясь, как бы его, в самом деле, не сбили с ног и не затоптали в этой суматохе, шевалье поспешил уйти с пристани. Довольно долго мальчик просто бродил по улицам без определенной цели, наслаждаясь кратковременной свободой. Капитан дал ему увольнительную до вечера. Главное – не опоздать к восьми склянкам. Но отбой еще нескоро.1 Дойдя до рыночной площади, Огюст остановился посмотреть на бродячих артистов, собравших вокруг себя целую толпу. Цыганята – девушка и мальчишка – разыгрывали настоящий спектакль. - Впусти меня, красавица! Впусти меня, красавица, ибо рассвет уже близко! – паренек с гитарой опустился на одно колено: ни дать ни взять – любовник, изнывающий от страсти под балконом прекрасной сеньориты. - Как же я впущу тебя, любовь моя? Мой отец читает, он услышит нас! – отвечала недотрога. - Спрячь его очки, и он уснет, спрячь его очки, и он уснет! – наставлял возлюбленную молодой сеньор. - Как же я впущу тебя, любовь моя? Мой брат пишет, он услышит нас! – девица в страхе заламывала руки. - Спрячь его перо, и он уснет, спрячь его перо, и он уснет! - Как же я впущу тебя, любовь моя? Моя мать шьет, она услышит нас! - Спрячь иголку, и она уснет, спрячь иголку, и она уснет! Но сеньорита все еще колебалась. - Впусти меня, красавица, ибо рассвет уже близко! – застонали гитарные струны, и девушка, наконец, сдалась на уговоры кавалера. - Я впущу тебя, любовь моя, ведь я не сплю ночами, думая о тебе!2 Публика одобрительно загудела: - Ах ты, пострел! Ловок! Уломал-таки гордячку! - Не верь ему, девочка, он тебя обманет. Иди лучше ко мне! Цыганенок тряхнул кудрями и лучезарно улыбнулся: - Любезные дамы и господа, понравилось ли вам наше представление? - Да! Да! – раздались возгласы. - Значит, вы не пожалеете для бедных артистов нескольких сентимо? – мальчуган принялся обходить зрителей со шляпой в руке, - Благодарю, сеньора, дай Бог здоровья Вам и Вашим детям. Тысяча благодарностей, сеньор! А Вы, сударь мой, могли бы положить и побольше! Огюст потянулся за кошельком, но его пальцы нащупали лишь пустоту: мешочка с деньгами на поясе не оказалось. Примечания: 1. Склянка - полчаса. Сутки на флоте делятся на шесть вахт, по 4 часа (8 склянок) каждая. По тем сведениям, которые я нашла, отбой на корабле был в 8 часов вечера - как раз окончание очередной вахты. 2. Испанский романс "Avrix mi galanica" ("Открой мне, красавица") (продолжение следует)

stella: Бедный мальчик! Нечего глазеть по сторонам.)))

Констанс:

Диана: Мало, но ярко! Колоритно, как всегда.

Орхидея: Что же дальше?

jude: - Сеньор! – перед лицом юноши замаячила шляпа с потрепанными полями, - Сеньор, неужели у Вас не найдется хотя бы пары грошей? - Извини, приятель, может быть, в другой раз, - Ла Фер развернулся и зашагал в сторону порта, на чем свет стоит ругая собственную глупость. Но паренек с нахальством, присущим всем уличным попрошайкам, забежал вперед и преградил Огюсту дорогу: - Такой молодой – а такой жадный! Нехорошо, ай, нехорошо! В толпе засмеялись. - Пошел прочь, голодранец! - шевалье с досадой оттолкнул назойливого побирушку. Пытаясь удержать равновесие, мальчик взмахнул рукой, выронил шляпу, и медяки со звоном запрыгали по булыжнику. Не проронив ни слова, цыганенок опустился на колени, чтобы подобрать рассыпавшиеся монеты. Щуплый, чумазый, оборванный, парнишка всем своим видом являл живой укор, так что Огюста невольно охватил стыд. Оглядевшись вокруг и убедившись, что среди публики не затесался никто из знакомых, Ла Фер присел на корточки и принялся помогать цыганенку. Затем, когда деньги были собраны, встал, быстрым движением поправил сбившуюся перевязь, и, ни на кого не глядя, продолжил свой путь. Если на корабле прознают, как он тут ползал в пыли на глазах у всего честного народа, его поднимут на смех. Команда будет над ним потешаться до самого возвращения в Англию. Цыганенок проводил шевалье взглядом, задумчиво вздохнул, подхватил с земли шляпу и направился к девушке, ожидавшей его у дверей таверны. Рядом с цыганкой, облокотившись о стену, стоял паренек лет пятнадцати с серебряной серьгой в ухе. В отличие от босоногого певца, он был обут, и из-за голенища его сапога торчала рукоятка ножа. - Ну, много насобирал? – со скучающим видом поинтересовался парень. - Вот! – мальчишка показал ему шляпу. - А у меня – вот! – цыган гордо продемонстрировал четыре кошелька, - И в каждом – в два раза больше, чем у тебя! - Эх, Бахти, Бахти! Когда-нибудь ты дождешься, что тебе на шею наденут пеньковый галстук, - неодобрительно покачала головой девушка. - Не наденут: я фартовый!1 – ухмыльнулся парень. - Дай посмотреть, - попросил мальчик, потянувшись за кошельком. - Куда лапы тянешь! – отдернул его цыган, - Этот я подарю Лиле – она за меня замуж пойдет. - Дурачок ты, Бахти, - улыбнулась цыганка, - Ты прекрасно знаешь, что я просватана. Вот выйдет Ило из тюрьмы, мы и поженимся. - Женишка твоего сослали на галеры, - ехидно возразил парень, - Оттуда скоро не возвращаются. Что тебе век в девках вековать? - Стало быть, судьба моя такая! – отрезала Лила, - Держи, Чезаре, - она отобрала у Бахти кошелек и отдала мальчишке. Холщовый мешочек был расшит цветным шелком: на волнах качался трехмачтовый корабль, а над ним кружили диковинные птицы. Некоторые стежки вышли криво, однако чувствовалось, что вышивальщица очень старалась. Сбоку Чезаре разглядел монограмму владельца: О.Ф. *** Огюст успел уже далеко отойти от рыночной площади, когда услышал за спиной топот босых ног. - Сеньор, сеньор! Шевалье обернулся: за ним бежал певец-цыганенок. - Уф, сударь, насилу догнал Вас! – отдуваясь, проговорил паренек, - Вы обронили. Взяв протянутый ему предмет, юноша с изумлением узнал собственный кошелек – подарок кузины Эллен. - Постой, откуда у тебя… - начал Ла Фер, но цыганенка и след простыл. Примечание: 1. Бахти (цыг.) - счастливчик. (продолжение следует)

stella: Продолжение - это то, чего ждем! Всегда!

jude: Кошелек XVII века Утащено вот отсюда

stella: Прелесть! А я вспомнила кошельки братьев дОнэ.

Констанс: Jude, хотите сказать, что жизнь показала будущему графу, что за добро иногда платять добром?

Диана: Прелесть! Какой, однако, цыганенок догадливый. Экстрасенс Он так хорошо видит, местный кошелек или не местный и сколько не местных было в городе за день?

jude: Констанс, ничего такого не хочу сказать, а тем более, не пытаюсь учить жизни героев (и читателей). Просто рассказываю истории. Диана, спасибо. У этого цыганенка зрительная память хорошая. Рошфор у Куртиля через двадцать лет узнал на темной улице человека, который его в Брюсселе подставил. И он знает одного мальчика с лазурными глазами, инициалы которого, по странному совпадению, тоже О.Ф.



полная версия страницы